Время клятвы - Сергей Борисов

Или об урагане в битве при Феросе? Что это? Обычное совпадение? И потом, вы же сами упомянули, что молитесь в Церкви, чтобы Боги были благосклонны к воинам. Что это, если не прямое вмешательство? Вы отказываете Великим Богам в том, что у них может быть симпатия по отношению к той или иной стороне, Август?

— Разумеется, нет, — сразу пошёл на попятную Полоний. — Господин барон спрашивал меня о жрецах. И я ответил ему, что Боги категорически против того, чтобы мы использовали Их щедрые Дары в своих кровавых заварушках. Молитвы жрецов — это несоизмеримо большее в сравнении с заклинаниями гвардейской школы. Наши молитвы — это искреннее признание в вечной любви и верности, и наградой служит священный Дар, который надо не потратить впустую, а использовать с умом.

— И я так понимаю, горячо любимые Боги любезно предоставили вам неограниченную свободу действий для нашего «маленького» приключения? — ухмыльнулся Ирвин. — Хотя погодите-ка… Там, на мосту…

— Да, господин Эббот, — помрачнел жрец. — А ещё раньше в лесу. Теперь ни Гидрос, ни Магнос не отвечают на мои молитвы.

— Ну, с Гидросом понятно, — призадумался гвардеец. — А с Магносом-то что не так? Вы ему, случайно, денег не задолжали?

— Перестаньте богохульничать, господин Эббот! — рассердился Полоний. — Однажды кто-нибудь подвесит вас за ваш длинный язык!

— Надеюсь, это будет та привлекательная герцогиня из рода Фарленгов! — невозмутимо ответил Ирвин. — Кстати, мы с ней весьма похожи: она любит искусно побогохульничать, так что у неё тоже подвешенный язык!

Полоний не нашёлся, что на это ответить, и просто махнул рукой.

В ущелье становилось всё темнее. В сумерках компаньонам казалось, что скалы их понемногу обступают и все теснее сплачивают свои ряды, словно не хотят, чтобы путники обнаружили вожделенный Источник Жизни для Люморы. Оруженосец нервно мотал головой, осторожно ступая по тяжелым булыжникам, с опаской поглядывая на высокие каменные стены и не спуская ладони с рукояти меча, будто он каким-то чудесным образом мог спасти их от якобы надвигающихся камней. Барон, гвардеец и жрец тоже глазели по сторонам, но, в отличие от мальчишки, искали в них не угрозу, а хотя бы малейший божественный проблеск, который бы намекнул, что где-то поблизости пытается пробиться Источник. Впрочем, им тоже было довольно неуютно в каменных «тисках» в темноте. Даже та небольшая пещера на берегу теперь представлялась чуть ли не тронным залом.

— Господин Эббот! — шепнул оруженосец и похлопал идущего впереди гвардейца по плечу. — Господин Эббот!

Ирвин остановился.

— Что такое? — спросил он, повернувшись к мальчишке. — Заметил что-нибудь?

— Н… нет, — промямлил оруженосец. — Но мне очень не нравятся эти громадины вокруг. Они такие… такие зловещие! Может быть…. может быть, выпустим тролля из табакерки, а? Один разочек. Как только окончательно стемнеет. А уж он… ну… защитит нас, если… если что. Господин Эббот?

— Защитит от скал? — вскинул брови Эббот. — Скорее вытащит нас из-под завала, если он случится. Но, ты знаешь, в твоих словах есть крупица истины…

Мальчишка заулыбался.

— Не обольщайся! Только крупица! — цокнул языком Эббот. — Тролль бы нам сейчас действительно пригодился. Но для другого.

Он вскинул вверх кулак и беззлобно погрозил клочку гаснущего неба.

— Эй! А ну быстро меняйся местами с дочкой, слышишь?

— ГОСПОДИН ЭББОТ! — прошипел Полоний в ярости.

— А что такое? Он всё равно нас не видит! — отмахнулся Ирвин. — Над нами раскоря… кхм… распластался один из его сыновей. Не будет же он заглядывать ему в…

— ГОСПОДИН ЭББОТ! — Полоний едва сдерживал себя.

— Шучу, шучу! — засмеялся Эббот. — Август, вы всегда такой серьёзный? Я бы посоветовал вам…

— ЗАТКНИТЕСЬ ОБА! — рявкнул барон, поправляя Люмору. — Или сейчас окажетесь в отключке, как она!

С этим Полоний и Эббот решили не спорить, и компаньоны двинулись дальше.

Верховный Бог Фер, словно вняв дерзкому требованию гвардейца, поскорее укатился за горизонт, и на небе показалась бессменная Реф. Тем временем в ущелье воцарились тишина, холод и сквозняки. Ни намёка на Источник по-прежнему не было ни на каменных стенах, ни под ногами путников. А вскоре они и вовсе дошли до развилки. Одна дорога уводила на северо-запад, другая — на северо-восток.

— Ну что, отдадимся на волю Богини Фортуны? Полоний, у вас есть монетка? Можно одолжить её? — спросил Ирвин. — Ах да, простите, вы же ещё не выплатили долг Магносу…

— Прекратите паясничать, господин Эббот, — сухо ответил жрец. — Нам нужно серьёзно решить, куда податься дальше.

— Ну что ж! Раз вы этого хотите, тогда… — Гвардеец достал табакерку, небрежно распахнул крышечку и сделал демонстративно глубокий вдох.

Несколько секунд ничего не происходило.

— Ну и где он? — пробурчал барон.

— А я почём знаю? — ответил Ирвин вопросом на вопрос, приглядываясь к табакерке. — Слушайте, а… порошок-то влажный! Ну, после наших злоключений на мосту.

— И что это, чёрт подери, значит? — начал злиться Рокуэлл.

— Размяк, похоже, наш дружочек, вот что это значит! — нахмурился гвардеец. — Или…

Каменистая почва под ногами компаньонов неожиданно заходила ходуном.

— НАЗАД! — крикнул барон, и путники едва-едва успели отпрыгнуть перед тем, как раздался мощный взрыв. Что-то здоровенное пролетело и с грохотом приземлилось за спинами компаньонов, а на месте взрыва из недр земли выстрелил фонтан густого янтарного цвета.

— Источник! — выпалил Ирвин и развернулся к тому, что рухнуло неподалёку. — Томас! — радостно воскликнул он.

Каменнокожий тролль довольно улыбался:

— Немного задержался в родной стихии, но я всё ещё к вашим услугам!

— Что ты, ты в самый раз! — захохотал Ирвин. Полоний, оруженосец и Рокуэлл также не смогли сдержать счастливых улыбок. — Ты даже не представляешь, насколько мы рады твоему очередному эффектному появлению!

Барон, не мешкая, поднёс Люмору к бьющему из-под земли фонтану, положил её на камень и стал осторожно поить из рук освежающей янтарной жидкостью.

— Это и был ваш гениальный план, Ирвин? — поинтересовался жрец.

Гвардеец развёл руками.

— Вовсе нет, Август. Я собирался… Хотя… Вы знаете, да, это был мой гениальный план! Я ведь сразу понял, что под нашей тропинкой течёт подземный ручеёк Жизни! Решил растянуть интригу, позлить вас немного! А вот… — Тут Ирвин уставился куда-то за спину Томаса, и его улыбка внезапно угасла. — А вот эти ребята, знаете ли, в мой план не входили.

В проходе, из которого путники только что приковыляли, виднелся здоровенный каменнокожий тролль. Полоний сделал шаг в сторону дорожки, ведущей на северо-запад, но и там путь уже преграждал высоченный тролль. Из северо-восточного прохода также выступил невозмутимый каменный детина, сжимающий кулаки.

— Нас окружили, господа, — подытожил жрец. — Что будем делать?

Ирвин растерянно взглянул на Томаса. Тролль молча смотрел, как его собрат приближается, и, похоже, о чём-то размышлял.

— КАМЕНЬ! — пробасил тролль, приветствуя Томаса.