Марко Леонетти - Пагода сна

Свет звезд осторожно прокрался в пещеру, заполнив пространство мягким серебристым сиянием.

Глава XII

Cледующим утром группа из девяти странников покинула Джелаи. Вела путешественников по-прежнему Кесея, однако, теперь волшебница все чаще советовалась с Конаном относительно того, какой путь лучше выбрать и даже когда остановиться на стоянку.

Пять дней путешествия прошли без приключений. Странники оставили за спиной Химелийские горы и продолжили поход в северном направлении. Отныне их путь лежал через степи, где обитали дикие племена коневодов-мунганов. Кочевники жили в небольших поселках, состоявших из двух-трех десятков шатров. Южные границы Кхитая нередко страдали от набегов степняков, но от открытого вторжения в древнюю страну мунганов предостерегала великая магия кхитайских чародеев. Вендия реже подвергалась набегам — на пути орды кочевников вставали горы. Гостей в своих владениях кочевники не любили, но относились лояльно к тем, кто задабривал их щедрыми дарами. Поэтому караванам, отправляющимся из Вендии в Кхитай, мунганы не чинили препятствий. Разумеется, если караванщики не были слишком скупы. Особо жадным нередко приходилось расстаться со своим товаром, а то и с жизнью.

Кесея предусмотрела возможность встречи с мунганами. Девять странников условились выдавать себя за странствующих торговцев, везущих в Кхитай ценные пузырьки с волшебными снадобьями. Благо, у дев-браминов стеклянного барахла имелось в избытке. Кесея и ее ученицы сменили дорогие одежды брахманов на простые шелковые платья. Вало и Конану выпало играть роль охранников каравана безо всякого маскарада, а Саттар и Таллок на время превратились в продавцов колдовских зелий.

До ближайшего селения кочевников оставалось меньше дня пути. Когда странники разбили ночную стоянку, волшебница собрала всех, чтобы объявить свое решение.

— Прежде чем вступить в область владений мунганов, мы должны выяснить, чем занимается наш враг, — сказала Кесея. — Я боюсь, Шао Лун что-то задумал — его бездействие настораживает меня больше, чем любое проявление агрессии. Неизвестность хуже самой страшной правды. Хочется верить, что мой страх не имеет основания.

— Что мы будем делать, наставница? — спросила верховную жрицу Диаса.

— Проникнем в страну снов. Там мы попытаемся выяснить, чем занят Столикий. Попрошу всех вас сесть в круг, не слишком далеко друг от друга. Сейчас каждый должен уснуть, а я покажу вам путь в мир сновидений. Помните, важно сосредоточиться на том, что мы входим в страну все вместе — иначе можно безвозвратно потеряться в необъятных просторах иллюзорного пространства. Все время держитесь меня и не увлекайтесь лишними мыслями — они могут стать неверными поводырями в пути. Будьте особенно осторожны те, кто делает это впервые. Я имею в виду Саттара, Таллока и Конана. Если вам что-то непонятно, дайте мне знать немедленно.

— По-моему, все просто, клянусь Кромом! — сказал варвар. — Разве уснуть для меня когда-нибудь было тяжелой задачей?

— Защитит нас Сирра, — пробормотал Саттар, укладываясь на подстилку.

У Таллока нашелся вопрос. Юноша хотел знать, насколько опасным окажется путешествие. Кесея сказала, что этого не может знать никто, за исключением Гипнос-Рена, хозяина иллюзорной страны. Но если все будут соблюдать общие правила и слушаться верховную деву-брамин, риск снизится до малого.

Конану некстати вспомнилась история с Иллани, которую ему не так давно показала Кесея. Юная ученица погибла из-за своей неопытности, угодив в смертельно опасный капкан, который расставил проклятый чернокнижник.

Варвар очень не хотел, чтобы скверная история повторилась с кем-то из нынешних учениц жрицы Сна.

Алиэль устроилась возле Конана, положив руку на плечо киммерийцу. За последние дни путешествия девушка и северный варвар успели заметно сблизиться и привязаться друг к другу. Несмотря на суровую несговорчивость Конана, Алиэль боготворила своего могучего защитника и не отходила от него ни на шаг. Кесея не порицала свою ученицу за нечаянную любовь к варвару, а Исира, похоже, поняла, что проиграла подруге маленькое сражение за внимание воина и отступила. Таллок сел возле Алексы. Девушка не возражала, а даже, наоборот, неосознанно завидуя Алиэль, ждала от юноши большего внимания. Вало уселся на землю, подобрав под себя ноги. Огромный вендиец сложил руки на груди и прикрыл глаза. Было похоже, что процедура ему знакома. Странники приготовились к путешествию в страну сновидений.

Сначала сон Конана был обычным — пустым и неосознанным, полным туманов серой мглы. Затем какая-то властная сила втянула его в дикое разнообразие красок, бушующий водоворот радужных бликов. Яркие оттенки изумрудно-зеленого, пурпурного, иссиня-черного, нежно золотистого, серебристо-белого и перламутрового цвета проносились сплошным нескончаемым потоком. Словно Конан купался в Вечной Реке, смывшей все краски с платья великой богини Дэркето.

Постепенно он начал различать среди пестрого безумия своих товарищей. Восприятие в иллюзорном мире разительно отличалось от того, каким привык руководствоваться киммериец в реальном мире. Если там, по ту сторону сна, ты видел, то, что видел, то здесь, в эфемерном пространстве требовались особые усилия чтобы что-то разглядеть. Стоило подумать о том, что неподалеку находятся восемь друзей, и Конан видел их лица, но стоило отвлечься, и силуэты быстро исчезали, уступая место серой мгле, полной разнообразных образов.

Голосов своих товарищей он не слышал, зато точно знал, что они хотели сказать и как это делали. Варвар различил удивленный возглас старика Саттара, тихое проклятье, граничившее с крайним изумление, вырвавшееся из уст Таллока. Ученицы верховной жрицы и сама волшебница вели себя спокойно — оно и понятно: путешествие по лабиринту сновидений девы-брамины совершали не в первый раз.

«Следуйте за мной!» — прозвучал немой приказ Кесеи.

Повинуясь влечению, которое создавала невидимая сила, киммериец последовал за всеми. Точно добрый наставник взял его за руку и увлекал вперед, в очаровательный мир непознанного.

Постепенно беспорядочный хаос красок начал складываться в упорядоченные образы. Чего тут только не было!

Рассыпанные монеты, зависшие прямо в воздухе, жаркие угли с перекатывающимися волнами пламени внутри, бумажные змеи, гигантские колонны, с вершинами, скрытыми розовой мглой, следы на влажной земле, булькающие лужи, в которых отражались дребезжащие звезды, танцующие змеи, искрящиеся хвостатые кометы, черепки горшков, конские хвосты, свисающие из ниоткуда и даже смеющиеся черепа с дружеской улыбкой на высохших губах.