Душеспасательница - Анна Невер

слушая недовольные ворчания и визг барышень, шустро выбрался с другого конца стола. Поднялся и снова выругался, вгоняя в краску благородных господ.

– Да ж драконов дрын! – завершил он душевную тираду. С этого конца помоста к нему торопились другие знакомцы – вэйскадровцы из Вемовейского училища.

Яков Бондарь увидел его и расплылся в улыбке, словно матушку родную встретил. Махнул призывно рукой. Окружили изнани…

Недолго думая, беглец развернулся в сторону парапета и перемахнул через него, спрыгнул с помоста на землю. И устремился к дорожкам, по которым во весь опор неслись скакуны. С риском быть затоптанным копытами, он преодолел беговые дорожки. А там бросился со всех ног к щитовому забору, который вблизи оказался довольно высоким. Лучи вэи пару раз норовили обжечь его плечо и ягодицу. Твари!

Ловко забравшись на ограждение, развернул скип и отбил новые лучи. Затем спрыгнул по другую сторону. И припустил по улице. На третьем повороте в переулок он остановился отдышаться. Послышались хлопки кожистых крыльев. Одновременно Вемовей ощутил, как его руку стянула знакомая петля голубой вэи. С неба на дорогу, на удивление редким мирным горожанам, поднимая облако пыли, приземлился серый стрелохвост.

Командир Илья Мостовцев направился к нему, как к норовистому зверю. Медленным шагом и выставив вперед раскрытую ладонь.

– Ранев, погоди! – дружелюбно. – Предлагаю пойти с нами на добрых началах. Тебя просто проверят чтецы и отпустят на четыре стороны.

– В острог они меня отпустят, – мрачно высказался Вемовей.

– Хочешь сказать, ты лгал, когда говорил о шуйских разработках и якобы шпионе в училище?

– Нет.

– Тогда чего тебе бояться?

Вемовей несколько секунд напряженно молчал, сверля пристальным взглядом вэйна, заарканившего его. Затем криво улыбнулся.

– Может, ты и прав, командир. Нечего. И мое встречное предложение – давай, начнем знакомство заново, – и он протянул Илье руку в знак расположения.

Командир облегченно выдохнул и шагнул навстречу с протянутой ладонью.

Большой палец нащупал кольцо на руке, и шепот наклада «взвел» ядовитый шип. Сейчас Вемовей пожмет руку этого блаженного, перстень безболезненно впустит в его кровь яд. И вэйскадровец упадет к его ногам, держась за пораженное сердце. Как падали десятки до него. Женщины, мужчины и даже дети. Все они умирали одинаково быстро. И ни один лекарь, ни один вэйн не сможет констатировать истинную причину смерти. В один голос скажут – разрыв сердца.

Но главное со смертью командира исчезнет рабский вэйновский поводок с его запястья. Он снова будет свободен!

Лишь в последний момент Вем отдернул руку и обернулся. Так и есть. Гончие из липового пансиона наблюдали за ним из-за угла переулка, держа наготове скипы. И Вем понял, что из двух зол придется выбирать, и выбор очевиден. Лучше в острог, чем к этим в лапы. Он не знает, зачем им понадобился. На самом деле хотят выцедить из него кровь, или сказано было для красного словца пять лет назад. А спрашивать желания нет.

Вем подтвердил отмену шипа кратким шепотком. И сам забрался на спину чужого ездового дракона.

– Чего застыл, командир? Полетели уже.

Илья добродушно улыбнулся, опустив протянутую руку.

– Странный ты, Ранев. Обещаешь, что больше не сбежишь?

– Нет.

Илья довольно хохотнул, качая головой.

Вем презрительно возвел глаза к небу. Счастливый придурок в неведении, не иначе.

* * *

Все повторялось, только его теперь стали особенно ценить. Иначе чем бы еще объяснялся тот факт, что по территории училища вплоть до дубовых дверей малого зала совещаний его сопровождала седьмая вэйскадра в полном составе. Он снова предстал пред сильными мужами училища. И на сей раз вызывал куда больший интерес у них, чем раньше. При его появлении троица в лицах ректора, его заместителя по внешним касательствам и начальника по вэй-безопасности встала со своих кресел. Илья шагнул вперед и коротко доложил, как и при каких обстоятельствах проводилось задержание лишака. «Вот, собственно, доставил».

Бородач безопасник что-то хотел сказать, но его взмахом руки остановил ректор. Пожилой вэйн сверлил проницательным взглядом пойманного, возможно ожидая, что тот опустит взгляд. Но этого не случилось.

– Молодой человек, в прошлую нашу встречу вы принесли довольно серьезные документы и заявления о вероломстве Шуи. Но мы не можем принять их на веру в полной мере, лишь опираясь на ваши слова. Вы понимаете, что нам от вас требуется?

Кивнул в ответ.

– Тогда я попрошу позвать сюда чтеца. Лидочка, пригласи…

Вемовей отвел взгляд к арочному окну, открывавшему вид на далекие горные пики, и сжал руки в кулаки. В этот момент он понял, что пытки перенес бы более стойко, чем эту процедуру. Нутро взбунтовалось, и тошнота подступила к горлу.

Чтец вошел тихо. Лысый широкоскулый мужчина в черном балахоне. Он коротко кивнул собравшимся, а потом шагнул вплотную к жертве. Уставился не мигая.

– Как твое имя?

Вем не ответил, но тот продолжил:

– Присядь на стул, Вемовей.

«Катись в испод!» – мысленно откликнулся.

Чтец поморщился.

– Как некрасиво. Ну стой, раз нравится. Но мы все равно продолжим беседу. И советую не сопротивляться, парень, иначе будет больно, – и веско добавил: – Ты не выдержишь.

Вем ощутил, как его мозг будто кто-то сдавил в тиски. Подобно ореху в орехоколке. И еле сдержал рвотный позыв, потом еще один. Нахлынул жар. Стало непереносимо душно. А потом мир вдруг перевернулся и рухнул в изнанку.

Знакомый грохот ударов о стену. Он в кромешной тьме рядом со своим безумием. И на сей раз долбеж гада исподнего кажется музыкой. Ведь лучше быть здесь, чем возвращаться туда в дерьмовую реальность. Демон его почуял и затаился по другую сторону преграды.

«О, ты боишься, ч-червяк!» – раздалось злорадное шипение: «Но не меня» – добавилось разочарованное. Чудовище за гранью зацокало когтями, будто заметавшись, а потом вернулось: «Понял. Я могу закрыть твой раз-зум. Твои мысли останутся лишь твоими».

Такое предложение оказалось сложно игнорировать, и Вем моментально ответил: «Это реально?»

«Если ты впустишь меня в свою душу, да», – вкрадчивое.

Читай между слов – подчинись демону и смирись с сумасшествием окончательно…

«Ну так дерзай, впускаю».

В ту же секунду он не увидел, но почувствовал, как со звоном лопается стена преграды и разлетается на мельчайшие острые осколки. Как и его голова от внезапной боли.

– Уже приходит в себя, – нетерпеливый рык вэйностражника.

– Жалко юношу, – голосок девушки писаря. – Может быть, стоит отложить чтение, Глеб Онуфриевич?

– Обмороки бывают в нашей практике, – флегматичный голос чтеца. – Это не страшно.

– Продолжайте, – неумолимый голос ректора.

Вемовей открыл глаза и постарался встать, но его вновь усадили в кресло, нажав с усилием на плечи. Вот как. Значит,