Добро пожаловать в Алфею! - Лия Виата

и бредил. «Брат! Только держись, милый!» — фея резко задышала, силясь прогнать слезы. Вот он её брат, близко, только рукой подать. И так далеко, она касается отражения, а чувствует только холод стекла.

Цитрино отстраненно взирал на неё, всем своим видом показывая, что это только её испытание, коль она сама приняла такое решение.

«Думай,» — усилием воли заставила себя успокоиться. Это артефакт. Она произнесла имя своего брата, и зеркало показало ей его. Как и любых других, которых она знает.

— Борис Бритва, — Идрис произнесла первое попавшееся имя, не задумываясь о конкретном человеке, и зеркало заволокло молочно-белым туманом. «Борис, такое имя есть вообще?»

Получается, она должна если не знать в лицо этого человека, то хотя бы иметь какое-никакое представление о нём, а значит… Внезапное озарение ошпарило мозг едким разочарованием. Знание координат было внутри нее. Она знала. Все это время она знала эти чертовы координаты, и ей не надо было втягивать Блум в эту дурацкую авантюру с башней.

С досады Идрис саданула кулаком по стеклу.

— Браво, — Цитрино с ухмылкой изобразил аплодисменты, — Никогда не надоест видеть, как юные дарования угадывают принцип работы артефакта.

— Вы это специально сделали? — брюнетка тихо отвернулась от зеркала, — Вам весело, как я погляжу.

— Я ведь не погружен в контекст происходящего, а значит, вовсе не обязан сочувствовать вашей драме, — он изящно отпил чай из чашки, — Что до зеркала, то это одна из демонстраций простой истины: в правильно поставленном вопросе половина ответа. Одна его половина у вас.

— То есть, мы просто потеряли время? — Блум сама подошла к зеркалу, в котором из тумана проступили очертания той деревни Альнаре.

— Если задумываться, сколько времени бездарно потеряно, и как эффективнее можно его потратить, то можно расплакаться, — Цитрино наслаждался чаем и сумбуром в головах столь юных созданий.

Блум вскрикнула. В отражении со стороны Сахары на деревню двигался туман. В нем проступали кошмарные очертания монстра: корявые лапы, бочкообразный торс, мясистые гребни вдоль всей спины переходили в мощный хвост. Зеркало не передавало звуков, иначе бы феи поседели.

— Надо спешить! — голос Идрис против обыкновения дрожал. «Спасибо, профессор» она уже выкрикивала набегу, хватая Блум за руку и скрываясь за дверью. Щелчком пальцев он стряхнул с пальца дымчатую змею, и та, никем не замеченная, нырнула в спину Идрис.

Цитрино хватило лишь одного поверхностного взгляда, чтобы разгадать на зеркале ледяную подделку: совместное творчество Айси и Дарси. Сторми стояла на стрёме, а как иначе.

— Трикс, — произнес он в воздух, а зеркало услужливо показало ведьм рядом с деревней, — Вы пробрались в мой кабинет, заколдовали зеркало, чтобы выманить двух фей за пределы магикса, зачем? За соединение сил я вам ставлю пять. А вот за все остальное, сдам-ка я вас с потрохами. Во имя бескорыстного зла, конечно же.

* * *

Монстра не было. Даже на кристально чистом небе не было ни единого облака. Блум в превращении озиралась по сторонам, все пытаясь понять, а где же туманная тварь?

— Что-то мне это не нравится, — ноющее чувство тревоги неприятно стягивало грудь.

— Мне тоже, хотя… — Идрис покрепче сжала скипетр, — Ты же говорила, что Трикс от тебя нужно пламя, а от Стеллы — скипетр. О том, что мы в Судане знает только профессор Драм, да и тому, незачем нам помогать. Получается, что Трикс нас выманили.

— Ну не скажи, — проворчала Блум, — Вы с ним внешне очень похожи. Тот же нос, линия скул, форма лица. Одинаковый цвет волос и глаз. Так что я бы не утверждала, что ему незачем помогать.

— Бред, — заявила Идрис, — Я подумаю об этом в другой раз.

— Да, малявки! — в воздухе раздался визгливый и надменный голос Айси, — Прямо после своего поражения подумайте об этом ущербном Драме.

Резко запахло озоном, вытесняя запах ила и перегретых трав. В яркой вспышке и с оглушительным треском магический жемчужно-фиолетовый кокон обмотал фей и сжался. Посох больно вдавило в грудь. Подбородок ударился о колени. Блум, врезавшись затылком в кокон и получив по лбу навершием скипетра, потеряла сознание и обмякла. Костюм растворился, обсыпав Идрис пыльцой.

— Отдавайте скипетр, и проваливайте!

Давление нарастало. Слабые кости неприятно трещали. Страх и ужас сковали сердце как тогда, ночью, когда фермер угрожал ружьем.

— Ты что-нибудь будешь делать? — из груди выползла дымчатая змея, сверкая иссиня-черной чешуей, и заговорила голосом профессора Драма, — Вспомни пустыню, тогда ты пыталась себя хотя бы защитить, так что изменилось сейчас?

Время стремительно утекало. Каждая секунда промедления грозила тем, что им обеим безыскусно переломают кости.

«Господи, спаси и помоги,» — вдох и выдох. Пузыречки магии, словно шампанское, защекотали все тело и ударили в голову. Столь желанное превращение было оставлено без внимания.

Идрис схватила змею, вытащив целиком из себя, и бездумно встала вливать силу. Змея резко выпрямилась, головой и хвостом уткнувшись в противоположные стенки кокона. На концах стали нарастать пласты стекла, все больше расширяясь и ослабляя давление кокона, пока фей не заключило в стеклянную сферу.

— Блум, очнись, — она похлопала подругу по щеке, и та оклемалась, — Мы сейчас телепортируемся. Будь готова.

Крепко взяв подругу за руку, а во второй руке сжимая скипетр, Идрис сконцентрировалась. Вспышка солнечной магии вытащила из прямо за спины Трикс.

— Ку-ку.

— Так даже интереснее! — неприятно осклабилась Сторми, собирая в ладонях грозы и молнии.

Идрис отзеркалила усмешку. Раскрутила посох, еле удерживаясь на новообретенных крыльях, призвала к себе змею и свою сферу стекла. Магия профессора с радостью откликнулась, помогая утащить за собой и чары Трикс.

— Давай, кудряшка, покажи, что ты можешь, — от простой провокации Сторми моментально вскипела, и тут же в спину врезалась вся эта смесь из стекла и ведьмовских чар.

Со вскриком ведьма гроз камнем рухнула на землю. Иссиня-черная змея стремительно опутала ведьму по рукам и ногам, мешая двигаться.

Тут же Идрис скорчилась, ощущая, как чужие иллюзии плющат мозг.

— Ты ответишь за это, фея! — прошипела Дарси, усиливая натиск, вкладывая в него всю ненависть.

Айси, не теряя времени, стрельнула льдом в Идрис, чтобы та тоже врезалась в землю. Огненный щит поглотил лед и слегка отбросил ведьму льда.

— Не сегодня! — Блум окончательно пришла в себя, и от души подпалила волосы Дарси.

Почуяв запах паленого, Дарси с визгом попыталась сбросить с себя пламя. Контроль над чарами был утерян, и Индрис с хрипом смогла наконец-таки вдохнуть и прогнать губительный морок. Она только что могла умереть. Опять. Но она, к сожалению ведьм, очень хочет жить. Всю ненависть, что Дарси вкладывала в