Юрий Бахорин - Ущелье смерти

Гирканка покачала головой. А ведь как странно все получилось. И в Доме Огня, где Халима ее никак не ждала, и сегодня она проиграла потому, что все происходило для нее совершенно внезапно. Она не успевала ни сосредоточиться, ни даже просто взять себя в руки! И вот противница оба раза одержала над ней верх в том, в чем она считала себя особенно сильной! Что ж, быть может, в этом и заключается ирония Рока? Раз шадизарская тварь не поддалась на ее чары, так пусть ее сразит острая сталь! Колдунья обернулась, и взгляд ее скользнул по лежавшему на столе ножу.

Она не удержалась от искушения и взяла его в руку. Несколько раз взмахнула клинком в воздухе и поняла вдруг со всей определенностью, что для них двоих в этом мире слишком мало места. Тут ей стало смешно, и она расхохоталась, расплескав вино. Такой большой мир, а куда ни ткнись, везде нарываешься на рыжую дрянь! От этой мысли она расхохоталась еще громче, но тут взгляд ее упал на пролитое вино. Рубиновая жидкость собралась каплями на ворсинках ковра и не спешила впитываться. «Как кровь!» — подумала Халима. Как кровь этой твари!

С ней нужно что-то делать, и делать немедленно. По своему богатому опыту колдунья знала, что если с такими делами не разобраться быстро, то почти всегда они переходят в разряд затяжных трудноизлечимых болезней, избавиться от которых порой не удается до самой смерти. Которые сами иногда становятся причиной смерти лекаря! А умирать Халима не собиралась, да и страдать от болезней тоже. Впрочем, она знала, что делать.

Плохо другое. Пока шадизарка в Логове, ее присутствие придется терпеть, и с этим уж ничего не поделаешь. Но из поездки в Иранистан она вернуться не должна. Прогулка к ущелью Духов станет последней для нее — это Халима решила для себя твердо. Жаль только, что она лично не сможет прикончить соперницу, и еще жаль, что нельзя облегчить себе задачу при помощи колдовства: Разара мигом распознает, что произошло на самом деле. Только теперь Халима сообразила, что, быть может, прежде ей просто везло в том, что она терпела поражения. По крайней мере, она жива. Теперь ей остается только надеяться на то, что Юрг выложится полностью… Колдунья почти не сомневалась в нем, и все-таки… Хорошо, что она додумалась послать ему в спутницы Яру. Так будет надежнее.

Придя к такому утешительному для себя выводу, гирканка почувствовала себя гораздо лучше. А тут еще одна неожиданно приятная мысль посетила ее. Халима даже не удержалась от улыбки. Рыжая, сама того не подозревая, подсказала ей прекрасную идею: притвориться смирившейся! Здороваться с ней и с Севером так, словно ничего между ними не произошло. Благо об этом никто, кроме них, не знает! Зато и подозрений никаких не возникнет, когда с соперницей случится беда. Юрг не проговорится, разве что захочет отправиться вслед за своей жертвой, да и Яре она доверяет. Впрочем, если та попытается вести против нее свою игру, то быстро пожалеет об опрометчивом решении.

Халима не смогла сдержаться и побежала к Юргу. Ей требовалось удостовериться в том, что его боевой задор не пропал, что он по-прежнему готов выступить в роли ее оружия. Юрг сидел у себя. После того как Кучу луг отстранил его от занятий, он почти не появлялся вне стен дворца. С утра до вечера не выходил он из своей комнаты и поглощал туранское красное в огромных количествах,

— Устрою засаду,— просто ответил он,— а когда появятся Вожак и Телохранитель, подстрелю девку.

— Очень хорошо,— кивнула колдунья.— А ты знаешь, что они возьмут с собой волков и Вестницу?

Она еще не кончила говорить, но уже поняла, что слова ее попали в цель.

— Нет,— ответил тот.

— Тебе придется очень постараться, чтобы они тебя не заметили. И не забывай еще об одном: ты должен охранять Вожака. Как ты собираешься сделать это, оставаясь незамеченным?

— Да…— Юрг озадаченно поскреб подбородок.— То, что ты сказала сейчас, сильно меняет дело.

— Еще не поздно отказаться,— насмешливо заметила девушка.

— Ну уж нет! — Он упрямо тряхнул головой.— Я хочу увидеть, как эта тварь завизжит, пронзенная моей стрелой!

— Смотри только, чтобы Север не стал свидетелем твоей радости, иначе сам завизжишь!

— Но если мне придется защищать его…

— Если примешь бой на его стороне, тогда другое дело! И можешь открыто сослаться на приказ Белой Волчицы. Но с его напарницей все обстоит иначе! Теперь ты понимаешь, что один неверный шаг, и…— Юрг хмуро кивнул.— И еще одно. Разара хочет быть уверена, что ты не воспользуешься случаем и не прикончишь напарницу Севера. Именно поэтому она посылает с тобой Яру. Так что жрица должна вернуться невредимой. Но не опасайся — она тебя не выдаст. Она на нашей стороне… Но только в отношении Сони.

— Теперь я все понял.

— Хорошо. Яра поможет тебе советом. Ей проще выбрать место для засады, она сумеет уничтожить ваш запах, чтобы волки не учуяли. С ней я отправлю Вестницу, которая отыщет незаметное сверху укрытие. Так что прислушивайся к мнению Яры. Это моя просьба.

— А если представится выбор: Яра или?..

— Тогда плюнь на нее. Я сумею тебя оправдать.

— Ну вот с этого и следовало начинать! — повеселел Юрг.

— Но учти, Вестница расскажет мне все. Мне,— добавила она со значением,— а не Разаре. Так что если погибнут обе…

Наконец настал день отъезда. С утра Север лично, стараясь ничего не упустить, принялся укладывать в водонепроницаемые кожаные мешки все необходимое, так что приготовления закончились только к полудню. Вожак и его Телохранитель направились к воротам, где их поджидала восьмерка коней: четыре навьюченных поклажей, два верховых и два без седел и тюков на спинах — на смену.

Между конями разлеглись Вулоф с Вилвой. Задира и вороненок расположились на седле одного из коней, на вьюке примостилась выбранная Халимой Вестница. Задира превратилась в почти взрослого зверька, напоминавшего скорее помесь крысы с лаской. Вороненок же стал крупной молодой вороной с отливающими на солнце синевой черными перьями и сверкающими, как драгоценные камни, глазами. Они сидели и переругивались, каждая на своем языке, но друг друга, похоже, понимали прекрасно. Старой Вестнице время от времени надоедала их глупая перебранка, и тогда над плацем разносилось оглушительное «Кра-а!». На мгновение спорщики умолкали, но почти сразу принимались за старое.

Вулоф не отрываясь смотрел на них, склонив голову набок, и его оскал чем-то необъяснимо напоминал ехидную ухмылку. Вилва же просто лежала, положив огромную голову на передние лапы и ни на кого не обращая внимания. Вамматар едва сдерживался от смеха. Спор тем временем достиг высшей точки накала, и Задира вскочила на задние лапы, но как только это произошло, вороненок легко вспорхнул и перелетел на седло соседнего коня. Тот повернул голову и, казалось, с любопытством посмотрел на маленького седока. Задира уперлась лапами в бока и, надменно взглянув на свою подругу, что-то прострекотала. Похоже, что-то обидное, потому что молодая ворона развернулась и, наклонившись, каркнула. Ответ оказался настолько оскорбительным, что Задира на миг опешила, но через мгновение застрекотала с новой силой.