Учись или умри до конца - Сора Наумова

лишний раз шевельнуться, чтобы упрямый хвост не снес еще пару столов, которые кто-то успел поставить на место после недавнего погрома. Таким отзывчивым мое тело было… Да никогда оно таким не было. Я осторожно подтянулась к стулу и примостилась на край, свившись вокруг кольцом. Наклонилась вперед и обнаружила, что на стол легла моя, на минуточку, голая грудь! Нет, она была целомудренно прикрыта плотным слоем чешуи, а вот ошметки моей порванной одежды остались лежать перед доской. Когда я резко раздалась в размерах, ткань приказала долго жить.

– Если я сделаю тебе комплимент, ты меня убьешь, да? – осторожно спросил Морис, плотоядно на меня косясь.

– Убью, – честно ответила я.

Морис вздохнул, но игнорировать опасность не стал. Шпиц с интересом обнюхал мой палец, увенчанный загнутым черным когтем, которым можно было вскрывать консервы, и заворчал. На собаку в аудитории, кстати, вообще никто не обращал внимания, как будто это в порядке вещей. Ах, да, о чем это я, тут вообще все в порядке вещей, даже превращение студента в анаконду.

Хотя и я хороша.

Шпиц посмотрел не то с жалостью, не то с пониманием. Мне с новой силой стало совестно, и я пообещала себе до конца дня разобраться с расколдовыванием куратора, даже если в итоге придется идти на поклон к ректору.

До конца занятия я раздумывала над разными вариантами, но голова была занята чем угодно, но не полезными идеями. Я едва заметила, что пришла очередь Рэнди, и он отрастил себе настоящие руки-крюки, что-то среднее между ковшами экскаватора и садовыми граблями. Причем сам Рэнди таким вариантом остался доволен, видимо, прикидывал, как новые конечности облегчат ему гробокопательство.

И только Мориса не вызвали.

– Ты что, опять самый умный? – первым делом после звонка спросил гуль, подваливая к нашему столу (остальные предпочли обойти его по широкой дуге, может, им мой хвост мешал).

– Ага, – с готовностью кивнул Морис. – И самый красивый. Мне казалось, ты давно заметил.

– Почему тебя не вызвали?!

В ответ Морис продемонстрировал щупальце, кокетливо оттопырившее край камзола.

– А разве это не считается оборотничеством? – спросила я.

– Оборотни не могут частично трансформироваться. Вот, например, как ты.

Хвост нервно дернулся, сбив Рэнди с ног. Пока он с руганью цеплялся за Мориса, я стыдливо задвинула кончик под стол.

– Понятия не имею, как вернуть все на место, – простонала я и провела когтем по парте, оставляя глубокую борозду. – Не хочу ползать, как… Ну вот как сейчас.

– Да брось, ты круто выглядишь, – утешил Рэнди.

– И очень сексуально, – все-таки не выдержал Морис, за что получил от Рэнди подзатыльник.

– В любом случае, это жестоко, бросать студентов в таком щекотливом положении, – надулась я. Если честно, ситуация казалась безвыходной, как будто меня толкали на поклон к ректору. Может, в качестве наказания за попытку навредить сокурсникам, что вылилось во вредительство куратору.

– Да ладно, что-нибудь придумаем, – успокоил Морис. – Если хочешь, я за тебя попрошу?

Такого я от него не ожидала.

– Морис…

– Ерунда, – великодушно отмахнулся он. – Дашь потом грудь потрогать…

Голова у него мотнулась вниз и стукнулась лбом о столешницу. Разгневанный Рэнди на секундочку даже показался мне красивым, настоящий защитник.

Шпиц дал о себе знать коротким гавком, и я вспомнила, что, будучи куратором Амилотой, он, кажется, так и не успел позавтракать.

– Ребят, он проголодался.

Парни уставились на песика, как будто ожидали увидеть у него на лбу какую-то надпись.

– Как ты поняла? – спросил Морис.

– Если бы меня до сих пор не покормили, я была бы голодной. Блин. Я есть хочу.

Рэнди поскреб подбородок.

– Марго, я даже не знаю, чем тебя теперь кормить.

– В смысле?

Тут Морис жестом фокусника достал из кармана зеркальце и раскрыл перед моим лицом. Вопрос, зачем ему с собой зеркальце, я проглотила вместе с ругательствами.

– Это что за… Да вы издеваетесь!

Из-под верхней губы у меня торчали нехилые такие клыки, понятия не имею, как вообще могла с ними разговаривать. Рэнди похлопал меня по плечу.

– Ничего, разберемся. Ты, главное, не нервничай.

Я поздно заметила, что мои изрядно удлинившиеся волосы-змеи поднялись в воздух и окружили меня шипящим коконом. Я выдохнула, уняла свою разбушевавшуюся прическу и махнула рукой.

– Да к черту все. Пошли в столовку.

И пошла, точнее, поползла на выход. Управлять новым телом стало проще, я немного пообвыклась, перестала сшибать хвостом мебель, но при этом все еще чувствовала себя неуверенно, если не сказать, сконфуженно. Воспринимать чешую как одежду не получалось, как я ни старалась. В итоге парни встали по обе стороны от меня, а песик как-то сам собой расположился на груди пушистой манишкой, так что до столовой добрались не без лишнего внимания, но относительно спокойно. Я продемонстрировала шпица женщине с раздачи и получила упаковку собачьего корма. Даже спрашивать не стала, откуда он тут и кого им кормили.

Расположились за дальним столиком, и я насыпала корм в свою тарелку, сосиски из которой волшебным образом перекочевали в тарелку Мориса. Подвинула к шпицу.

– Ешь.

Острая мордочка скривилась.

– Ешь, кому говорю.

Уговаривать животных поесть мне прежде не доводилось. Жила-то я одна, в детстве у родителей была кошка, но она уже тогда была старой и ела то, что подвинут ей под морду. Амилота, даже будучи собакой, вел себя, как…

Да, собственно, как собака он себя и вел.

– Может, он все-таки не голодный? – предположил Морис со скучающим видом и подпер подбородок кулаком. – Или ему корм не нравится?

– Нормальный… ням-ням… корм.

Я шлепнула Рэнди по руке, чтобы не покушался на чужой обед, но шпиц продолжал пятиться и ворчать. Ну, вот что с ним делать?

– А сосиску будешь? – я ткнула в него одной, но Амилота воспринял это как домогательство и противно затявкал. Я схватилась за голову. Рэнди захрустел, все-таки запустив руку в пакетик корма, Морис язвительно прокомментировал его вкусовые пристрастия, завязалась очередная словесная баталия. А пес продолжал игнорировать еду. От отчаяния я съела сосиску сама. Такая себе была сосиска.

– Ну, как вы тут? – отвратительно бодро спросила Кирра, плюхаясь рядом со мной. – Ох! Рита, что с тобой случилось?

– Критические дни, – мрачно пошутила я. – Нескончаемые.

Морис охотно и в красках расписал занятие с ректором, и оказалось, что что-то подобное группа Кирры уже проходила. В основном у них учились именно оборотни и схожие с ними виды, так что соседку мой внешний вид скорее заинтересовал, чем напугал.

– И у нас две проблемы, – вздохнула я – Как вернуть мне привычный вид, и как вернуть куратору Амилоте его привычный вид.

Кирра