Джеральд Старк - Заложники Рока

– Давайте подождем еще немного! – взмолилась гулька, зная, что у грозного людского правителя слова не расходятся с делом, и от ворот магической школы скоро останется гора мелко нарубленных щепок. – Может, они не расслышали колокола!

– Некому там слышать. Сама говорила, все или перемерли, или разбежались, – напомнил киммериец, примериваясь, в какое место створок лучше нанести первый удар. Готовящийся сокрушительный замах предотвратил только голос из-за ворот, предательски срывающийся от страха:

– Эй, там! Уходите отсюда! Ступайте лучше в Эспли, там вас приютят. Сюда никого пускать не велено, тут чародейская школа…

– Ну наконец-то, сила демонская! Да знаем мы, что школа! – обрадовано гаркнул в ответ король Аквилонии. – Отпирайте, мы вашего магистра привезли! Протухшего малость, но еще живого!

– Что?! – за створками завозились и забренчали железом, затем другой голос, постарше, недоверчиво спросил: – Какого магистра?

– С выжженным глазом и кривой демонячьей рожей, – предельно точно обрисовал давнего знакомца Конан. – Водится у вас такой? А еще у нас имеются герольд вашего покойного князя и его же сынок. Князя сынок, не герольда. Рейе, подай голос, может, они тебя признают?

Короткая фраза, произнесенная Морадо да Каденой, прозвучала не на принятом в Рабирах наречии, родившегося из смеси аквилонского и зингарского языков, а на некоем ином диалекте, и оказала нужное воздействие. В просвете между верхним краем ворот и навесом вынырнула темноволосая голова, осмотрела стоящих внизу и сгинула обратно. Что-то протяжно заскрипело, лязгнуло, и створки, вздрогнув, плавно открылись вовнутрь.

Сторожей и впрямь оказалось двое – девочка-подросток и молодой парень. На вошедших в пределы Школы они уставились с равным недоверием и ужасом, особенно когда поняли, что из десятка приехавших рабирийцами являются только трое, а все остальные – люди. Присутствие Рейе да Кадена обеспокоило их еще больше: обитатели уединенного поместья последние три седмицы жили в непрерывной тревоге, гадая, что за напасть обрушилась на Рабиры. Караульным разрешили заглянуть в повозку, отведенную Хасти, чтобы они убедились в истинности слов человека, уверявшего, будто в поместье вернулся его законный владелец.

Узнав Одноглазого, сторожа немного успокоились и перестали дичиться. Парень остался закрывать ворота, а девочка повела незваных гостей дальше – между красноствольных сосен, за которыми мелькали очертания невысоких строений, на ходу рассказывая о злоключениях прислуги магической школы.

В начале лета, когда ученики разъехались, Эллар оставил здесь десятерых. После Грозы уцелели только шестеро, самых юных по возрасту. Придя в себя и отлежавшись, челядинцы снарядили двоих посланцев в Эспли, поселок в полудюжине лиг от «Сломанного меча», за новостями. Поселковые жители ничего толком объяснить не смогли, посоветовав гонцам вернуться, запереть ворота усадьбы покрепче и ждать, чем обернется дело. Никто их не навещал, и они уже начали подумывать, что о них напрочь забыли…

Очередной поворот, небольшой пригорок – и перед путниками распахнулся Синрет, спокойное и величественное озеро в длинном распадке между лесистыми холмами, по крайней мере вдвое больше Рунеля. Лес здесь уступал место цветущему лугу, плавно нисходившему к желтому береговому урезу. На краю луговины, ближе к воде, поднимался дом непривычных человеческом глазу очертаний, с резкими уступами драночной крыши и островерхой башенкой, прилепившейся сбоку. На лугу паслись самые заурядные козы, белые с черными и рыжими пятнами, и одинокая тощая лошадка.

Завидев появившуюся на опушке группу, лошадь резво припустила навстречу, высоко подбрасывая тонкие ноги и игриво мотая головой. Когда животное подбежало ближе, выяснилось, что это – жеребенок, немногим больше года от роду. Конек оказался редкой масти, пепельной с дымчатым отливом и в черных чулочках. Вид незнакомых людей заставил его остановиться и боязливо принюхаться, широко раздувая ноздри. Девочка позвала конька, и тот, осмелев, подошел знакомится.

– Вылитая зверюга, что раньше ходила под седлом у Хасти, только молодая, – заметил Конан. – Потомок того коня? Или Хасти отыскал в чьей-то конюшне похожего как две капли воды?

– На моей памяти Эллар никогда не покупал новых лошадей и не занимался их разведением, – безмятежно поделился Рейе. – Это и есть Локаграх, тот самый конь, которого ты имеешь в виду. В данный миг он проживает свою то ли третью, то ли пятую жизнь. У Хасти все руки не доходят составить заклинание, позволяющее Граххи не стареть. Это существо доживает до почтенных лошадиных лет, умирает и рождается снова. Почему это происходит – не знаю, понять не пытаюсь и тебе не советую.

– М-магия, – повторил Конан с прежним отвращением, косясь на гуля в попытке понять, морочат ему голову или же сказанное – чистейшей воды правда.

Загадочный жеребенок тем временем сунулся мордой в возок, обнаружил хозяина и заметался, обиженно взвизгивая и недоумевая, почему это Хасти не обращает на своего любимца ровным счетом никакого внимания.

Дом у озера, когда к нему подъехали ближе, производил впечатление растущего прямо из земли, из-за огромных замшелых валунов, уложенных в основание. Он был велик – в два этажа – и облеплен множеством разнообразных пристроек. Фасад дома глядел на закат, где в отдалении блестело темной лазурью лесное озеро, а просторный двор перед жилищем мага покрывал крупный красноватый песок. Создатели дома обработали бревна стен так, что те казались вырезанными из темного янтаря и вроде бы слегка светились изнутри – а может, их освещали лучи вечернего солнца. В окнах поблескивали маленькие стекла всех цветов радуги, и повсюду, на всякой раме, выступе, наличнике и притворе тянулась резьба – невиданные животные, небывалые растения, сплетающиеся то ли в рунную вязь, то ли в притягивающий взгляд узор. Какое-то время новоприбывшие просто увлеченно разглядывали жилище чародея, едва не позабыв, ради какой цели добирались сюда. Чары разрушила девочка-дозорная, осторожно спросив, хотят ли гости войти внутрь.

– А нужно? – вопрос короля предназначался Айлэ диа Монброн. – Вот мы приволокли Хасти сюда, как он хотел. Дальше-то что с ним делать?

– Войдем, – пожала плечами баронета. Девочка юркнула под высокое, в пять ступенек крыльцо, повозилась там и вылезла обратно с ключом – длинным, тяжелым, с замысловатой фигурной бородкой. Замок открылся совершенно беззвучно, визитеры один за другим прошли через полутемные маленькие сени, поднялись по короткой крутой лестнице и попали в комнату, наверняка служившую владельцу дома для приема гостей. У дальней стены разинул пасть сводчатый камин, посредине громоздился большой овальный стол на ножках в виде древесных столов, вдоль стен выстроились шкафы с намотанными на валики свитками и книгами в разноцветных переплетах. Мэтр Ариен, подзуживаемым ненасытным любопытством ученого, немедленно приоткрыл створку ближайшего и сунулся внутрь, невзирая на предостерегающее шипение Иламны.