Времена звездочетов. Наш грустный массаракш - Александр Александрович Бушков

к Тала-ру, – а в результате обнаружился Радиант, с которым пришлось справляться в авральном порядке.

Давно выработалась привычка: во всем неизвестном и непонятном усматривать прежде всего угрозу. Иных прекраснодушных гуманистов такой взгляд на мир способен ужаснуть – но не земного короля и руководителя двух имперских спецслужб. Побудьте день вы в милицейской шкуре, вы жизнь увидите наоборот. Иногда именно такая точка зрения помогала одерживать серьезные победы. Здесь главное – не перейти черту, за которой станешь шарахаться от каждого куста и в каждой белке видеть отводящего глаза ямурлакского вампира.

Сна, конечно, не было ни в одном глазу, хотя перевалило за полночь: какой тут сон, некогда спать. Придется сидеть здесь до упора, занимаясь здешней астрономией так, как никогда прежде не занимался. Яна, когда ей надоест сидеть над переводом и начнут слипаться глаза, преспокойно ляжет спать, не дожидаясь его и ничуть не встревожившись – он и прежде во время их пребывания здесь не раз посвящал время ночным бдениям в компьютерном центре...

План действий следовало хорошо продумать – но кое-какие предварительные наметки имелись. Сварог спросил сидевшего слева Золотого Обезьяна под номером семь:

– Есть у нас аппаратура, способная отсюда дистанционно провести анализ атмосферы Семела? Без посылки зондов?

И с радостью отметил, что его голос звучит совершено спокойно, ни малейшей нервозности не ощущается. Нормальное рабочее настроение. Не стоит раньше времени бить в колокола громкого боя – пока что ниоткуда не следует, что перед ним реальная угроза, опасность... Пока что это очередная загадка, и не более того.

– Конечно, государь, – ответил седьмой Обезьян без малейшего промедления. – Метод коронарной спектрографии, а также...

– Довольно, – оборвал Сварог золотого педанта. В жизни не слыхивал о таком методе и всерьез опасался получить еще порцию ученой абракадабры. – Достаточно и того, что методы есть. Сколько времени отнимет подробный анализ?

– Как показал предшествующий опыт, три минуты сорок три секунды тридцать...

– Достаточно, – вновь оборвал Сварог, прекрасно зная по опыту: и исполнительный болван, если его вовремя не остановить, непременно отрапортует и о точном количестве потребных миллисекунд.

Упоминание о «предшествующем опыте» его крайне заинтриговало: выходило, что и Фаларен проводил анализ атмосферы Семела, и уж, конечно, не из чистого научного любопытства, абсолютно ему не свойственного. Ну, это могло подождать. И Сварог спросил:

– Вы в состоянии провести такой анализ?

– Как любой из операторов, государь.

– Проведите. Результаты мне на экран.

Времени оказалось вполне достаточно, чтобы не спеша выкурить длинную сигарету из черного табака – еще один редкий сильванский деликатес, доступный из-за дефицитности лишь узкому кругу высших лиц Империи. В этом отношении Империя чертовски напоминала Советский Союз: иные яства, напитки и табаки естественного происхождения, а не созданные бытовой магией ларов, были доступны далеко не каждому Высокому Господину Небес, в точности как в СССР – колбаса из натурального мяса и водка не из опилок. Земным королям тоже полагался своеобразный «продуктовый заказ», гораздо скромнее того, что причитался сановникам Империи – Сварог как король королей автоматически по строгим бюрократическим законам получал сразу несколько, против чего не протестовал (никогда не был диссидентом хотя бы в душе). Одна существенная разница: то же самое, только сотворенное бытовой магией, мог получить любой лар – что не устраивало лишь отдельных гурманов, употреблявших только «натуральное». Поначалу Сварога снабжала элитным сильванским табачком Яна – но теперь, став вице-канцлером, он шагнул на ступеньку вверх по лесенке привилегий, так что теперь сам часто презентовал табачок экстра-класса страстной курильщице Канилле Дегро и парочке талар-ских сподвижников. Если насмешливо сравнить...

Ага! Все посторонние мысли побоку! На экране Сварога высветило результат анализа атмосферы Се-мела – цифры в сочетании с кругом, разделенным на разноцветные секторы, один большой, другой гораздо меньше, еще несколько совсем узенькие полосочки. На сей раз Седьмой, и на том спасибо, не утруждал себя микроскопическими на общем фоне долями процента тех химических элементов, что присутствуют в атмосфере вовсе уж мизерно. А может, так действовала компьютерная программа – какая, к черту, разница, нечего думать о таких пустяках, когда на экране...

На сей раз Сварог не был ошеломлен – но достаточно-таки удивлен, и было от чего. Снова оказались ложью данные «Краткого курса». Атмосферы всех трех обитаемых планет (и Селены тоже) отличались друг от друга незначительно. Точно так же, оказывается, обстоит и с Семелом: азота в его атмосфере на полпроцента меньше, чем на Таларе, кислорода на восемь десятых процента больше, содержание аргона, углекислого газа и водорода отличается где на сотые, где на тысячные...

В общем, самая обычная кислородная планета, ничем не отличающаяся от трех других и Селены. Почему же она значится в «Кратком курсе» безжизненной? Такой состав атмосферы позволяет прямо-таки буйствовать жизни – и растениям, и животным, в общем, всякой живой твари, от крохотных рачков до гомо сапиенсов. Семел в двенадцать раз больше Талара, там могут плескаться необозримые океаны, произрастать чащобы без конца и края, вольготно обитать тысячные стада антилоп и многие миллионы людей... ну, или существ, не похожих ни на антилоп, ни на людей. Главное, кислорода там достаточно, чтобы свободно дышали миллионы живых существ и произрастали мириады деревьев. А веры «Краткому курсу», как показал опыт, никакой...

– Теперь так... – сказал Сварог и ненадолго задумался над четкой формулировкой, без которой нечего было и думать получить от Золотых Обезьянов даже самую простейшую информацию. – Дайте все сведения об обитателях Семела.

Обычно на компьютерный поиск Обезьянам требовалось от квадранса до минуты, в зависимости от сложности вопроса. Однако на сей раз Седьмой откликнулся едва ли не мгновенно:

– Информации нет.

– Сведения о биосфере планеты? О флоре, фауне?

– Информации нет.

Еще в первые дни знакомства с компьютерным центром Велордерана и его операторами (тогда еще одинаковыми, как горошины из одного стручка, номера он придумал позже) Сварог уткнулся носом в непрошибаемую стену, в каковом положении пребывал до сих пор. Он не сомневался, что компьютеры хранят немало важной и полезной для него информации, но получить ее не мог – исключительно оттого, что не представлял, как это сделать. Специфический образ мышления роботов, ага. Если сказать им: «Дайте всю особо секретную и важную информацию», они непременно попросят, как это тогда и случилось, уточнить, какую именно и о чем. Им необходима конкретика: «Все о морском флоте Снольдера», «Все о восьмом департаменте», «Все о секретных разработках Магистериума», «Все о поголовье овец в Ронеро». Именно так,