Абсолютная Власть 2 - Александр Майерс

воссоединения. Я тем временем познакомил воеводу с телохранителями Татьяны и артефактором.

После этого я отвёл Никиту в сторону и спросил:

— Как обстановка?

— Все селяне прибыли вчера вечером. Часть женщин пожелала работать в доме, Бабуля им уже раздала обязанности. Наводят чистоту, выкидывают лишнее. Мужики, как видишь, за крышу конюшни взялись, — Добрынин кивнул на работяг. — А ещё дома в поселении в порядок приводят. Завтра начнём строить укрепления согласно плану. Артём успел проехаться по оккупированным деревням, к нам уже пришло несколько добровольцев. Думаю, придут ещё.

— Хорошо, — кивнул я. — Пойдём, поговорим со Степаном.

— Куда это ты собрался? — отпустив Татьяну, возмутилась баба Маша. — А ужин? Я похлёбку сварила, давайте-ка за стол! Ты тоже, воевода.

— Уже слюнки текут, — улыбнулся я. — Но сначала надо закончить дела. Скоро будем.

Мы с Никитой сели на коней и за несколько минут достигли поселения. Это были те самые дома, которые я видел, когда впервые в этой жизни оказался под куполом вместе с Артёмом. Отсюда был виден блокпост дружины фон Берга.

— Они что, ещё здесь? — спросил я.

— Как видишь, — ответил Никита. — Формально у них есть ещё несколько дней, но они вообще не шевелятся. Карцевы уже отодвинули свои блокпосты, Муратовы в процессе.

— Генрих Карлович совсем ничему не учится. Вот и славно. У меня есть в его отношении кое-какие планы, — ухмыльнулся я.

Посёлок ожил: заброшенные дома уже не казались такими унылыми, ведь между ними бегали дети и звучал их смех. Неподалёку козы щипали траву, квохтали куры, важно расхаживал по центральной улице пёстрый петух. Мужчины чинили заборы и ставни на окнах, женщины мыли окна и разбирали пожитки.

— Здравствуйте, ваше благородие! — приветствовали меня селяне.

— Здравствуйте. Где староста? — спросил я.

— У крайнего дома, господин. Они с мужиками стойло для коров мастерят, — ответили мне.

Мы с Никитой проехали в указанное место. Завидев нас, Кожемяко отложил пилу и пошёл навстречу. След от нагайки у него на лице потемнел и стал выглядеть ещё хуже, чем вчера. Вкупе с густой бородой он делал Степана похожим на какого-то разбойника.

— Рад видеть, господа, — поклонился он.

— Как вам на новом месте, Степан? — поинтересовался я, спешиваясь. — Всё нравится?

— Домов для всех хватило, ваше благородие. В порядок привести их надобно, но мы с этим справимся. Есть недовольные, честно признаться, не всем хотелось родные дома покидать. Но я им объяснил, что здесь безопаснее, а в свою деревню мы ещё сможем вернуться, когда война закончится.

— Всё верно. Я так понимаю, работой вы на ближайшее время обеспечены?

— Ну, да, — Кожемяко глянул на Никиту. — Воевода сказал, надо помочь укрепления построить. Да и здесь нам есть чем заняться, пока только самое основное делаем. Дел хватает.

— Тебе, как старосте, надо грамотно распределить рабочие руки, — велел я. — Скоро у вас появятся ещё обязанности. Ты знаешь, где можно купить хороший скот?

— Смотря какой, господин.

— Молочные козы, коровы и кролики.

Добрынин покосился на меня, но ничего не сказал. Я пока не посвящал никого в свои планы, но планировал открыть производство молочных продуктов. Это то, на чём мы можем начать зарабатывать достаточно быстро. А если говорить про кроликов — они растут и плодятся быстро, от них мы будем получать мясо и мех. А черепа можно использовать — безобидные кролики вполне могут стать неплохими шпионами… или оружием.

— Есть места, — подумав, ответил Степан. — Надо по деревням проехаться.

— Этим надо заняться в ближайшее время. Лучше всего, если ты отправишь людей уже завтра. Деньги и дружинников для охраны получишь у воеводы.

— Как прикажете, ваше благородие.

— И есть ещё кое-что. Помнится, ты упоминал, что завербовал в подполье человека на угольной фабрике фон Берга? — спросил я.

— Да, — кивнул Кожемяко. — Я ему ваши слова передал, чтобы он к другим присмотрелся, но пока никому ничего не говорил.

— Свяжись с ним. Надо встретиться и кое-что обсудить. С этим тоже не затягивай, у меня для него есть важное поручение.

— Сделаю. Могу прямо сейчас кого-нибудь из мальчишек отправить.

— На ночь глядя?

Степан пожал плечами:

— Парни у нас темноты не боятся.

— Раз так, то отправляй. Потом доложишь. Поздравляю с новосельем, — сказал я и сел обратно на лошадь.

Солнце расплескало по горизонту алые краски, которые стремительно угасали. Сегодня после ужина я ещё уделю время артефактам — у меня осталось несколько черепов монстров, да и воронов я собирался улучшить.

— Похоже, это к нам, — сказал Никита, когда мы уже почти добрались до усадьбы.

Я повернулся и увидел на дороге группу людей. Впереди ехало три всадника, а за ними топали пешие, ведя в поводу осла с нагруженными на него мешками.

— Да это же Артём, — сказал я, приглядевшись. — Похоже, он привёл очередных добровольцев.

— Неужели? — хмыкнул Добрынин. — Быстро. Ну, посмотрим, кого он там набрал…

Рыжий заметил нас издалека. Помахав рукой, он пустил лошадь рысью, отрываясь от основной группы.

— Привет! — выкрикнул он, останавливая скакуна. — То есть, э-э, здрасьте. Здравствуйте. Добрый вечер, гутен абенд, счастлив видеть вас, господа!

Не переставая широко улыбаться, он картинно поклонился, взмахнув шляпой. Да, на Артёме была шляпа — вызывающего бордового цвета. Одет он был в щёгольский костюм для верховой езды и лакированные сапоги.

Сделал всё, как я попросил — купил себе приличную одежду, правда, чуть переборщил с экстравагантностью. Бордовая шляпа на рыжих волосах смотрелась особенно вызывающе.

— Позвольте представить, барон Градов, — Артём указал шляпой на подходящую группу. — Новые воины для вашей дружины! Среди них, между прочим, есть кузнец. Я сам видел, как он подковы руками гнёт!

— Кузнец ковать их должен, а не гнуть, — проговорил воевода. — А солдаты среди них есть?

— Конечно, Никита Сергеевич! Трое из них служили в имперской армии, а один утверждает, что всю жизнь охотится на монстров. У него на руке такой жуткий шрам, что я верю.

Добрынин хмыкнул и тронул коня. Остановившись перед мужчинами, он рявкнул:

— Новобранцы, стройся!

Те недоумённо застыли. Трое бросили заплечные мешки на дорогу и встали по стойке смирно. Остальные, помешкав, последовали их примеру.

— Вот, видали, Владимир Саныч? —