Пылай! (СИ) - Вишневский Сергей Викторович

— Я соскучился. Очень, — признался он.

— Тогда, думаю, стоит написать об этом, а не о том, сколько раз ты женился.

Ведьма задумчиво уставилась на доски потолка и произнесла:

— Иметь кого-то… Кого-то, о ком будешь скучать… это очень хорошо, — делая долгие паузы, произнесла она. — Жаль, у меня такого человека нет.

— А я? — обернулся Рус. — Tы не будешь по мне скучать, если меня не будет рядом?

Девушка закинула голову и взглянула на парня.

— Если тебя не будет рядом… — тут она улыбнулась. — Я буду по тебе скучать.

— Я тоже, — кивнул Рус и снова уставился на лист. — Знаешь… К черту Кусариф. Я хочу увидеть сестру.

— Опасно ведь, — напомнила ему Тук.

— Что-нибудь придумаю, — мотнул головой парень и поднялся из-за стола. — Завтра добуду сахара, приготовлю эклеров и попробую выторговать способ у учителя. Он хоть и псих, но точно что-то придумает.

Парень присел рядом с ведьмой на кровать. Он прислонил ладонь к ее щеке и провел большим пальцем по губам.

— До рассвета больше пяти часов, — вскинув бровь, произнесла Тук. — Выдержишь?

— Нет конечно, — усмехнулся Рус. — Я хоть и молод, но даже для меня пять часов — это слишком.

— У меня есть один интересный отвар, — с игривыми нотками произнесла девушка.

— Какой отвар? — осторожно спросил парень.

— Оч-ч-чень интересный! — произнесла девушка и схватила Руса за рубаху, притягивая к себе.

* * *

— Чем ты занимался ночью? — недовольно спросил Роуль, складывающий в огромный чан ошметки темной мякоти, которая получилась из «свекольных монстров».

— С Тук один отвар проверяли, — буркнул Рус, пряча покрасневшие от недосыпа глаза.

— Это не повод халтурить! Вперед, ученик! Нас ждет первый в истории мира черный сахар! — заявил упырь и швырнул ученику лопату. — Если у нас не выйдет три мешка — я сильно расстроюсь!

Рус вздохнул и, перехватив лопату, начал закидывать мякоть.

— Учитель, я хочу встретиться с сестрой, но не знаю, как сделать это безопасно, — произнес Рус, орудуя лопатой.

— Безопасно не получится, — ответил Роуль, подойдя к огромной лапе существа и отрезая от нее когтями несколько шматков, которые тут же закинул в чан. — В Кусарифе уже внимательно следят за Вивеком. Айзу знает, что делает, и старается уже сейчас перетянуть одеяло на себя. Кусариф пока это игнорирует, но присматривается. В городе хватает соглядатаев. Тебе пока там лучше не показываться вообще.

— А если придумать какую-нибудь личину?

— Думаешь, там идиоты в наблюдателях? — фыркнул Роуль. — Нет, придумать можно, но зачем городить сложности? Да и зачем тебе эта встреча? Что-то срочное?

Рус закинул еще одну лопату в чан и выпрямился.

— Я соскучился.

— Ой, какие мы нежные, — фыркнул упырь. — Ты соскучился и своим желанием можешь завалить всю операцию «Вивек — столица нового государства».

— Поэтому я и пришел к вам, — пояснил Рус.

— Если тебе так хочется пообщаться — залезь к ней в сон, — пожал плечами Роуль и, выпустив огромные когти, порубил остатки лапы свекольного монстра в мелкий фарш.

— В смысле залезь в сон? — спросил Рус, тут же подхватив лопатой получившееся месиво.

— А… — почесал голову упырь. — Мы же с тобой не разбирали «Астрал».

— Что?

— Астрал, — вздохнул упырь и взглянул на остатки тела монстра. — Своего рода… отстойник.

— О чем вы?

— Я о сущностях, — пояснил Роуль и принялся шинковать остатки свекольного монстра. — Я в свое время пошел путем стихии и стал ее частью. Боги становятся центром притяжения стихии и поглощают ее до тех пор, пока сами не превратятся в стихию. А есть очень странные личности, которые отказываются от стихии и идут своим путем. Такие после смерти становятся частью Астрала.

— Как это, отказываются от стихии?

— Вот так, — развел руками Роуль. — На моей памяти был один Сиулон «Стальная воля». Этот чудак проповедовал рукопашный бой. Любил, знаешь ли, все решать голыми кулаками. Со временем в нем проснулась искра ветра, но он отказался от магии и продолжал совершенствоваться на этом пути. Известен он стал тем, что сумел притянуть своей волей Астрал. Поначалу он смог с его помощью передвигать предметы. Это уже серьезное достижение. А затем и вовсе использовать волю и Астрал как еще одну конечность, которой наносил удары.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Звучит как глупость.

— С его скоростью и навыками — это смертельно опасная глупость, — буркнул учитель.

— Вы с ним бились?

— Да, и умудрился проиграть, — нехотя признался учитель, но тут же принялся оправдываться: — Но тогда я еще не был частью стихии, да и форма моя была не самая лучшая.

— Получается, это был достойный путь?

— Это тупиковый путь. Он мог только биться, другого он не умел. Я понимаю, что бой — это его стихия, но элементарно уйти в стихию и выйти в сотне километров для него было не под силу.

— Так, а причем тут моя сестра?

— При том, что все сны уходят в Астрал, а при должной подготовке можно уйти в чужой сон. Если, конечно, знать, как это делать, иметь привязку к своему телу и точное место, куда ты хочешь попасть.

— Погодите, то есть при желании я могу войти в сон любого человека?

— Да, но если у него рядом с кроватью ловец снов — ты останешься в астрале до конца времен.

— Ловец снов — это же побрякушка, которую вешают у кровати?

— Да, и правильно составленная побрякушка работает не хуже медвежьего капкана, — хмыкнул Роуль — Поэтому надо быть предельно осторожным.

— А почему вы не можете научить меня проходить сквозь стихию? Я мог бы…

— Потому что один мой ученик — жуткий идиот и вместо того, чтобы познавать свою стихию, носится по округе, изображает боевого мага империи, нападая на беззащитных воинов, а потом уничтожает тонны сахарной свеклы, — язвительно прервал ученика упырь. — Ты когда последний раз медитировал?

— Когда анималиста ждал, — буркнул Рус.

— А рядом со своей стихией?

— Не помню.

— А я помню! Это было, когда мы у северян немного спалили торжище! Такими темпами я помру от конца времен, а ты так и останешься учеником!

— Вот еще, я просто…

— Занимаешься ерундой? — снова прервал его учитель. — Давай говорить откровенно. Сколько ты заучил плетений с момента отправления с перевала?

— Ну…. штук двадцать? — задумчиво предположил Рус.

— А сколько ты выучил за время учебы на перевале?

— Сорок семь.

— И что это значит?

— Что у меня обширная практика?

— Это значит, что ты стагнируешь, ты не развиваешься и утешаешь свое самомнение, изображая из себя великого и могучего мага, — недовольно проворчал Роуль. — Несмотря на наши регулярные встречи, ты все чаще ввязываешься в бесмысленные авантюры.

— Не бессмысленные, а…

— Только не говори, что собрался выставить два своих баронства как военную помощь, — сморщился Роуль. — Я не против твоих забав, да и половое разнообразие благоприятно влияет на мужчин, но по факту эти два баронства ничем не помогут в войне Вивека против Кусарифа, но при этом вешают на тебя обязанности.

— Почему не помогут? У них будет…

— Пара сотен подготовленных солдат? — язвительно спросил упырь. — Что значит двести солдат, когда битва будет идти между тысячами?

— У Вивека никогда не будет тысячных армий, — нахмурился Рус.

— А у Кусарифа будет. Уже есть, — напомнил учитель. — Айзу не дурак и уже налаживает связи с другими городами, чтобы в ответственный момент собрать общие силы и ударить по этим торгашам. А что делаешь ты? Взваливаешь на себя пару далеко не самых процветающих баронств! Ты вообще представляешь, где они находятся, и где Вивек?

— Ну, я видел карту и…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— И-и-и-и-и?

Рус несколько секунд молча смотрел на учителя и вздохнул.

— Я понял.

— Прекрасно понимаю, что это весело, это приятно и это действительно нужно для тебя как опыт, но совершенно бесполезно для Вивека, — пожал плечами учитель и указал на котел. — Нагревай. Надо закончить дело.