Слишком много колдунов - Цогто Валерьевич Жигмытов

– Так, – проговорил Аслан.

– Шарль Фуке выбежал из… Кгм-хм. Нет, не так. Не пишите это. Так. Я и несколько протекторианцев столкнулись с Шарлем Фуке у дверей опочивальни. У закрытой изнутри двери. У него было оружие.

– Сколько вас было?

– Со мной – пять телохранителей. Как выяснилось, этого мало. Откуда-то появились его чудовища, три собаки. Большая собака сразу вывела из строя трёх бойцов, остальные, и я в том числе, растерялись, Фуке выстрелил несколько раз, ранил ещё одного, а кроме того, непрерывно оскорблял меня, бойцов охраны и принцессу, как словами, так и действием. Запишите это обязательно. После того, как он вырвался во двор, он сел верхом на большую собаку и попытался напасть на меня, сшиб ещё несколько бойцов и почти добрался, но тут нам удалось ранить маленькую собаку.

– Как вы узнали, что она ранена? – спросил Аслан. – Кровь?

– Она завизжала как маленькая раненая собака, – пояснил лорд-протектор. – Это, видимо, расстроило Шарля Фуке, и он скрылся. Запишите тоже – похоже, он привязан к своим чудовищам. Мы не смогли догнать его. Большая собака двигается значительно быстрее, чем мобиль королевской охраны.

На этом допрос закончился. Аслан в сопровождении двух легардюкор отправился обследовать место ночной битвы; он рассчитывал найти пули от ружья Фуке и увидеть следы его загадочных собак, но ни того, ни другого ему не удалось, потому что всё было затоптано и смято в ту же ночь (после происшествия слуги как минимум три раза наводили уборку территории), а кроме того, здесь уже побывали настоящие сыщики из криминальной полиции. Он поговорил с телохранителями, которые были с сиром Оливером той ночью, затем с воспитательницей принцессы, затем с начальником той злополучной ночной смены протекторианцев. Все, включая и воспитательницу, которая всю ночь проспала беспробудным сном в противоположном крыле дворца, рассказывали одно и то же: Фуке; ружьё; раненая собака; скрылся.

7

– …Примерно вот так, – закончил Аслан свой рассказ, уплетая омлет. – Кстати, прокуроры и легардюкор принцессу допрашивать не стали, на принцип пошли. Требуют протокола от криминальной полиции и пишут друг на друга доносы.

– Ну, формально они правы, – заметил Жак сверху. Он сидел на перилах и читал книжку.

Питер закашлялся, не открывая глаз; он по случаю выходного был дома и старательно делал вид, что спит, укрывшись пледом в кресле у камина. Ему страшно не хотелось встречаться глазами со своими друзьями: было стыдно за вчерашнюю эскападу.

– Кстати, – продолжил Жак. – Что будет этим хитрым инспекторам, которые влезли без очереди?

– Наверное, ничего, – сказал эвакуатор. – Это обычное дело. Холодная война.

Жак оживился, захлопнул книгу.

– Кстати. Я могу раздобыть огнемёт.

– Очень кстати, – язвительно произнёс Питер, забыв, что он спит.

– Огнемет положен минимум полковнику, – ответил Аслан. – Дорогущая штуковина.

– А я раздобуду тебе ма-аленький такой огнемет. Капитанский огнеметик. Специально против собак.

– Строго говоря, – сказал Аслан, жуя задумчиво, – это нельзя назвать огнеметом. Это, скорее, метатель зажигательной смеси.

– Да, примерно как горящими дровами кидаться, – с умным видом подтвердил Жак.

– Только жидкими, – добавил Аслан.

– Так что ты будешь делать? – спросил Питер, переворачиваясь на другой бок. Глаз он по-прежнему не открывал, даже зажмурил их плотнее.

Ответа не последовало. Через несколько секунд молчания Жак поднял голову от книги, а Питер открыл глаза. Аслан с невинным видом сидел и дул ягодный морс, будто и не слышал вопроса.

– А! – сказал Жак. – У нашего юного друга образовалась маленькая служебная тайна.

– Которую ему не терпится рассказать, – проницательно заметил Питер.

– Облегчи душу, – сказал Жак. – Ты же всё равно почти всё выдал уже. Ты уже и так преступник.

– Я рассказал вам только то, что касается других ведомств, – важно сказал Аслан. – Я не обязан заботиться об их секретности.

– Аслан, лопнешь ведь, – предостерёг Питер. – Лучше расскажи.

Аслан аль-Джазия вздохнул, затем достал планшет, а оттуда вынул папку, а из неё бережно достал мятую бумажку, исчерканную карандашом. Жак с грохотом слетел с перил второго этажа, а Питер рванулся так, что кресло, тяжко скрипя, опрокинулось на спинку; они едва не столкнулись лбами над столом.

– Это я нашёл в папке, когда переписывал протокол, – сказал эвакуатор.

На разлинованном листе дорогой бумаги изображены башня у моря и сердечко, пронзённое стрелой. Внизу круглым девчоночьим почерком было выведено:

«ПРОРОЧЕСТВО ОН В БРИЗЕ СПАСИТЕ».

8

Заведующий складом королевской службы эвакуации был новый, Аслан его не знал: хмурый долговязый тип с капитанскими шевронами и разными по размеру глазами. Когда он смотрел, было ясно, что уж его-то не проведёшь, и вообще вид у него был такой тёртый и бывалый, что Аслан сразу понял: капитаном тот тоже стал совсем недавно. Текучка – новое модное слово.

– Все мобили реквизировала королевская служба охраны. Для коронации.

– Коронация же через четыре дня только.

– Через три.

– А солнечные сани?

– Законсервированы.

– Тогда тем более мне нужен мобиль.

– Все мобили реквизировала королевская служба охраны.

Этот диалог повторился уже два раза. Ни складской, ни Аслан не выказывали нетерпения. Цепным псам короны не пристало спешить, и сила их – в их неотвратимости.

Уже на пятом круге случилось продвижение. Заведующий складом вытащил бумагу и огромными буквами стал писать адрес.

– Там у них штаб, – хмуро сказал он. – Там и требуйте.

Адрес оказался знакомым: Тюильри.

Майора, который недавно выдержал напор министра, прокурора и подполковника, на месте не было. Вместо него сидел целый полковник протекторианцев, который внимательно прочитал все бумаги Аслана, выслушал его с живейшим сочувствием и спросил:

– Ты что, капитан, один поедешь?

Аслан неслышно вздохнул.

– Все на заданиях.

– Рассказывай, конечно, – сказал подполковник. – Разбежались как крысы с корабля, а? Сколько уже уволилось? Половина или больше?

Аслан молчал. Полковник кивнул.

– Молодец, так держать. У нас во флоте тоже не любили, когда про свой корабль… Куда командировка-то, говоришь?

Аслан лишь моргнул. Полковник ещё раз кивнул удовлетворённо.

Внезапно дверь распахнулась, и раздался звонкий голос:

– Вызывали, господин полковник!

Какой-то щекастый лупоглазый рыжий тип с чудовищным количеством веснушек и косо сидевшей формой королевской службы охраны вытянулся во фрунт. На спине у типа висел большой продолговатый то ли футляр, то ли мешок почти с него ростом.

– Да что ж ты орёшь-то так! – закричал полковник. – Не видишь, я занят! С человеком разговариваю! Понаберут тут, понимаешь, из леса всякую деревенщину! Ни выучки, ни строя, ни шага! Пшёл вон и жди там!

Рыжий, всю тираду панически глядевший то на начальство, то на Аслана, исчез, будто и не было.

– Дверь! – заорал полковник. Дверь бесшумно закрылась. Полковник мрачно поглядел на Аслана и сказал:

– Такое у нас пополнение.