Макс Аллан Коллинз - Мумия

О'Коннелл навестил лагерь конкурентов, чтобы пожелать удачи своим соотечественникам. Вернув­шись к товарищам, он передал Эвелин заповедь, услышанную из уст Бени:

– Если вас укусит змея, на месте укуса ножом сде­лайте крестообразный надрез, высосите яд из ранки и сплюньте его, – наставлял венгр своих работода­телей.

Косоглазый Бернс в бифокальных очках поинте­ресовался:

– А что делать, если змея ужалит в такое место, до которого вы губами не дотянетесь?

– Для этого существуют друзья.

– Боже мой! А если она цапнет меня за задницу?

– Ну, приятель, если в этом случае ты обратишься к Бени, то, скорое всего, так и умрешь, не дождав­шись помощи, – встрял в разговор Рик.

О'Коннеллу вся эта истории показалась забавной, хотя Эвелин, выслушав ее, сумела только выдавить в ответ вежливую улыбку.

Две группы держались на некотором расстоянии друг от друга, и американцы, похоже, не видели в О'Коннелле и его товарищах серьезных конкурентов. Сам Рик слышал, как доктор Чемберлен сказал своим спутникам:

– Главная у них там эта девица. Ну а что может знать женщина?

Такое отношение к прекрасному полу вполне уст­раивало Эвелин. Во всяком случае теперь она убеди­лась в том, что никаких помех со стороны американ­цев опасаться им не придется. Что же касается того, где нужно копать, чтобы отыскать сокровища, то на этот счет она имела свое мнение.

Рядом с развалинами храма, где возвышалась по­луразрушенная и засыпанная песком статуя Анубиса, в скале открывалась щель. Через нее можно было видеть пещеру, уходившую в глубину.

Пожалев о том, что бедуинская одежда является ее единственным туалетом, Эвелин встала на колени и заглянула в открывшийся проход. Внимательно изу­чив его, она подняла голову и увидела над собой три довольно тупых лица. В глазах ее спутников отража­лось полнейшее недоумение.

– Это вход, – сказала она.

– Это просто дыра в земле, – отозвался О'Кон­нелл. – И сделана она не человеком... Причем ненуж­но быть археологом или, черт возьми, геологом, что­бы определить это.

– Вы правы, ее делал не человек, но люди исполь­зовали ее в качестве входа, – пояснила девушка, сме­тая песок с какой-то отполированной поверхности, которая вдруг засверкала под солнечными лучами, тут же на мгновение ослепив Джонатана.

– Что это еще за чертовщина? – встрепенулся тот.

– Зеркало, – с удивлением констатировал О'Коннелл. – И очень древнее зеркало...

Небольшое полированное зеркало, украшенное по краям иероглифами, крепилось к краю скалы там, где расщелина становилась достаточно ши­рокой, чтобы туда мог пролезть человек.

Поднимаясь на ноги, Эвелин продолжила свое объяснение:

– Здесь находится подземное помещение, и эта тре­щина, безусловно, была когда-то прикрыта каменны­ми плитами или, возможно, деревянным полом. Пой­мите, что фараоны использовали природные образо­вания, например, пещеры, но в дополнение к этому еще и вырубали в скалах целые анфилады комнат. Я уверена в том, что под нашими ногами находится на­стоящий подземный город, состоящий из многочис­ленных пещер, а также залов, галерей и переходов ис­кусственного происхождения.

Эвелин велела своим товарищам, вооружив их теми инструментами, которые удалось приобрести у бедуинов в караван-сарае, искать вдоль края расщелины другие зеркала, и через час стараний было обна­ружено с полдюжины древних зеркал, расположенных по обе стороны щели.

– Но зачем они их здесь расставили? – удивлялся О'Коннелл. отряхиваясь.

– Это древнеегипетская система освещения. – Эвелин прошла вдоль края расщелины, поворачивая зеркала так, чтобы они отражали солнечные лучи, следуя какой-то непонятной закономерности. Девуш­ка скорее действовала наугад, но все равно была край­не возбуждена, полностью отдаваясь работе. – Если я не ошиблась в расчетах, вы скоро увидите все свои­ми собственными глазами.

– Вы готовы спуститься вниз? – осведомился О'Коннелл.

– С удовольствием.

Он начал привязывать веревку к ближайшему ка­менному выступу.

– Если верить ученым из Бембриджа, – продол­жала девушка, обращаясь к брату, начальнику тюрь­мы и неотразимому искателю приключений, – где-то внутри гигантской статуи Анубиса находится тайник... который может до сих пор хранить Книгу Амон-Ра.

Мужчины внимательно слушали ее, стараясь не пропустить ни единого слова. О'Коннелл, проверив надежность узла, сбросил прочную пеньковую верев­ку в глубь расщелины. Рик закинул за плечи рюкзак, а за пояс заткнул пару факелов. Они представляли со­бой деревянный стержень, конец которого был обмо­тан полотняной лентой, пропитанной керосином и от­жатой.

– Я подам вам знак факелом, как только буду убежден в том, что внизу находиться вполне безопас­но, – предложил О'Коннелл. – Мне не хочется кричать и привлекать внимание наших «друзей».

– Что ж, это разумно, приятель, – согласился Джонатан.

О'Коннелл задержался у расщелины, достал что-то из своего рюкзака я перебросил эту вещь Эвелин.

Она поймала плоскую кожаную сумку, размером со среднюю книгу, но не успела и рта раскрыть, чтобы спросить у Рика, что это такое, какой заговорил сам:

– Эту штучку я... м-м-м... одолжил у своих соотечественников... когда заходил к ним, чтобы пожелать удачи в раскопках.

Он улыбнулся девушке, затем ухватился руками в перчатках за веревку и, прыгнув в расщелину, быст­ро заскользил вниз.

– Какой неожиданный и приятный сюрприз! – восхищенно произнесла Эвелин. Сумка имела не­сколько отделении, в каждом из которых обнаружи­лись столь необходимые ей археологические инстру­менты.

Вскоре где-то внизу засветился оранжевый огонек, и это означало, что О'Коннелл благополучно закон­чил спуск и теперь стоит на твердом полу подземного помещения. По приглашению Джонатана и после бес­конечных: «Нет, что вы, только после вас!»  вторым под землю отправился вспотевший, с выпученными от страха глазами бывший начальник тюрьмы.

Джонатан улыбнулся сестре и заметил:

– Что ж, если этот столб выдержал такую тушу, как наш Хасан, то нам бояться нечего.

И с этими словами он последовал за арабом.

Наконец наступила очередь Эвелин. Она погружа­лась в призрачную темноту, неторопливо перебирая руками веревку. Сейчас, в своем свободном одеянии, девушка как никогда сожалела о том, что одета не в брюки. Коснувшись пола ногой в сандалии, она нео­жиданно поскользнулась и довольно неудачно шлеп­нулась.

Рик нагнулся, чтобы помочь ей подняться, и отки­нул руку с факелом в сторону. Яркое пламя осветило стены, покрытые геометрическими узорами, иерогли­фами и вырезанными в камне изображениями богов и богинь.