Импровиз. Война менестреля - Владислав Адольфович Русанов

Всё-таки маги-учёные превосходили трагерских менестрелей в умении управлять артиллерийской дуэлью настолько же, насколько сам Ланс альт Грегор обращался со шпагой лучше какого-нибудь недоросля и захудалого Дома, вздумавшего искать службы при герцогском дворе. Задору и отчаянной лихости Эрике альт Дако и Пирелло Чёрной Шляпы, мрачной решимости Лобо альт Эскобаны и Лаго альт Браццо, виртуозности и тонкому обращению с магией Ридо альт Сантош и Уго альт Тардина браккарцы противопоставили опыт и укоренившиеся навыки от долгих лет обучения. Что могли стоить упражнения трагерцев, которым они предавались на проияжении нескольких недель, в сравнении с годами кропотливой работы под руководством умелых наставников у магов-островитян? Следует так же заметить, что у браккарцев имелся чёткий план, которого они неукоснительно придерживались. Каждая новая команда из нескольких кораблей сосредотачивала огонь на одной из батарей форта — их расположение и количество орудий не являлось тайной, учитывая не только прекрасно работающую разведку Браккары, но и то, что трагерцы даже не пытались скрыть сведения о форте или хотя бы окружить их ореолом загадки. Каждая собака в Эр-Трагере знала, сколько пушек на каком ярусе стоит, а следовательно, знал эти и король Ак-Орр тер Шейл. Просто не мог не знать.

Глава 3

Ч. 4

Браккарцы «работали» крест-накрест. Вначале разбили батарею, где артиллеристам помогали Уго альт Тардин и Жозе альт Рако, то есть левую нижнюю. Потом досталось Лансу и Пирелло — правая верхняя. Судя по дыму и запаху гари, после пострадали Ридо альт Сантош и Браз альт Коста, а сейчас ядра ложились прямо на позиции, где сражались непревзойдённый Эрике альт Дако и кривоногий Лаго альт Браццо. Голубоватые следы магии, которые отлично видел Ланс, вели именно туда. Значит, там сейчас укрепления превратились в огненную Преисподнюю, там гибли люди, там хоронили надежду Трагеры на независимость. Левая батарея третьего яруса ответила браккарцам дружным залпом, проломив борт двухмачтовой посыльной каракки. Ядра летели и от Уго альт Тардина, и от Ридо альт Сантоша, но совсем мало. Два-три выстрела положения не спасут.

Значит, нужно задействовать и свои три орудия. Как говорится, с миру по нитке — нищему петля. Только почему молчат Лобо альт Эскобан и Пепе альт Виньо? Может, у них там бунт? Или уничтожен запас огневого зелья?

— Батарея! Пали!

Лансу удалось сработать виртуозно. Понимая, что три ядра, пусть даже попавшие в корпус каракки, не потопят её, он выложился полностью. Привел их в рулевое перо, в щепу разбив его. Теперь каракка уползти уползёт, но вряд ли, перезарядив пушки, вернётся в бой.

— Батарея! Бань пушку!

Стволы орудий окатили холодной водой. Канониры прочищали стволы. Один при этом зажимал пальцем запальное отверстие, а второй шуровал банником, сделанным из жёсткой свиной щетины, убирая пороховой нагар. Работали они очень быстро. Порой ненависть к врагу удесятеряет силы и начисто лишает людей чувства самосохранения. И тогда становится понятно, что выжить — не главное. Главное — утащить собой как можно больше врагов. Наверное, это как раз и есть тот случай, когда воин выбирает между жизнью и смертью. Выбор смерти происходит неосознанно, но он оказывается единственно правильным.

Одним глазом Ланс следил за канонирами, а вторым поглядывал на браккарцев, чьи каракки вновь заходили для обстрела. Сколько их ещё осталось? Не меньше половины от общего числа явившихся к Эр-Трагеру кораблей. Похоже, и в этот раз северяне победят, а значит, остаётся выбрать смерть в бою. Это всяко лучше, чем позорная сдача и выплата контрибуции. А для кое-кого сдаваться в плен и вовсе глупо. Ни Нор-Лисс, ни король Ак-Орр не простят ему побега. Теперь уж точно от садка с миногами будет не отвертеться. Если довезут его до этого садка. Следовательно, выбор не велик, если подумать. Это выбор меду смертью и… смертью.

Кто-то похлопал Ланса по плечу.

Неужели вестовой вернулся? Что-то долго бегал…

Альт Грегор повернулся и с трудом сдержал возглас удивления.

Перед ним стоял Ридо альт Сантош. Уже не такой холёный и завитой, как перед началом сражения. Рукав изумрудно-зелёного камзола надорван, волосы растрепались под морским ветром, на лбу — здоровенный мазок сажи, на щеке — кровь.

— Пран Ланс! Вы меня слышите??? — Скорее догадался, о чем он говорит, альт Грегор. — Я кричу-кричу…

— Похоже, я слегка оглох, — улыбнулся Ланс. — Говорите громче, и всё будет хорошо!

— Я понял! Вам нелегко пришлось, я вижу! — Ридо заорал так, что вздулись жилы на шее. Взмахом руки указал на убитых и раненых. Особо его передёрнуло при виде обезглавленного Пирелло. — Да примет Вседержитель душу раба…

— Он погиб в бою! А у вас кровь на щеке!

— Это не моя! Забрызгало! — Альт Сантош указал себе за спину. — Со мной два десятка канониров и гандлангеров. У нас разбито пять пушек из восьми.

— Так это замечательно! — Внезапно осенило Ланса. — Не то, что пушки разбиты, а что догадались прийти. У нас не хватает прислуги у орудий.

— Потому и пришли. Сколько у вас свободных пушек?

— Четыре!

— Сейчас дадим браккарцам жару!

— Занимайте места!

Красавчик-трагерец кивнул, потёр горло.

— Охрипну я с вами…

— Победить и охрипнуть или проиграть и погибнуть. Разницу улавливаете?

— Ещё бы!

Ридо усмехнулся. Дал отмашку своим.

Канониры бросились к пушкам. Кто-то из них принёс с собой банники, шуфлы, запальники, другие подхватили артиллерийские принадлежности, выпавшие из рук убитых. Гандлангеры завладели вёдрами, четверо сразу кинулись к подземному складу пороха за новым бочонком, поскольку браккарские ядра уничтожили заготовленный на поверхности запас. Именно этот взрыв и оглушил Ланса.

— А скажите, пан Ланс! — Не отступал Ридо. — А вы не пробовали сложить силы с кем-либо из менестрелей?

— Не понял? — Альт Грегор потряс головой, прикидывая — ослышался он из-за временной глухоты или отупел от постоянного звона в ушах? — Что вы имеете в виду?

— Каждый из нас может что-то делать с магией в меру своих сил. Кто-то больше, кто-то меньше. Но если мы попробуем управлять ядрами не поодиночке, а вдвоём… Может, мы достигнем большего?

Ланс, забыв о приличиях, поковырялся в ухе.

— А чего мы можем достичь? — Он начал слышать лучше или показалось?

— Поглядите, пран Ланс! — Альт Сантош взмахнул рукой в сторону моря. — «Гордость Бракки» уходит к Северному форту! Если бы её достать!

В самом деле, красавец-флагман, четырёхмачтовый — такой большой каракки альт