Подземелье - Ваня Мордорский

Ташка за это заплатит.

Драмар в несколько минут закончил смазывать раны, после чего из оставшихся порошков приготовил жидкую субстанцию которую насильно вливал в рот Айры.

Мать громко задышала, и сразу погрузилась в сон.

— Все, — выдохнул старик, — Это должно помочь бороться с ядом в ее теле.

— Я знаю кто это сделал, — вдруг после недолгого молчания заявил Зур’дах. — Это Ташка. Я видел как она смотрела на мою мать. Это точно она.

— Да? — наклонив голову вперед, с интересом переспросил Драмар, — Ты сам видел как они это делали?

Зур’дах замялся.

— Нет. — нехотя выдавил он из себя. — Но она ненавидит маму и меня. Завидует, что мама красивая, а она жирная уродка.

— Думаю, твоей матери завидовала не только она. И это все причины которые тебе приходят в голову?

— Ну…

Зур’дах совсем не хотелось рассказывать, как он прыснул Ташке в глаза подарком Драмара.

Тем не менее, под выразительным взглядом старика пришлось рассказать, как все было.

— Смешно! — пожал плечами старик, выслушав гоблиненка, — Эти шалости не стоят того, чтобы так уродовать твою мать. Несоразмерные поступки.

— Я все равно уверен, что это она! — вскричал Зур’дах.

После чего попытался привести еще несколько доводов в защиту того, что только Ташка могла это сделать, однако каждый раз встречал недоверчивый взгляд старика, как бы говоривший о том, что все это звучит совсем неубедительно.

— Но если не они, то кто это сделал⁉ Кто-то же сделал это с мамой! — выпалил Зур’дах уставший препираться с Драмаром. — Они точно должны были видеть!

— Откуда мне знать, — вновь пожал плечами старик, — Но ты верно говоришь, кто-то это действительно сделал.

Бесполезный старик!

— Советую тебе выбросить Ташку из головы. Пока что.

Зур’дах хотел показать жест который взрослые показывали друг другу, но в итоге по-детски показал язык.

— Я ей отомщу! — выпалил он.

— Не сомневаюсь. — примирительно сказал Драмар разведя руки. — Только давай, я сначала сам расспрошу зур о том, что они видели, а потом ты будешь что-то там делать. Хорошо?

Драмар дождался кивка гоблиненка.

— Сомневаюсь, что ты с твоими силами сможешь сильно навредить этой здоровой туше Ташке. Поэтому, надо бы для начала сообщить обо всем страже.

— И что они сделают?

Драмар задумался, а ведь действительно, что они сделают?

Мстить они точно не будут. Ведь на половину того, что делалось среди изгоев, всем было плевать, а зуры…зуры все же хоть и не изгои но тоже близи к ним. наверное мальчишка прав, — подумал он, — разбирательство никто устраивать не станет.

Драмар посмотрел на свои руки. Да, силы к нему возвращались, но ему еще многое нужно было вспомнить. У него просто не было времени заниматься ни Айрой, ни Ташкой, ни всем этим. Его волновали совершенно другие вещи, и он хотел переложить заботы о мальчишке на кого-то другого, хотя бы на ту же стражу. Это ее задача как никак наказывать виновных. Если они конечно известны. Обычай в таких случаях прост, — око за око. Но обычно и зуры, и изгои решали свои вопросы сами, старым древним способом, — дракой. И вряд ли Айра захочет, чтобы даже эту возможность у нее кто-то отнимал. Она должна сама разобраться в том что произошло, а не ее ребенок.

— Мама говорила что стража бесполезна,кто заплатит туда и посмотрят, — зло сказал Зур’дах. — Говорила вообще с ними не связываться. Не подходить, не разговаривать. — и он начал перечислять то, чего делать было нельзя.

— Кхах…

Мать громко закашлялась в мгновение прервав их бесполезный спор.

Дамар приподнял ее голову, чтобы она не захлебнулась собственной слюной. Пока они разговаривали ее голова съехала с подложенной под нее подушечки.

— Малец, — вдруг обратился к нему Драмар, — Я совсем выжил из ума. Твоя мать ведь точно знает, кто на нее напал.

Зур’дах застыл.

Точно.

Об этом он даже не подумал.

— Но она же… — мальчик пальцем показал на мать. — Не просыпается.

— Проснется. — уверенно сказал старик.

Он, конечно, пока что не знал, выживет ли зура или нет, но все же надеялся на лучшее. Те зелья, которые он ей дал, должны были сработать.

— Давай договоримся, — он обратился к мальчишке, — я обещаю сидеть с твоей матерью пока она не встанет на ноги. и не скажет кто это сделал, а ты не будешь ни искать Ташку, ни даже подходить к ней, а?

Зур’дах вперился взглядом в старика.

Звучало…хорошо. Он и сам немножко боялся, пока мать была без сознания. Ему страшно хотелось отомстить. И он был уверен, что это он точно сделает. Но все же…как только он оказался с Драмаром, старик легко убедил его подождать.

— Хо…хорошо… — выдавил он.

Когда мама проснется, он точно узнает кто это с ней сделал. И он был уверен, мама скажет что это сделала Ташка, что это она во всем виновата.

Израненное лицо матери, было полностью покрытой черной плотной коркой той смеси которую нанес Драмар, и тем самым это хоть немного скрывало раны от взгляда гоблиненка.

Глядя на маму он сжал кулаки.

Я сделаю с Ташкой тоже самое.

Виновность этой толстой, злой зуры, была для него самоочевидной.

Драмар же тем временем несколько раз проверил состояние Айры.

Передвигал ее тело то поближе к огню очага, то подальше. Сам грел руки у огня.

И зачем только он вызвался сидеть возле этой женщины? Он хотел скинуть заботу на стражей, но как то не подумал об одном, — сидеть с Айрой, чтобы подлечить, может придется не только не один день, а может и больше недели. Однако мальчишка