Валет - Николай Петрович Марчук

Ознакомительный фрагмент

доли купил жене квартиру в Москве. Думал, произведу на неё впечатление. Не произвел.

Впоследствии я понял, что все это время жена была не просто моей верной и терпеливой супругой, но и талисманом в бизнесе. За те два года, что я прожил без неё, у меня не получилось ничего из задуманного, проекты рассыпались один за другим. Апогеем стал пожар в небольшом торговом центре, в строительство которого я вложил последние деньги. На следующей неделе должно состояться заключительное заседание суда, на котором меня, скорее всего, признают виновным и «закроют» на пару лет. Сейчас я на «подписке», можно было бы свалить за границу через сопредельные страны, благо «левые» документы есть, но я пока тянул время. Должен был решиться один момент — дадут мне реальный срок или условный. Если «условка», то можно никуда не бежать и пересидеть здесь. Очень не хочется валить за границу и прятаться там как крот в норе всю оставшуюся жизнь, подрабатывая таксистом или грузчиком.

Еще не маловажную лепту в мое падение и крах внесло блядское ковидло. Этот чертов короновирус, будь он тысячу раз неладен, прокатился асфальтным катком не только по моим проектам в 2020–2021 годах, но и знатно потоптался по моим мозгам.

То, что сдавать в аренду в торговые площади стало не кому из-за ковидных ограничений, еще можно было как-нибудь пережить, благо финансовая подушка безопасности на тот момент еще была, но вот что делать с тем, что мозги стали хуже работать?

Первый раз короновирус я перенес в конце 2020 года: неделя соплей и кашля, небольшая температура и головная боль, в итоге, на полгода пропало обоняние. Я сделал прививку в середине 2021 года и думал, что про «корону» можно забыть раз и навсегда, тем более, что обоняние ко мне частично вернулось. Но, не тут-то было. В начале декабря 2021 года, я повторно заболел «ковидлом». На этот раз все было точно так же: неделя соплей и кашля, небольшая температура и головная боль, но итог намного страшнее: помимо сошедшего с ума обоняния, появилась жуткая отдышки, заторможенность мозговых процессов, провалы в памяти, нарушение координации движения и меланхолия, сменяющаяся паническими атаками. Из жизнерадостного весельчака и балагура, я превратился в ноющую, тупую истеричку. Короче, пиздец подкрался незаметно!

Перспективы дальнейшей жизни вырисовывались крайне нелицеприятные. Даже если мне не впаяют реальный срок, то точно назначат большой штраф и выплату материального ущерба. То есть в самое ближайшее время я стану банкротом и нищебродом. В былые времена меня бы этот факт ни капельки бы не смутил, наоборот, лишь подтолкнул к новым свершениям, а сейчас после двух перенесенных «корон», остатками своего, пораженного болезнью мозга, я понимал, что ничего нового и прорывного придумать не смогу. О бизнесе и предпринимательстве, о «схемах» и «мутках» придется забыть раз и навсегда. Мне теперь подвластна только простая, незамысловатая работа: ночной сторож детского садика или дворник. Можно, конечно, вообще не работать, а грамотно распределить оставшиеся в наличие ресурсы, которых при должной экономии хватит дотянуть до пенсии. Хоть я не уверен, что столько смогу протянуть, потому что у меня из-за этого короновируса всплыл на поверхность целый букет хронических болячек.

Пока я вот так размышлял, вспоминая события последнего периода своей жизни и занимаясь уже привычным нытьем и самосожалением, тело выполняло привычную работу: утренние процедуры, нарезка бутербродов, заварка чая в небольшой термос и облачение в уличную одежду.

Вышел из квартиры, быстрым шагом спустившись на первый этаж. Привычно отдышался, переводя дыхание после нахлынувшего приступа отдышки. Тяжело! Падла, прошел всего шесть лестничных пролетов, а такое чувство будто бы пробежал пару километров с тяжелым эРДэ за спиной.

Отдышавшись, свернул на велодорожку и побрел в сторону парка. Погода стояла пасмурная, но дождь не шел. Судя по расположению туч, они скоро уйдут на север, и выглянет солнце.

Возможно, мне сегодня повезет, и я увижу тренера из фитнес-клуба «Орион». Зачем мне тренер? Думаете, я на старости лет решил заняться спортом? Ага, цазз! Нет, все просто, сотрудник фитнес-центра «Орион» состоял в интимных отношениях с сотрудником прокуратуры, которая выступлю в качестве обвинителя по моему делу. То, что прокурорша была на пятнадцать лет старше своего любовника, да еще и была замужем, придавало уверенности, что я смогу с ней договориться, через её любовника, тем более что мне не нужно разваливать дело, всего лишь заменить требования прокуратуры, сменить реальный срок на условный.

Тренер любил бегать по утрам в том самом парке, куда я направляюсь. Так, что должно повести, я его уже третий день пасу. А у меня сегодня настроение такое, что думаю, что мне повезет. В воздухе витает, какое-то ощущение близкой бури или глобального изменения в моей жизни. Точно должно повести!

Занял скамейку на перекрестке двух велодорожек, достал пакет с бутербродами, набулькал чай в пластиковый стакан-крышку. Чай хороший, травяной, сладкий. Бутерброды с сыром и ветчиной. Люблю сытно и вкусно пожрать. Наверное, поэтому я в свои пятьдесят пять такой жирный кабан.

Только успел укусить бутер первый раз, как мимо меня прошагал худосочный юноша лет семнадцати, облаченный в черную парку с большим капюшоном. Ну, прошел и прошел, делов-то. Но от юноши шибало смрадом. Чем-то до боли знакомым, из старой, прежней жизни. Секунду я ворошил тяжелые камни в своем сером веществе, вспоминая, откуда я могу помнить этот запах. С органами обоняния в последнее время у меня творится черт знает что, они сходят с ума. Для меня сейчас запах кофе, сигарет, выхлопных автомобильных газов и протухшего мяса — абсолютно одинаков. И от пацана шибало чем-то похожим. Если бы у него в руке был стакан с кофе или «дудка» вайпа то я бы не обратил бы на это никакого внимания, но у него ничего подобного в руках не было, лишь в правой руке спортивная сумка. Одежда чистая, аккуратная и без пятен.

Черная длинная куртка с нашитым черепом на спине, черные джинсы, черные высокие ботинки. Джинсы заправлены в голенища ботинок. Куртка распахнута на груди. Странный тип. Глаза у него были закрыты черными очками. И это в восемь утра. Пасмурное утро с низкими хмурыми тучами.

Колумбайн хренов!

Стоп!

Точно!

Колумбайн!

Расстрел детей в школе!

Смерть!

Вот что мне напоминает запах, идущий от пацана. Он пахнет смертью! Так же шибало изнутри расстрелянной БээМПешки, которая каким-то чудом добралась нашей заставы. Из распахнутых настежь створок десантных люков вот так же воняло смертью. Я запомнил эту вонь на всю жизнь, потом уже вернувшись