Томас Рейли - Кормчие судьбы

— И все?

— Почти, он сказал, что Великое Равновесие не позволяет ему самому вмешаться самому.

Негр допил кубок. Мне пора.— Он поднялся и пошел к двери.

— Спасибо, Крим.— Белит прижалась головой к широкой груди друга.

— Я любил тебя, люблю и буду любить всегда. Прощай, сестренка. — Он бережно отстранил ее и вышел на палубу. — Будь счастлива, сестра!

Белит не пошла за ним. Она рухнула на постель и разрыдалась. Она потеряла добрую память об Алале. Второй раз похоронила лучшего друга.

…Вскоре в ее каюту ворвутся переполненные чувствами пираты и расскажут о том, что они пережили, и о внезапном уходе призраков. Она будет внимательно слушать, сочувствовать, соболезновать, но перед ее глазами будет стоять улыбающийся Крим с кубком вина в руках.

«Будь счастлива, сестра…»

Конан шел по ночному призрачному лесу вслед за страшными проводниками. Наученный горьким опытом, киммериец старался не сходить с тропы и внимательно смотрел себе под ноги. Духи острова перекликались звонкими голосами, а иногда заливались смехом. В душе варвара поднималась волна злости.

— Куда мы идем?

— Он волнуется.

— Он не хочет идти с нами.

— Он устал.

— Пусть король отдохнет!

— Осталось совсем немного!

— Потерпи, король.

Звонкое многоголосье лезло в уши, вызывая раздражение и ярость. К сожалению, заставить их замолчать варвар пока не мог.

Они вышли на небольшую поляну, со всех сторон окруженную гигантскими деревьями. В центре стояли десять кресел, и в них сидел… он сам. Десять Конанов дружно встали и поклонились Конану — настоящему.

— Мы рады видеть тебя,— сказал стоявший в центре.— Твой путь к нам был слишком долог.

Рука варвара легла на эфес клинка.

— Кто вы такие, побери вас Кром?

— Мы — это ты сам. Каждый из нас — воплощение твоей самой сокровенной мечты, скрытого желания. В каждом из нас живет Конан, и все мы составляем целое.

— Что-то вас слишком много! Уж я-то все свои желания знаю наперечет.

— Ты так думаешь? Я — Конан-король. Он — Кони великий завоеватель, тот — Конан — муж Белит и отец множества детей. Тот — жрец Митры, победитель Сета.

— Хватит. Что вам нужно от меня? Зачем вы затащили мой корабль на этот проклятый остров?

— Нами двигала лишь забота о тебе! Зачем могучему воину тратить силы в напрасных битвах, когда все, что нужно, так близко и легко достижимо?

— Как это?

— Очень просто. Тебе достаточно пожелать, и просьба будет исполнена. Ты переживешь удивительные приключения и познаешь бесконечное счастье.

— Что-то слишком много обещаний… Чем же мне придется за это платить?

— Ничем, — отозвался первый лже-Конан.— Ты останешься с нами, сольешься с братьями. Поверь, нет большего счастья, нежели такое слияние.

— Все, чего мне хочется, я возьму сам, не ожидая милостей от каких-то оборотней!

— Подумай хорошенько.— Голос лже-Конана звучал мягко и успокаивающе.— Если тебя останавливает мысль о твоей женщине, то можешь забыть о ней. Она уже нашла утешение.

— Заткнись. Не смей даже упоминать о ней, призрак. Иначе, клянусь Кромом, я заткну тебе пасть!

— Садитесь, братья. Этот глупец не хочет соединиться с нами. Мирские заботы держат его слишком крепко. Придется нам, видно, объединить усилия, чтобы показать истинную сущность его шемитской девки.

Оборотни уселись обратно в кресла и, положив локти на подлокотники, соединили руки. Воздух перед Конаном замерцал разноцветными огоньками, и вдруг варвар увидел каюту Белит. Он был незримым свидетелем появления Алала, видел слезы в глазах Белит, страстные объятия и поцелуи. А затем шемит уложил обнаженную Белит на кушетку и накрыл ее своим телом. Женщина кричала и стонала, и ее голосу вторили хриплые стоны

— Это вернулся ее муж, и она не задумываясь отдалась ему, — пояснил один из оборотней. Выхватив меч, Конан с размаху ударил по видению. Наваждение исчезло.

— Я не верю вам, проклятые демоны! — воскликнул варвар н гневе.— Вам не обмануть меня своим ведовством. — Я не мальчишка, боящийся колдовства и злых духов! Белит не могла предать меня! Я немедленно возвращаюсь на корабль!..

Конан ухмыльнулся. Немногое могло вывести его из себя, но вид Белит в объятиях другого, пусть даже он когда-то был ее мужем, разжег тлевшую в душе ненависть во всепожирающий пожар. Не зная сил и возможностей противника, северянин хотел его раздразнить и вызвать на необдуманные действия.

— Остановись! Если ты сделаешь хоть один шаг, с тобой будет то же, что и с ними,— прогремел голос оборотня.

Ближайшее к Конану дерево осветилось неизвестно откуда возникшим красным светом. На нижней ветке висели два тела. Конан не мог ошибиться — это были его спутники.

— Значит, и они отказались от ваших милостей, — рявкнул варвар.— Тем лучше. Достойная смерть для воина лучше постыдного соглашения. Если отказались они, мне уж точно не пристало уступать.

— Тогда ты разделишь их участь. Хоть нам и жаль будет убивать тебя, брат,

— Мне тоже будет жаль убивать самого себя, но лучшего вы не заслуживаете.— Северянин откровенно издевался.

— Умри же, непокорный!

Оборотни медленно поднялись с кресел и, не отпуская рук друг друга, двинулись к Конану.

Варвар ждал нападения. В его правой руке недобро посверкивал длинный тяжелый меч, а в левой он держал тонкий кинжал. Ровный ряд оборотней распался, теперь они пытались взять его в кольцо. Когда враги достаточно приблизились, киммериец отметил, что все они были одеты по-разному, а на голове одного даже посверкивал королевский венец.

Не давая себя окружить, варвар отступал к лесу.

—Ты умен, брат, но даже это не спасет тебя!

Внезапно часть нападавших исчезла. На Конана наступали теперь только шестеро.

— Обернись, брат, мы не хотим убить тебя ударом в спину.

Конан обернулся рывком и едва успел увернуться от нападения. Сила, вложенная двойником в удар, была слишком велика, и он пролетел вперед мимо скользнувшего в сторону киммерийца. Варвар немедленно обернулся и занес меч для удара. Однако вместо десятерых противников и увидел лишь одного.

— Что, испугались! — яростно расхохотался он.

— Ты рано радуешься, варвар. Мои братья не бежали — мы просто слились воедино. И теперь наша сила выросла в десять раз.

— Да хоть в десять десятков,— зло отозвался Конан. — Это не помешает мне уничтожить вас!

— Неужели ты правда попытаешься убить самого себя? — насмешливо поинтересовался противник, нанося рубящий удар сверху.

— Не только попытаюсь, но и убью! Конан парировал удар. Клинки столкнулись, высекая искр, и оборотень едва удержался на ногах.