Грегори Арчер - Король воров

Стражник, получивший удар в пах, с незапамятных времен носил на груди амулет, подарок матери, должный оберегать от насильственной смерти: тигриный клык на серебряной цепочке с вырезанной на нем личной монограммой.

Этот клык ухватила цепкая черная рука и всадила охраннику под кадык. И не успел костяной талисман прорезать столь уязвимую плоть, не успел убиваемый стражник почувствовать в себе инородное тело и боль, как дикарь вновь по-звериному, на четырех конечностях, с непостижимой быстротой отбежал в другой угол, к противоположной стене.

Деливио видел все. Он понял: надо срочно прийти на помощь. Последний дееспособный из оставшихся в комнате его людей сейчас надвигался, размахивая мечом, на забившегося в угол полоумного чужеземца, но начальник стражи боялся, что и того постигнет неудача. Он поднялся с колен и сделал то, что должен был сделать раньше. Сделал то, что всегда приносило ему победу, потому что никто этого не ожидал. Он вытащил из ножен на поясе кинжал и метнул. Правой рукой. Хотя сам был левша. И почти одновременно взмахнул другой рукой, левой, из ладони которой вырвалось нечто маленькое и блестящее. Всегда взгляд того, для кого проводился сей маневр, невольно отслеживал полет первого, более знакомого и крупного предмета; именно от него человек и уворачивался. А главная опасность исходила от предмета второго, брошенного сильнее и прицельнее, от небольшого, легко умещающегося в ладони, стального круга с острейшими зубцами по краям.

Стражник увидел, как мимо него пролетел кинжал, а следом промелькнуло и прожужжало нечто.

Главный воин не упускал из виду и того паука, что затаился в стороне. Не зря не выпускал. Подлый паук исподтишка кинул в Главного воина острое жало. Плохо кинул,- думал, воин не видит. А воин видит и убережется. Просто присядет, а жало вопьется в стену пещеры. Пьйонга! Что это?! Какая боль!…

Острые зубья бешено вращающегося круга разорвали черный кожный покров и вошли в тело, перерезая кровеносные сосуды и мышцы груди. Завязнув в ими же устроенной кроваво-мясной каше, зубцы не добрались до сердца совсем чуть-чуть, не хватило пол-оборота круга.

Ну вот, дикарь убит. И что теперь? Один человек умирает, другой, похоже, мертв. Засада провалена. По крайней мере, постояльцев трактира они переполошили. Что ж, надо спускаться вниз, одного послать за лекарем. А пока, первым делом, надо вернуть кинжал и метательный круг. Деливио направился к убитому дикарю.

Темнеет. Главный воин возвращается в живот Нанги. Пьйонгу – мужа Нанги вернут воины, идущие по его следу. Главный воин убил много пауков. Великий Пьйонга! Три слова! У него есть три слова Вудайю! Он убьет еще одного паука. Надо суметь прошептать, надо успеть прошептать…

У дикаря началась агония: корчи, последние безумные выкрики, кровавая слюна изо рта. Стражник отвернулся. Он не выносил подобные зрелища. А есть любители, знавал он таких. Под Эруком у них в роте был парень, который после сражения ходил на поле брани смотреть на умирающих и возвращался оттуда счастливым, как после свидания с подружкой.

– Сзади!!! – вдруг прогремел крик.

Стражник был хорошо вышколен. Поэтому незамедлительно отреагировал на голос командира и так, как требовалось. А еще ему повезло. Повезло в том, что не поспешил отправить, казалось бы, ненужный уже меч в ножны, держал его по-прежнему в руке.

Благодаря чему успел поднять клинок на уровень груди и остался в живых. А чернокожий дикарь с зажатым в ладони метательным кругом Деливио и с распоротым животом соскользнул на пол, окрасив меч стражника до рукояти в красное. Отряд из Черных Королевств лишился Главного воина.

Он погрузился в какой-то туман цвета крови и сколько в нем пробыл, сказать бы не мог. Почему его так поразило произошедшее в этой комнате побоище? Видимо, сказались последние пять лет, прошедшие с тех пор, как он поучаствовал в единственном в своей жизни сражении, пять лет одних лишь учебных схваток. Он отвык встречаться лицом к лицу со смертельной опасностью, отвык от вида крови. Сквозь звон, неизвестно почему наполнивший его уши, стражник услышал ставший спокойным голос своего начальника:

– Останешься здесь. Я посмотрел ребят. Ферерос мертв, Тогр жив, но очень плох. Постарайся сделать для него все, что в твоих силах. Я вниз, отправлю Константиноса за лекарем.

Деливио вышел в коридор. Из приоткрытых дверей выглядывали разбуженные и осторожно любопытствующие постояльцы. «Эти еще будут тут мешаться», – вскипела злость и он рявкнул:

– Стража! Всем закрыть двери! Брысь отсюда!

Двери тут же закрылись. Деливио слышал, что внизу происходит нечто странное. А разве можно теперь ожидать чего-то другого? Но он все-таки обомлел, выйдя на лестницу и глянув сверху на обеденный зал заведения Руфуса. И выхватил кинжал, потому что на него, вверх по ступенькам мчался еще один чернокожий дикарь. В отличие от первого этот был вооружен копьем. А еще раздался чей-то истошный крик.

– Убью гада!…

Двое чернокожих дикарей теснили его все выше и выше по ступенькам. Скоро загонят в коридор второго этажа, и оттуда живым вору не уйти. Я Кривое Рыло махнул через перила лестницы – вниз. Подгнившее дерево трактирной стойки не выдержало рухнувшей с высоты тяжести.

Кривое Рыло очутился на полу, засыпаемый сверху трухой. Он больно ушиб колено и, как дурень, напоролся при падении боком на собственный кинжал. На счастье, лезвие прошло по касательной и взрез оказался неглубоким.

Рыло углядел рядом с собой чью-то возню. Вскочил на ноги. Среди обломков и осколков по полу катались Выдра и чернокожий. Выдре приходилось хуже – если никто не поможет, гляди, вот-вот и задушат. Но помогли. Его дружок Кривое Рыло подобрался к борющимся, одной рукой обхватил шею чернокожего дикаря, задрал ему подбородок, другой – полоснул по этой шее кинжальным лезвием.

– За мной должок,- прохрипел Выдра, поднимаясь.

– Можешь отдать прямо сейчас,- Рыло вытер клинок об одежду зарезанного иноземца,- Все. Вытаскиваем Мослака и смываемся. Руфус удрал, скоро нагрянет стража.

– Да лучше уж стража чем эти…- прохрипел Выдра.- Откуда они взялись, а, Рыло?

Тот лишь отмахнулся: не до того сейчас.

Они выбрались из-за стойки, но вытащить Мослака не смогли. Те двое, от которых ловко ушел Кривое Рыло, сбежали вниз и вместе с тем, от кого до той поры успешно уворачивался Мослак, бегая вокруг стола, загнали-таки вора в угол и закололи своими копьями.

Однако Кривое Рыло и Выдра еще успевали добежать до входной двери. Не сговариваясь, они рванули к ней. Кривое Рыло несся первым. Дверь перед его носом открылась сама.