Ковен возрожденных - Айви Эшер

Мой мочевой пузырь блаженно опорожняется, я умываюсь и быстро выхожу, чтобы уступить место другим. Плюхаюсь на мягкий красный диван. Я такая грязная, что мне становится неловко, но потом я вспоминаю, где нахожусь, и сажусь поудобнее. Вот вам на память о грязной дворняжке.

– И что мы будем делать? – спрашиваю я, когда все возвращаются в комнату и рассаживаются. Бастьен и Вален подхватывают меня на руки, плюхаются задницами на диван, а затем усаживают меня к себе на колени. Я слишком устала, чтобы возражать, а даже если бы и попыталась, это было бы бесполезно. Знают, стервецы, что мне нравится грубое обращение.

– Нам нужно выбраться отсюда, но я понятия не имею как, – говорит Сабин, и ребята хмыкают в знак согласия.

– Проблема в метках Избранных, поставленных этой сучкой. Если получится избавиться от них, мы сможем хотя бы попытаться удрать, – сказав это, я зеваю.

Мне приходится прилагать большие усилия, чтобы держать глаза открытыми. Бастьен проводит пальцами по моим волосам, медленно распутывая их, в то время как Вален выводит узоры на моей ноге, что я нахожу очень успокаивающим.

– А от них можно избавиться? – интересуется Бэкет, глядя на руки. – Это ведь всё, да? Других не будет, если мы не… – Он замолкает, очевидно, не желая произносить то, из-за чего появились все эти руны.

– Не знаю, – вновь говорю я, уже начиная ненавидеть эти два слова.

– Как думаешь, Винна, если ты сама отметишь ребят, это перевесит претензии другого Стража? Сурин? – задумчиво спрашивает Райкер.

– Я уже и так отметила их, они стали Щитами. И это определенно не спасло их от того, что произошло.

Райкер качает головой.

– Нет, я не имел ввиду метки Щитов, я говорю о рунах Избранных.

Бастьен напрягается подо мной, а Вален резко прекращает поглаживать мою ногу. Я не отрываю взгляда от Райкера, пытаясь осознать, правильно ли услышала.

– Не уверена, что это так работает… – наконец выдавливаю я, пытаясь продумать последствия.

Стоит попробовать, если это наш путь на свободу. Но что делать потом?

Райкер вздыхает.

– Возможно, это наш единственный вариант. Они не могут быть навечно привязаны к этой девушке. Вы же слышали, что сказала Суверен? Она убьет всех – и нас, и их.

– Может, получится уговорить Сурин пойти с нами? – спрашивает Нэш, и все резко поворачиваются к нему. Он хмурится. – Если ей грозит смерть, может, ей тоже захочется сбежать.

Пытаюсь представить рыжеволосую высокомерную деваху, добровольно убегающую с нами.

– Ага, но что-то не состыковывается. Она точно не похожа на нашу фанатку.

– Но мы не знаем ее толком, а значит, не может быть уверены наверняка. – вставляет Энох, и его слова злят меня.

– Ты что, защищаешь ее? – спрашивает Нокс, озвучивая вопрос, который вертится у меня на языке.

– Я не… – Энох замолкает. – Я не… может… Да, похоже, я защищаю ее. Не думаю, что мы вправе списать ее со счетов после сегодняшнего.

Я удивленно фыркаю.

– Почему нет? Она считает вас грязью. Не знаю, какого цвета твои очки Избранного, через которые ты смотришь на эту милую цыпочку, но ее не очень-то порадовало, что она отметила вас.

– Но твои парни тоже были напуганы в самом начале, – парирует Нэш.

– Это другое, – возражает Сабин. – Мы не знали, как метки поведут себя, но мы все были на стороне Винны.

Я не стала уточнять, что Сабин смирился с произошедшим немного позже. Но он все равно прав. Его волновало быстрое развитие событий, это да, но он не ненавидел меня, чего нельзя сказать о Сурин.

– Но вы, помнится, говорили, что не противились рунам, потому что доверились магии. Так почему мы не можем доверять магии и в этом случае? – спрашивает Сиа, указывая на Эноха и его ковен.

– Потому что это магия безжалостной психопатки, – отрезаю я.

– Ты тоже вполне подходила под описание безжалостной психопатки, когда мы установили связь, – парирует Сиа.

Я открываю рот, чтобы возразить, но тут же закрываю его.

Дерьмо, в его словах есть смысл.

– Доверие к магии становится спорным вопросом, если они решат, что мы все должны умереть. Если остаться при магии – равносильно смерти, тогда нам нужно найти способ либо разорвать связь, либо сделать так, как сказал Райкер, – заявляет Каллан, задумчиво глядя в окно.

Что-то в выражении его лица заставляет меня замереть. Я, конечно, не в восторге от Сурин, которая отметила их, но в этот момент я понимаю, что для каждого из них ситуация просто дерьмовая. Теперь они привязаны к кому-то, кого совсем не знают, и их судьба выглядит печальной, независимо от того, под каким углом на нее посмотреть.

– Понимаю, что мы все нервничаем и очень хотим уйти отсюда, но реальность такова, что нам не обязательно принимать решение прямо сейчас. Вся эта история с Трибуналом дает нам немного времени. Таув сказал, что Трибунал соберется завтра, но мы не знаем, примут ли они решение за один день или на это потребуется время, – говорит Сорик.

– Вообще, у меня такое чувство, что все может пойти по-другому. Эта нервная дамочка, Суверен, кажется, полностью уверена, что они просто сделают то, что она хочет, – развивает его мысль Сиа. – Но…

– Если они довольно быстро примут решение не в нашу пользу, тогда мы с боем проложим себе путь отсюда. Однако если у нас будет время, мы хотя бы попытаемся узнать как можно больше об этом месте и наших возможностях. Как знать, может, у их Стража был просто плохой день, – продолжает Сорик, указывая на Эноха и его ковен. – Если у нас будет возможность оценить расстановку сил, не исключено, что мы сможем склонить Сурин на нашу сторону. Так что давайте попробуем найти ответы на некоторые вопросы, а потом уже шагать дальше, – заключает он.

Мы все молча обдумываем его план.

– Давай попробуем, – говорю я, и остальные со мной соглашаются.

– И давайте, черт возьми, надеяться, что Трибунал состоит из людей, которых тоже разозлила эта тетка, Суверен, – добавляет Торрез.

– Если у нас будет шанс провести разведку, я хочу, чтобы все мы держались вместе. Никаких «я пойду туда, а ты останешься здесь». Понятно, что мы можем узнать больше, если будем искать в разных местах, но в сложившихся обстоятельствах нужно действовать с умом. Короче, ребята, прикрывайте друг другу спины. Да, мы можем разделиться, чтобы просканировать бо́льшую территорию, но будем держаться группами. И если что-то хотя бы отдаленно покажется подозрительным, подайте сигнал – другая группа тут же прибежит.

Все кивают.

– Думаю, мне все время надо быть неподалеку от Вона, –