Всадник на белом коне (СИ) - Горъ Василий

— Да, было бы здорово! — согласилась с ней Линь. — Но самое интересное еще впереди. Так что убери руку с экрана и не мешай знакомиться с текстом.

Следующая часть «текста», посвященная призу, выигранному мною для Насти, и моему уважительному отношению к ней, порадовала уважительным отношением не только ко мне, но и к «сопернице»: Голикова проанализировала не только то, что я говорил Кравцовой, но и жесты с взглядами, сопровождавшие наше общение. А потом заявила, что меня, вне всякого сомнения, стоит отнести к мужчинам из вымирающей категории «Джентльмен».

Ода «моей» оригинальности, безбашенности, силе воли и физической форме, сопровождаемая нарезками из ролика, снятого камерами того самого квадрокоптера, заставила подобраться. Ибо то и дело намекала на то, что самое интересное еще впереди. Так что к переходу к финальной части… хм… утра я готовился с внутренним трепетом, представляя, во что превратится моя жизнь после обнародования подробностей нашей «l’amour à trois». Но, как вскоре выяснилось, волновался зря — описав прощание с подружками, Голикова обломала подписчиков интересным монологом:

«Что было дальше? Дальше были часы чувственного „безумия по-джентльменски“, то есть, необузданная, всепоглощающая страсть, щедро приправленная искренним вниманием и неподдельной нежностью! Но эта часть самой фантастической ночи в моей жизни останется за скобками. Ибо ТАКИЕ воспоминания должны греть только те души, которые и связали…»

— Ну да, вариант с двумя душами тут не катит! — хохотнула Настена, прочитав этот абзац. — А выносить за скобки МЕНЯ нельзя — можно пролететь с продолжением. Если оно, конечно, будет.

Я пропустил этот комментарий мимо ушей, так как читал заключение, отдающее грустью:

«Итак, Идеальный Мужчина, о котором хотя бы раз в жизни грезила каждая представительница слабого пола, все-таки существует. Причем не где-нибудь в просвещенной Европе или заокеанском „оплоте демократии“, а у нас в России! И пусть большую часть своего времени этот уникум тратит на тренировки, двигаясь к воистину Великой Цели, я, волею случая прикоснувшаяся к меньшей, хочу заявить: Денис, ты — глоток свежего воздуха в мире, отравленном лицемерием, равнодушием и эгоизмом, я искренне благодарна тебе за те мгновения счастья, которые ты мне подарил, и… этой ночью у тебя появилась еще одна преданная фанатка…»

Глава 8

1 ноября 2040 г.

…Первый день последнего месяца осени начался с приятного сюрприза. Ближе к восьми утра, когда я, развалившись на диване, переваривал сытный завтрак и морально готовился к тренировке, а девчонки серфили по инету, позвонил Алексей Алексеевич и сообщил, что китайские «друзья» Джинг ее больше не побеспокоят. Уверенности в его голосе было хоть отбавляй, но я на всякий случай поинтересовался, снимает ли этот факт запрет на появление девушки в общественных местах, тут же получил утвердительный ответ и передал трубку Линь, захотевшей поблагодарить Горина напрямую.

Через четверть часа, когда восторги «Изобильной» чуточку поутихли, ожил домофон. Я прогулялся до прихожей, включил экран терминала и удивленно уставился на лицо Голиковой, пребывающей не в самом радужном настроении. Впрочем, тупить, выясняя, что ей от меня надо, да еще и в столь ранний час, не стал — напомнил, в какой подъезд надо заходить и на какой этаж подниматься, ткнул в сенсор открывания дверей и предупредил девчонок о том, что к нам вот-вот заявится гостья.

Пока шарахался по холлу, дожидаясь прибытия лифта, перебрал добрый десяток причин, вынудивших девушку нарушить обещание и приехать без моего звонка, но в итоге остановился на единственной, оправдывающей неважное настроение. Так что, встретив, поприветствовав и проводив девушку до прихожей, закрыл дверь, вздохнул и перепроверил свои выводы:

— Как я понимаю, сомнений в результатах тестов уже нет, верно?

Она нахмурилась, несколько секунд смотрела на меня абсолютно нечитаемым взглядом, а потом истерически расхохоталась и, не переставая ржать, сползла по стене на пол!!!

Само собой, в дверном проеме тут же нарисовались Настя с Джинг и, оглядев нас Татьяной, хором поинтересовались, что, собственно, происходит.

Я озадаченно почесал затылок, подбирая слова для объяснений, набрал в грудь воздуха, чтобы честно признать свою вину, но… Голикова, вовсю размазывавшая потекшую тушь по щекам, оказалась быстрее:

— Он решил, что я беременна!

— А что, это не так⁈ — чувствуя, что меня отпускает, выдохнул я.

— Нет, конечно! Ты был аккуратен до безобразия, я пью таблетки, и радоваться перспективе нянчить общих детей пока рановато.

— Тогда с чего ты была такой угрюмой? — спросил я, потом догадался подать ей руку, поднял с пола и помог расправить задравшуюся юбку.

— Расскажу… — без особой радости в голосе пообещала она. — Но после того, как ты познакомишь меня со своей второй подругой.

Я шлепнул себя по лбу, представил ей Линь, а Линь — ее, предложил чаю с вкусняшками, препроводил на кухню, усадил за стол на место для гостей и пресек попытку поучаствовать в сервировке стола. Правда, девушка особо не сопротивлялась — села на предложенное место, позволила пододвинуть стул, грустно огляделась по сторонам, дождалась, пока перед ней появится пиала с зеленым чаем и блюдце с заварными пирожными, пригубила ароматный напиток и перешла к делу:

— До твоего боя со Стрельцовым осталось двадцать два дня, фанаты Огнетушителя заспамили соцсети оскорблениями, насмешками и клеветой в твой адрес, а ты и твоя группа поддержки даже не чешетесь! Я устала наблюдать за этим скотством, и решила предложить помощь. Тем более, что имею возможность заткнуть как минимум половину этих тварей.

— Высказывания в адрес соперника такого характера, призванные вывести его из равновесия, являются неотъемлемой частью раскрутки любого боя и называются трэш-током… — флегматично объяснил я, жестом заткнул вскинувшуюся было Татьяну и продолжил свою мысль: — Однако мне такое не по душе, поэтому я никогда не встреваю в подобные дискуссии и запретил это делать «группе поддержки».

— Но так нельзя! — в сердцах воскликнула блоггерша. — Они поливают тебя грязью в одну калитку, а ты…

— А он его вырубит. Еще в первом раунде… — на миг оторвавшись от уничтожения выпечки, уверенно заявила Кравцова: — Как вариант, задушит или возьмет на болевой.

— Учти, информация только для своих… — на всякий случай добавила Линь. — Поставишь на этот результат — заработаешь неплохие деньги.

Заглянув в глаза каждому из нас и не обнаружив ни тени сомнений в предсказанном исходе боя, Голикова прищурилась, расфокусировала взгляд и о чем-то задумалась. А секунд через пятнадцать-двадцать вернулась обратно в реальность и чуть-чуть развеселилась:

— То есть, «собака лает, а караван идет»?

— Типа того! — кивнул я.

— Что ж, тогда я настропалю своих подписчиков в нужном ключе, и после боя мы устроим сетевое шоу с условным названием… хм… «Болтать — не мешки ворочать»! И, тем самым, постараемся отбить желание злословить фанатам твоих следующих противников.

— Буду премного благодарен! — улыбнулся я, вспомнив про двадцать с лишним миллионов подписчиков ее блога.

Тут Татьяна ощутимо заколебалась и… покраснела:

— Слушай, Денис, а можно мне хотя бы на пять минут заглянуть на любую из твоих тренировок? Просто я поддерживаю легенду о нашем близком знакомстве одними репостами с твоей официальной странички, и это начало сказываться на моем имидже. Кроме того… — тут она явно сделала над собой усилие, —…мне до ужаса любопытно увидеть тебя, скажем так, в естественной среде обитания!

Настена хмыкнула и задумчиво посмотрела на меня, чем заставила Голикову задергаться:

— Ребят, я на вашей стороне! Готова еще раз сдать любые анализы и пройти любой осмотр!!!

— Тань, не шуми! — буркнула «личная помощница» и обратилась ко мне: — А ты сними майку, возьми в левую руку целое пирожное, отодвинься от стола и отведи в сторону правое колено.