Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Корчевский Юрий Григорьевич

– Я и плавать не умею. Ко дну сразу пойду, если какая-нибудь тварь раньше не сожрёт.

Никита плавать умел. Но переплыть реку, тем более в хорошую погоду, – это одно, а вот переплыть море…

Дирижабль начало крутить, он становился неуправляем.

Пилот заглушил двигатель:

– Зачем горючее жечь без толку? Нам ведь ещё возвращаться надо.

Он прошёл в конец кабины, к Никите.

– Я ничего не могу сделать, бессилен перед стихией. Всё во власти богов!

От непрерывной болтанки Никиту стало подташнивать. Неужели у него морская болезнь, как в шторм на корабле?

Через несколько часов стемнело. А ураган продолжался. Видимо, их носило невдалеке от эпицентра.

Вконец измученные, промокшие и голодные, пилот и Никита улеглись на пол, и их сморила усталость. Наступило состояние какого-то безразличия. Они были не властны что-либо изменить, поэтому надо было набраться терпения и ждать. Либо ураган стихнет, либо дирижабль не выдержит и рухнет в море; но тогда конец неминуем.

Никита уснул.

Проснулся он от яркого света. Дождь и ветер прекратились, светило солнце. В углу кабины, поджав ноги, спал пилот.

Никита поднялся и посмотрел в окно. Дирижабль висел над водой в полусотне метров. И везде, куда бы ни бросил взгляд Никита, была вода. Какое-то безбрежное царство воды!

Никита разбудил пилота.

– А, что? – вскинулся тот.

– Ураган закончился, мы живы.

– Хвала богам!

– Не радуйся сильно, похоже – мы в океане. Везде вода, и никаких признаков земли.

Пилот протёр глаза, поднялся и выглянул в окно.

– М-да…

– Что будем делать?

– Идти на восток. Нас всё время сносило на запад, в океан. Стало быть, чтобы попасть домой, надо двигаться на восток. У меня же твой компас есть.

Зарокотал один двигатель, потом чихнул и завёлся другой.

– Топлива хватит?

– Должно, – как-то неуверенно ответил пилот.

Есть нечего, пить – тоже, хотя внизу полно воды. Только она солёная.

Дирижабль развернулся носом на восток.

Никита уселся рядом с пилотом. То, что они уцелели в такой шторм, ураган – уже само по себе чудо. А если ещё и вернутся на свой остров, это будет нечто совсем уж сверхъестественное.

Через час полёта пилот обратился к Никите:

– Слева, далеко – земля. Страшно.

– Что страшного? Правь туда.

– Судя по положению солнца, наш остров должен быть значительно правее. Это не наша земля.

– Какая разница? Можно будет сесть, набрать воды, напиться, в конце концов – узнать у жителей, что это за земля, чтобы сориентироваться.

– А вдруг там враги?

– Ну, рядом с селением не садись, а от одного человека мы вдвоём отобьёмся.

– У нас же нет никакого оружия.

– По ходу разберёмся. Главное – дирижабль цел, мы живы, земля впереди. Есть надежда, что выберемся из передряги.

– Да уж! Я в такой шторм первый раз в жизни попал!

Дирижабль приближался к неизвестной земле.

Пилот достал карту и долго смотрел на береговую линию.

– Хм, не может быть! Нас не могло снести так далеко!

– Что ты хочешь сказать?

– Если карта не врёт, нас снесло очень далеко.

– И где мы?

– Атлантида, остров черноголовых.

– Не может быть! Он же далеко!

– Сейчас сядем и спросим у кого-нибудь.

Дирижабль уже летел над сушей. Оба высматривали какое-нибудь небольшое селение, а лучше – одинокого человека. Потом пилот заметил вдали дорогу, по которой шли два путника.

– Садимся. Надо узнать, где мы, – сказал Никита.

– Нет. Я зависну над ними, а ты будешь разговаривать. Неизвестно ещё, кто внизу – враги или друзья.

– Экий ты пугливый! Везде тебе враги мерещатся!

Дирижабль медленно стал снижаться. Услышав шум моторов, путники запрокинули головы.

Вот воздушное судно зависло в десяти метрах над дорогой. Пилот старался удержать дирижабль на одном месте, а Никита высунулся из окна едва ли не по пояс.

– Приветствую вас, уважаемые! Подскажите, как называется эта земля?

Путники засмеялись:

– Заблудились?

– Маленько есть.

– Атлантида это.

– У вас правитель Гор?

– Он самый.

– А где можно попить воды?

– Вот туда, в ту сторону, – путники стали показывать руками направление. – Там родник есть.

– Спасибо!

Пилот разговор слышал и немного поднял дирижабль.

– Где родник?

– Туда, – махнул рукой Никита.

Родник был заметен сверху – небольшое, метра три-четыре диаметром озерцо, из которого вытекал ручеёк. Вокруг – ни души.

– Приземляйся! Я выскочу, привяжу причальный конец к камню.

– Договорились.

Кроме как к камню, привязывать канат было не к чему. Деревья далеко, а прикрепить к чему-нибудь дирижабль надо, иначе унесёт даже слабым током воздуха. Потом попробуй поймать! Вмиг превратятся в пеших!

Дирижабль завис сбоку родника, высота – не более полуметра. Никита открыл дверцу и выскочил. Схватившись за причальный канат, он обмотал его вокруг камня, подтянул нос дирижабля, а потом направился к роднику. Встав на четвереньки, как животное, напился свежей холодной воды едва ли не до икоты. Отдышавшись, он вернулся в корзину дирижабля.

Кабина, сплетенная из толстых прутьев, напоминающих ивовые, была лёгкой и прочной. Пилоты называли её и кабиной, и корзиной.

Как только он шагнул за порог кабины, навстречу ему из двери уже сделал шаг мучимый жаждой пилот. В руке он держал ёмкость под воду – вроде фляжки. Напившись, он наполнил фляжку.

Неожиданно раздался гул. Пилот поднял голову к небу – не летательный ли аппарат?

Никита же насторожился. Слышал он уже похожий звук – перед землетрясением, когда с воинами азуру в племя возвращался.

– Быстрее назад! Надо убираться отсюда! – закричал он пилоту.

Тот недоумённо пожал плечами – чего, мол, шумишь? Он неторопливо подошёл к корзине, забросил внутрь фляжку и направился к камню – отвязать причальный конец.

Но тут снова раздался гул, потом землю слегка тряхнуло. Пилот от неожиданности упал.

Никита выпрыгнул из кабины, рванулся к упавшему пилоту и схватил его за руку:

– Вставай! И быстро в корзину! Бегом!

Сам же стал разматывать конец.

Однако известно: когда торопишься, получается плохо. Верёвка запуталась.

Никита обернулся – пилот уже забрался в кабину. Недолго думая, он выхватил нож и мгновенно разрезал канат. Хороший нож, острый, как бритва! Сам же и делал из метеоритного железа. Пригодился, не подвёл!

Никита бегом бросился к кабине. Он знал, что подобные явления были предвестниками грозных землетрясений, и сейчас должно тряхнуть довольно сильно.

Лишившись привязи, дирижабль стал подниматься. Никита подпрыгнул, упал животом на пол кабины, ухватился за сиденье, заполз и закрыл за собой дверцу.

Гул от земли шёл такой низкий и сильный, что закладывало уши. Но хоть дирижабль не трясло.

– Поднимайся выше и уходи в море! – закричал Никита.

Земля начала мелко трястись, как в ознобе. Послышался сильный подземный удар, земля внизу заходила ходуном, поднялась пыль.

Пилот испугался:

– Что это?

– Землетрясение! Набирай высоту!

Но пилот уже и сам дал газ и тянул рули на себя, инстинктивно уходя от непонятного и страшного.

Дирижабль уже набрал не менее сотни метров, и с высоты хорошо было видно, как озерцо, воду из которого они только пили, вдруг стало мелеть. Когда дно обнажилось, на глазах изумлённых Никиты и пилота оно вдруг начало «кипеть»: образовывающиеся пузыри лопались, выпуская наружу струйки горячего пара. Затем его прорезала трещина, и вверх ударил гейзер, состоящий из песка и кипящей воды. За ним последовал второй, третий, и вот уже всё дно озерца усеяно бьющими вверх фонтанами кипятка. Внезапно, как по мановению ока, цвет гейзеров изменился, приобрел огненный оттенок, дно озерца приподнялось в центре, и вверх ударил могучий поток лавы. Подземный огонь вырвался наружу, захватив с собой тысячи раскалённых камней. Они полетели вверх и в разные стороны, оставляя за собой клубящийся дымный след. «Вулканические бомбы!» – всплыло в памяти Никиты когда-то давно прочитанное.