Душелов. Том 5 - Emory Faded

— вот что ты! Взял её с нами, — перекинула она взгляд на девочку, которая от этого, вздрогнув всем телом, чуть отползла назад, — дал ей свою запасную одежду, нёс её на себе и делишься с ней нашими припасами, которых нам самим негде пополнять! А самое забавное в этом — то, что и началось всё именно вот с этой твоей показушной, блять, благородности! Он, видите ли, не захотел терпеть, как к ними липнут две пизды! Поэтому взял ебанного Тосио и пошёл с ним, блять, в лес, где нашёл эту мелкую гниду! И совершенно не зная её и прекрасно понимая, что будет тебе и твоим близким за помощь ей, ты всё равно, сука, решил ей помочь! Потому что «ну она же ребёнок»! Да и даже хуй с ним — с этим! Тут ни это главное! А то что ты, ебать тебя в рот, не вытерпел внимания двух пёзд, желающих, чтобы ты их трахнул! Ну да, ты же такой благородный — совсем не бабник, трахающих кого попало! Так ведь? А нет, нихуя! Ты во всю трахаешь её, — указала она на Алису, — и ёбанную Элизабет! А ещё — наготове у тебя я и Карэн, которую ты пока что не смог натянуть лишь из-за вашей какой-то проблемы! И это только то, что я знаю! А сколько же баб ты, ненасытная хуелуша, на самом деле сейчас трахаешь или планируешь трахать — наверное, одним только ебучим Богам известно!

— Ева. Уйди.

— Что? Уйти⁈ Хочешь, чтобы я ушла и успокоилась, а потом вновь пришла и стала прежней миленькой, тупой сучкой, которая только для ёбки и потирания твоего ЧСВ годна⁈ Хуй там! Да, сранная пизда-Элизабет была права на мой счёт и я действительно далеко не такой одуванчик, каким казалась вам! И знаете что⁈ С меня, блять, хватит! Я заебалась, отыгрывая эту роль! Но даже так — я была готова терпеть её и дальше, хоть всю оставшуюся жизнь, если бы ты всего-навсего критически не проёбывался! Это всё, что от тебя требовалось! Всё остальное у тебя либо уже и так было, либо за тебя это сделал и получил бы кто-нибудь другой, вроде той же Элизабет! Просто не проебись — всё! Но ты и с этим не справился! И знаешь, что самое забавное в этом всём? То, что я, будучи лгуньей всю свою жизнь, единственная кто тебе по итогу сказала в лицо эту правду! А эти две клуши же настолько в тебя влюблены, что, наверное, будут тебе жопу лизать, даже если ты их пиздить постоянно будешь! А тебе это только и подавай! Ну, что ты на это скажешь⁈

— То, что ты неправильно поняла мои слова. Сказав тебе «уйти», я не подразумевал, чтобы ты отошла, успокоилась и вернулась обратно. Сказав это, я подразумевал, чтобы ты ушла из нашей группы и больше не возвращалась к нам.

— Что⁈ Т-ты… меня прогоняешь? Сейчас, когда мы находимся ЗДЕСЬ? И как ты себе это представляешь⁈ Как мне здесь выжить одной⁈

— Меня это не волнует.

— Да что за бред⁈ Я тогда просто не уйду и всё!

— Ты не поняла. Это не просьба. В противном случае — ты сейчас умрёшь.

— Ты… ты так не поступишь! Вам нужен мой Дар! Без него вы не…

— Обойдёмся. У тебя десять секунд. Не уберёшься отсюда — я убью тебя. Отсчёт пошёл. Десять. Девять. Восемь…

И после этого она, озлобленно цыкнув, схватила с земли свой рюкзак с винтовкой и побежала, убежав на другой конец аномалии, где встала и начала смотреть на нашу реакцию.

А я…

— Прости, Алиса…

В ответ она положила руку на мою ладонь и сжала ту, прижавшись ко мне, пока я ощущал такую моральную боль, которую, наверное, ни разу за всю жизнь не ощущал. И причина её была даже не в том, что мной пользовались. А в том, что я сделал больно той, кто меня искренне любит, выбрав на тот приём не её, а ту, кто мной всё это время лишь управляла…

Я бесспорно до ужаса зол на Еву — настолько, что думал не сдержусь и обезглавлю её, не дав даже договорить. Но при этом на себя я злюсь сейчас в разы сильнее…

Глава 16

— И что это всё означает? — спросила Виолетта, пройдя в гостиную и посмотрев на Элизабет, сидящую в кресле с ноутбуком на коленях.

— Что именно «всё»? — флегматично в ответ спросила Элизабет.

— То и означает, — ответила она, пройдя и расслабленно сев на диван, закинув ногу на ногу и положив руки на спинку дивана.

— Увы, играть в игру под названием «угадай, что у меня на уме», у меня нет ни времени, ни желания.

— Нет времени? — усмехнулась она. — Да ладно? Что-то мне так не кажется, учитывая, что весь ваш бизнес прикрыли.

— Да, наш бизнес временно находиться под арестом, и ни я, ни кто-либо другой не может им пользоваться, а посему он, к сожалению, временно простаивает, лишь принося нам существенные убытки. Но это никак не означает, что это же касается и меня — всё же ты и сама подавала меня ему, как человека, разбирающегося в химии и биологии, а не как бизнесмена и руководителя. Хотя, конечно, и в этом я неплоха.

— Серьёзно? Даже в такой ситуации продолжаешь работать над подавителями? Я, конечно, понимаю, что ты уже всё остальное оставила в прошлом и возвращаться тебе некуда, но какой в этом вообще смысл, когда ситуация так запущена?

— Я работаю не только над подавителями. Вернее даже будет сказать, что над подавителями я работаю в остающееся к концу дня время. В прошлую нашу встречу я ведь как раз говорила тебе об этом. Упоминала вкратце, что у нас есть парочка козырей, которые если мы сможем реализовать, то в теории они могут перевернуть всю ситуацию в аристократическом мире.

— Тогда, может быть, пора их сейчас реализовывать начинать, а? Не думаешь так? А то, по-моему, тянуть уже больше некуда.

— Хотелось бы, но, к сожалению, сейчас это невозможно. К тому же в данной ситуации, как бы это не было печально признавать, это бы нам никак не помогло.

— Понятно. Короче говоря, всё проёбанно…

— Ты, как всегда, делаешь слишком поспешные