Становление. Том 3. Стезя отступника - Семён Нестеров

анализ заклинания, заключённого в руне. Подтвердились самые худшие опасения — оно не принадлежит ни к магии Инноса, ни Аданоса. Печать, приводящая к разрыву пространства наложена именем Белиара. Энергия не приходит и не уходит, происходит лишь её перераспределение. Как вы знаете, владыка тьмы не может творить новое. Его удел — превращать порядок в хаос, соблазнять людей своими посулами, а также использовать и извращать созданное братьями. Именно поэтому ветер не сопровождается ни нагревом, ни охлаждением — воздух лишь устремляется в новое место пространства — туда, где ему не положено быть согласно законам мироздания. Можно полагать, что и вся остальная магия Братства, особенно воздействующая на сознание, дарована Белиаром. Полученные результаты однозначно идентифицируют секту как наших непосредственных врагов.

— Медлить нельзя, — вмешался Драго, когда Корристо сделал паузу, — нужно нанести удар немедленно.

— Не стоит спешить, и тем более прерывать старших, — сухо заметил Корристо, — о твоих агрессивных планах все и так уже знают. С твоего позволения, Драго, я продолжу. К счастью, я предвидел такой результат анализа ещё когда Мильтен описал мне эффекты заклинания. Как вы знаете, Юберион собирается провести ритуал призыва своего так называемого бога, который, очевидно, является плодом его воображения и навеян рассеянием магии Юнитора. Естественно, их истинного покровителя — Белиара — воплотить в нашем мире невозможно. История уже не раз показывала нам это. Тем не менее, секта от этого не становится безобиднее, они могут призвать демона или ещё какую-нибудь напасть. Нам, действительно, стоило бы беспокоиться об этом, если бы не одно обстоятельство, — Корристо сделал паузу, чтобы усилить интригу, а потом продолжил. — Благодаря альманаху, который я лично для них написал, гуру будут уверены, что контролируют поток энергии юнитора. На деле же, без сомнений, он убьёт их.

— Что? — выпалил я, от шока наплевав на приличия.

— Тише, мой мальчик, — попытался успокоить меня магистр, — в этом нет ничего удивительного. Каких бы знаний не набрался Юберион, изучая сохранившиеся в древнем храме записи или же получая демонические откровения, всё равно ему не хватит компетенции разобраться в хитросплетениях заклятья, стабилизирующего юнитор. Стоит камню наполниться силой, как она вырвется наружу и убьёт его, а вместе с ним, возможно, и тех, кто окажется поблизости. Если нам повезёт и энергии будет достаточно, то со всей сектой будет покончено разом.

— Вы знали об этом, но ничего не сказали? — открыл я от удивления рот.

— Я не только знал об этом, но и нарочно не дописал одну из процедур. Эффект от этого не будет заметен сразу и проявится лишь при критическом заполнении камня энергией.

— Но… Это же… — я не находил слов.

— Это самое разумное решение в сложившейся ситуации, — жёстко оборвал Корристо, — выбор уже сделан, и, я надеюсь, все понимают его обоснованность.

— Моё почтение, магистр, — склонил голову Драго, — и мои извинения. Если бы вы сказали раньше, я бы никогда…

— Не стоит, друг мой, — прервал Корристо, — твоё рвение мне понятно и заслуживает похвалы. Это будет тебе уроком, что не всегда грубая сила является наиболее эффективным решением.

Драго кивнул. К моему удивлению, все остальные тоже единогласно поддержали Корристо. Лишь я один не мог смириться с таким обманом. Понимая, что ничего не могу сделать против совета круга, я понуро молчал, пытаясь свыкнуться с услышанным. Когда Корристо говорил, что он уберёт часть опасной информации из книги, я предполагал совсем другое — что он не будет описывать применения юнитора в агрессивных целях, для уничтожения и разрушения. У меня и в мыслях не было, что он хладнокровно даст людям информацию, которая их убьёт.

Пока маги выражали своё восхищение хитроумным манёвром Корристо, я перебирал в голове все события последних дней. Мои иллюзии о непогрешимости наставника развеялись ещё давно, тогда, когда он задумал убийство Ксардаса и подставил меня под удар отступника. Тогда я смог подавить в себе негодование ради того, чтобы продолжить обучение, но чувство разочарования никуда не делось, и лишь нарастало день ото дня. Последние события окончательно пошатнули во мне веру в Корристо. Похоже, Ксардас был полностью прав на его счёт. Тому, что творил самопровозглашённый магистр, трудно было найти какое-либо оправдание.

Чувство разочарования во мне постепенно трансформировалось и сформировало совершенно ясную новую мысль — я должен был помешать планам Корристо воплотиться в жизнь. Я не смог больше терпеть происходящее и, прервав говорящего что-то в тот момент Родригеза, громко заявил:

— Вы все заняты не тем! Мы не должны покидать барьер!

Родригез замолк на полуслове, удивлённые взоры волшебников обратились ко мне. Я же не знал, что ещё добавить в подкрепление своего опрометчивого заявления. Скажи я хоть одно лишнее слово, и моя связь с Ксардасом может стать очевидной для наблюдательных магов.

— Откуда такая уверенность, молодой человек? — наконец, прервал тишину мастер Дамарок.

— Сперва нужно понять, что за причина привела к увеличению барьера до таких размеров, — нашёлся я.

— Ошибка в заклятье, это же очевидно, — проворчал Дамарок, — Ксардас обратился к Белиару уже тогда, его вмешательство и привело к такому исходу.

— Вы же наверняка всё перепроверяли! Неужели больше нет никаких версий? Одним этим неудачу не объяснить, ведь магия Белиара является неотъемлемой частью заклинания барьера, порождённого сочетанием всех стихий!

— Какое это имеет отношение к делу? — резко отреагировал Корристо, — ты грубо нарушил этикет, высказался против мнения старших, а теперь ещё и начинаешь допрос? Эта тема тебя не касается, ты слишком юн, чтобы что-то понять. Даже твой голос в совете лишь простая формальность.

— Я могу решить за себя, что меня касается, а что нет, — произнёс я медленно и с расстановкой, чувствуя, как внутри меня всё закипает, и старясь сдержаться, чтобы голос не дрогнул и не выдал мои истинные эмоции. У меня больше не было сил терпеть диктатуру наставника, но выступать против него открыто мне было просто-напросто страшно. — Это касается всех нас, — повысил я голос, не давая Корристо вставить слова, — если что-то пошло не так при сотворении барьера, то это же может помешать и создать в нём брешь! Что произойдёт в таком случае?

— Ты вздумал учить меня? — воскликнул Корристо, слегка побелев, — похоже, я слишком много тебе позволял. Мне казалось, что ты начал, наконец, исправляться. Не заставляй меня…

— Постой, друг мой, — вклинился в спор Дамарок, не дав Верховному магу сказать, что он собирался со мной сделать, — Мильтен может быть прав, симуляция создания барьера тоже не показывала никаких отклонений, а на деле всё обернулось совсем иначе. Можем ли мы позволить себе риск ещё большего увеличения купола?

— А можем ли