Питер Нейл - Тень ветра

— Для такой реки, — презрительно отрезал Конан, — вообще не нужно уметь плавать. Достаточно того, что на это способен конь.

— У нас в деревне не было такой большой воды, — жалобно проныл Оршан и его крепко стиснутые губы говорили, что он вовсе не уверен в умении своего коня плавать.

— Тогда оставайся здесь, — решил Конан. — Приготовишь что-нибудь поесть. Я поеду против течения, а ты в другую сторону, — он взглянул на Соланну. — Если найдешь какую-нибудь лодку, переправу, брод или мост, возвращайся сюда. Иначе продолжай искать, рассчитывая вернуться до захода солнца.

Соланна кивнула.

— Если мне вообще удастся спуститься к реке, — показала она на обрыв. — Здесь не спустится никакой конь. Этот спуск для обезьян, а не для всадника.

Она подъехала к мальчику, который снимал со своего коня мешки, чтобы начать готовить ужин, и хотела уже отвязать от своего седла все мешки и оставить их здесь, но киммериец, увидев это, нахмурился:

— Никогда не делай этого. Ты не можешь знать, не случится ли с тобой в дороге что-то неожиданное. Может, ты сюда уже не вернешься или…

Соланна виновато пригнулась и процедила сквозь стиснутые зубы:

— Ты прав, я об этом не подумала.

— Но вы меня не бросите здесь, — вытаращил на них испуганные глаза Оршан.

— Конечно, нет, — улыбнулась ему Соланна.

— Скорее всего, нет, — пробурчал Конан.

Глава XV

«Деревня рыбаков»

Ночь уже почти наступила, и Конан доедал кусок жареного оленьего мяса из вчерашней добычи. Оршан успел зажарить его до того, как киммериец вернулся из своей поездки. Гигант сидел в стороне от костра, опираясь спиной о ствол могучего дуба, меч лежал на земле рядом с ним.

Послышался топот быстро мчащегося коня. Киммериец отложил мясо, вскочил и приготовился к бою.

Оршан с испугом посмотрел на него.

— Это он?

— Я слышу одного коня и похоже, что это его конь. Но скачет слишком быстро… Уже не один конь, — прошипел Конан.

Отступив в темноту, он оставил Оршана одного в свете костерка. Мальчишка, парализованный страхом, застывшим взглядом уставился на огонь. Теперь и он тоже ясно различал, что по тропинке скачет не один конь. Оршан взглянул на Конана, но тот исчез в темноте.

Конь бешено промчался по тропинке мимо маленького костерка, слабо мерцающего в стороне. Соланна, пригнувшись к шее коня, изо всех сил старалась, чтобы конь бежал быстрее.

Сжимая узду обеими руками, она все время оглядывалась через плечо. В одном из вьючных мешков за седлом торчала длинная оперенная стрела.

Почти догоняя ее, на маленькой сивой лошади мчался крепкий ловкий коротышка. Управляя своим конем с помощью колен, он сжимал в правой руке дважды изогнутый кхитайский лук, на тетиву которого уже была наложена стрела. Левая рука его была обмотана неуклюже сделанной повязкой, которая в темноте ярко выделялась на фоне темной кожи всадника.

Он ждал удобного случая для того, чтобы спустить тетиву, и так сосредоточился на этом, что не заметил длинного блестящего клинка, внезапно возникшего из темноты.

Конан должен был наносить удар снизу, и поэтому он получился не слишком сильным. Но скорость лошади, сложенная со скоростью клинка киммерийца, оказалось достаточной для того, чтобы чужак оказался буквально рассеченным пополам.

Верхняя половина тела слетела с седла вниз, руки выпустили лук и несколькими судорожными движениями пальцев вцепились в землю.

Нижняя половина, из которой фонтаном вы плеснулась кровь, продолжала сжимать коленями ребра лошади.

Обезумев от запаха крови, текущей ей по бокам, лошадь с диким ржанием свернула с тропинки и исчезла в темноте леса.

Соланна остановила коня невдалеке от костра, справедливо рассчитав, что ее товарищ непременно вмешается в ситуацию.

Конан прислушался и приготовился к встрече с еще одним преследователем. Тот ехал значительно медленнее, и когда он появился в лунном свете, киммерийцу стало ясно, что причиной этого была не осторожность, а дряхлость его коня.

Преследователь гнал свою старую клячу изо всех сил, но она была способна самое большее на быстрый шаг.

Заметив огонек костра, преследователь остановился. И у него в руке был кхитайский лук, и видно было, что он умеет им пользоваться. Оршан, неподвижно сидевший у костра, замер, свернувшись в клубок. С другой стороны к костру подъезжала Соланна.

Чужак, услышав топот коня с другой стороны, видимо, надеялся увидеть своего товарища, но был начеку. Когда на полянку выехала Соланна, он вскинул лук и натянул тетиву. Девушка остановилась. Хотя в руке у нее был меч, на таком расстоянии он был бесполезен.

— Брось меч, — крикнул чужак и прицелился.

Соланна отбросила меч в мох. Вытянув перед собой руки, она начала бормотать какое-то заклинание. Преследователь, видимо, сообразил, что происходит, и быстро и тщательно прицелился.

В момент, когда он спускал тетиву, вылетевший из темноты кинжал вонзился в бок его старой лошади. Животное взвилось на дыбы и выпущенная стрела унеслась в небо. Чужак, не ожидая от своей старой клячи ничего подобного, соскользнул с седла и грохнулся на землю. Ноги лошади подломились, и она рухнула на упавшего хозяина.

В лесной тишине отчетливо послышался сухой хруст костей, затем раздался и замолк ужасный крик боли. Лошадь, некоторое время пометавшись по земле, медленно поднялась и с болезненным ржанием ускакала назад по тропинке.

Конан, как дух из темноты, появился у лежащего мужчины и склонился над ним с мечом в руке.

Посмотрев на него, он покачал головой.

— Ему не повезло, — крикнул он, обращаясь к Соланне, все еще неподвижно сидящей на своем коне. — Сколько их было?

— Только двое. Где второй?

— Тому тоже не повезло, — проворчал Конан. Наклонившись над чужаком, он оторвал от его куртки кусок материи и тщательно очистил им свой меч. Потом, подняв мертвое тело, киммериец отнес его к обрыву, поднял и швырнул далеко в реку. То же самое он проделал и с останками другого преследователя.

Соланна в это время подошла к костру и села у огня. Уже опомнившийся Оршан предложил ей кусок мяса.

Она отрицательно покачала головой и обхватила себя за плечи обеими руками, как будто ей стало холодно.

Конан сел напротив.

— Я не нашел ничего. Только одно место, где можно попытаться переплыть реку. Брода там нет, но течение спокойное.

— Чуть ниже есть деревня. Вернее, то, что от нее осталось, — Соланна, склонив голову, смотрела в огонь. — Он бы убил меня… Я уверена, убил бы…

— Вряд ли. Ты его испугала своим заклинанием.