Наследие Иверийской династии. Дочери Мелиры - Нина Малкина

грядущей схватке с Орденом Крона. Приказы касательно тебя и твоего будущего.

«Его милость» резануло слух, я даже скривилась. Никак не могла поверить, что мой ментор, мой родной ментор внезапно превратился из боевого магистра в консула Верховного Совета. К своему стыду, о знаменитом Кирмосе лин де Блайте, о его личности, пристрастиях и участии в политической жизни Квертинда я знала очень мало.

– И что он приказал? – тихо спросила я.

– В кратчайшие сроки увезти тебя из Мелироанской академии и доставить в безопасное место. – Вилейн остановился у неприметной двери, но не спешил её открывать. – Юна, тебе не стоит беспокоиться об угрозах. Твой ментор всё продумал. И да, – он опустил чёрную маску стязателя и улыбнулся. – Зови меня Жорхе.

– Идёт, Жорхе, – легко согласилась я. – Убийство Тильды он тоже предусмотрел? В этом случае меня не нужно отправить в безопасное место?

Я не знала, о каком таком месте речь, но не могла себе представить ничего хуже Мелироанской академии. Может, побег – это выход?

– Этого точно не было в его планах, – Жорхе раздул щёки, отчего светлые бакенбарды распушились. – Но Лаптолина права, лучше пока ему не сообщать. Поверь, в бою Кирмосу меньше всего нужно думать о том, что его мейлори… – Мне показалось, он скажет «убила одну из дев», но стязатель оказался деликатен: – …попала под подозрение в убийстве. Пока мы обойдёмся своими силами, получив время для расследования.

– А мы его получим? – засомневалась я.

– Получим, – хмыкнул Жорхе Вилейн. – К счастью, и госпожа Првленская, и консул Батор – сторонники Кирмоса лин де Блайта. Они оба понимают, что сейчас, когда он только вернулся к своим обязанностям, проблемы с вызволением мейлори из лап правосудия здорово усложнят ему жизнь. Расположение консула лин де Блайта дорого стоит, а вражда с ним ослабит позиции Батора и даже приведёт к убыткам. Партимо Батор гораздо умнее и хитрее, чем кажется на первый взгляд, и ни за что не станет навлекать на себя гнев самого могущественного человека в Верховном Совете. А вот оказать ему услугу и в нужный момент напомнить о ней – вполне в духе южного наместника. Для того чтобы полностью оправдать тебя, он слишком осторожен и труслив. Но отсрочку мы точно получим.

– Откуда ты всё это знаешь? – я подозрительно прищурилась.

– Слишком давно служу Преторию, – уклончиво ответил Жорхе и открыл передо мной дверь: – Прошу, леди Горст. Настала и ваша очередь постичь некоторые тайны.

Я всё ещё не доверяла стязателю, но проследовала в указанном направлении. Если Жорхе Вилейн и хотел мне навредить, то вряд ли использовал бы грубые методы – по крайней мере, для них он мог найти более подходящие места, чем консульство.

В помещении оказалось темно. Затхлый пыльный воздух заставил меня закашляться и прикрыть нос ладонью. Шершавое белое кружево перчатки неприятно защекотало кожу, и я почесала щёку.

– Стязатель Вилейн, – бросился нам наперерез мужчина в бордовой мантии. – Добро пожаловать в архив!

Низенький и плотный, он походил на крупного рудвика, а торчащие в разные стороны косматые волосы и густая борода только усиливали сходство. В руках мужчина держал изрядно подтёкшую свечку, едва ли способную осветить огромный зал. Высокие, в три, а то и четыре человеческих роста шкафы с тугими рядами свитков подпирали потолок и заканчивались… Кажется, они не заканчивались. Света от одинокого огарка не хватало, чтобы увидеть другой конец архива.

Глаза служителя растерянно бегали от меня к стязателю, словно он не ожидал увидеть Жорхе в компании мелироанской девы.

– Проводи нас к старому входу, – приказал стязатель Вилейн, отчего бордовый работник и вовсе пришёл в недоумение.

– Вы… – он перехватил свечу другой рукой. – Уверены?

– Уверен, – коротко бросил Жорхе и сам направился вдоль ряда пергаментных шкафов.

Я только пожала плечами в ответ на испуганный взгляд мужчины и поторопилась догнать стязателя.

Мы шли, казалось, в кромешной тьме. Архивариус со свечой то и дело отставал, почти лишая нас зрения, но Жорхе Вилейн явно знал дорогу.

Я шагала тяжело, и стук каблуков эхом раздавался в темноте.

Противная слабость стала теперь моим постоянным спутником. Это здорово изматывало: мало того, что у меня не было оружия, не было магии, так теперь у меня даже не было привычных силы и ловкости. Из-за отсутствия тренировок мышцы неприятно ныли. Я была почти беззащитна. Выскочи сейчас кто из темноты, я бы вряд ли смогла за себя постоять. Разве что по-девичьи взвизгнуть. Как показали последние события, это не такой уж и бесполезный способ защиты.

Задумавшись, я споткнулась о щербатый паркет и помянула кряхта. Толмунд бы побрал этот Батор!

К счастью, впереди зажегся ещё один источник света – прямо в ряду свитков вспыхнул огонёк.

Жорхе замедлил ход и растерянно остановился напротив подсвеченного шкафа. Запыхавшись и ворча себе под нос, подоспел косматый сопровождающий.

– Что за удача! – он подобрал полы свободной мантии и подошёл ближе. – Процедура поиска истинного фамильного пергамента завершилась успехом! Редкий день.

Он поставил свечу на тумбу, с жутким скрипом пододвинул лестницу, взобрался по ней и аккуратно вытащил почти новый сверкающий свёрток из ряда других.

– Поздравляю, – раздался голос Жорхе.

– А? – не сразу поняла я.

– Ваш истинный фамильный пергамент, – работник архива протянул свиток, но тут же отдёрнул руку, не позволяя мне к нему прикоснуться. – Так как, говорите, вас зовут, девушка?

В недоумении я открыла рот и… беспомощно посмотрела на Жорхе. Тот отрицательно покачал головой.

– Леди Сирена Эстель, – присела я в реверансе. – Дочь нуотолин…

– Да не важно, – перебил мужчина, потеряв интерес. – Теперь вы стали ещё ближе к королевству и верноподданству! От лица сотрудников Мелироанского консульства поздравляю вас с этой находкой. Во имя Квертинда!

– Во имя Квертинда, – привычно отозвалась я и взяла свиток. – Но у меня же есть пергамент. Я получила его в Нуотолинисе.

– О, – мужчина на секунду оторопел, почёсывая бороду. – Думаю, он подлежит уничтожению. В отличие от истинных пергаментов, связанных кровью, дубликаты являются обычными листами бумаги. Всё, что в них есть магического, – нерушимая печать консульства. Хоть дубликат и подтверждает вашу личность, он всё же не является артефактом. Не светится и не исчезает после смерти владельца. – Он оценил меня взглядом. – Вы ведь давали клятву на персонагвире при изготовлении дубликата? Называли имя? Леди…

– Конечно, – ответила я абсолютную правду и добавила к ней ложь: – Леди Сирена Эстель.

– Вот и славно, – похвалил работник. – Господин Вилейн, вам точно нужно к старому входу?

– Точно, – пробурчал стязатель и снова зашагал по деревянному полу. – Не волнуйся, Мидонкер, ты не пострадаешь. Вся ответственность лежит на мне. Ты