Пепел и кровь - Дмитрий Шебалин

— Стойте, кому говорю! Зачем друг друга резать, если всегда договориться можно? Давайте просто обсудим, готовы предложить хорошую плату за вашу помощь.

Говоря это, мужик продолжал пятиться к своим подельникам.

— Просто сложите оружие, иначе всех перебьём, — продолжал я гнуть свою линию. — Рудники куда лучше, чем паскудная смерть. Решайте сейчас же!

Мы были уже всего в десятке метров, и я позволил себе легонько поднадовить на одного из них «первобытным страхом». Проблема с этой техникой заключалась в том, что она всегда имела непредсказуемый эффект, который сильно зависел от психологических особенностей каждого отдельного человека. В данном случае мне повезло, и самый молодой из этой ватаги под действием моей силы послушно бросил оружие и поднял свои руки. Его коленки тряслись, а вид был, будто он вот-вот разрыдается.

— Мужики, я не при чём! Это всё они! Я не хотел! Пощадите!

— Красень, сукин сын, ты чего⁈ — заметив такое, выпалил, судя по всему, главарь или, может, его правая рука. — Я тебе сам башку снесу!

Но больше времени на слова уже не осталось, по моей команде мы перешли с шага на бег, врываясь в жидкий и неорганизованный строй вражеских бойцов. Перед самим столкновением я, Сивый и Хорки резко поменяли направление и бросились в обоз. И вовремя. В этот же момент полог из плотной ткани откинулся, и на сцене появились новые действующие лица. Эти бойцы были куда лучше экипированы, у двоих даже кольчуга была. В руках один сжимал приличный шестопер, а второй боевой тесак. Другие двое щеголяли в плотных гамбезонах и были вооружены копьем и луком. Вот этот-то сраный лучник и успел спустить свою стрелу в полёт, которая волей слепого случая нашла своё пристанище в плече молчаливого помощника Нестара.

— А-а-а!!! — услышали мы крик, но отвлекаться ситуация не позволяла.

Можно было бы, конечно, размазать их магией, но я очень не хотел демонстрировать такие навыки. Это может сильно осложнить выполнение нашего контракта в будущем. Поэтому задача несколько усложнилась, правда не настолько, чтобы её можно было считать слишком уж рискованной. Тем более, что некоторые заклинания я все-таки мог использовать.

«Прилив» разогнал меня, сделал сильнее и ловчее, позволил принимать решения чуточку быстрее. Лучник — пока главный фактор неопределенности, и продолжающийся ор раненого человека это вполне себе подтверждал. Потому заняться я решил именно им, отдавая более грозных противников на откуп своим более мастеровитым товарищам. Правда по пути я сумел изрядно им помочь, обезвредив одного из них. «Вверх-дном» не оставило не единого шанса тому, что был с тесаком. Он хотел было сделать шаг на встречу Сивому, чтобы атаковать его с более выгодной верхней позиции, но споткнулся и повалился на дощатый пол обоза. Бывший мрачный мешкать не стал, вогнав копьё в район незащищённой шеи, после чего одним сильным прыжком запрыгнул внутрь. Никто мою технику не заметил, а потерпевший уже никому не расскажет. А что до почестей, так я не тщеславный, результат важнее.

Я швырнул своё копьё в лучника, но тот, отпрыгнув в сторону, смог с ним разминуться, но и я уже был в обозе, воспользовавшись секундной заминкой. А вот Хорки даже залезать не стал, набросив свою сеть на орудующего шестопёром воина. После этого Сивый и второго отправил на тот свет, правда на этот раз размозжив голову топором, ведь его копьё так и осталось торчать в шее первого.

Уйдя в сторону от удара копья, я всё-таки добрался и до своей первой жертвы, коротким мечом полоснув по руке, сжимавшей лук, а затем кулаком влепив в район височной впадины. Человек повалился без сознания, я же резко развернулся, помня, что один ещё оставался недобитым. Но переживал я зря. Сивый и его уже оставил без уха, попутно разрубив ключицу. Хоть и хрипит ещё, корчась на полу, но уже не жилец.

Остальными «огоньками» в обозе оказались женщина и девочка, которые сидели на корточках и жались друг к другу. По всей видимости мать прижимала лицо дочери к своей груди, не давая возможности видеть тот ужас, что творился вокруг. Поблизости опасности больше не наблюдалось. А что на улице?

Там тоже всё уже подходило к концу, Горунар и братья добивали двоих ещё сопротивляющихся ублюдков, а Колтун носился по глубокому снегу за тем, что в страхе бросил своё оружие, а теперь вдруг решил дать деру. При этом рыжий оглашал окрестности отборным матом и грозился сделать с беглецом такое, что тот лишь отчаяннее пытался не дать себя поймать.

В общем, победа была полной, а настроение всё равно гадкое.

Когда беглеца наконец нагнали, началось расследование. Помимо разбойников в обозе нашлись ещё три трупа, один из которых принадлежал отцу семейства и главе обоза. Двое других зарезанных мужчин оказались его помощниками. Ну а бандиты — не кто иные, как нанятая главой охрана. Вот после таких вот случаев честным наёмникам приходится годами отмывать репутацию нашей братии.

Зачем в живых оставили трёх женщин разного возраста, думаю, догадаться несложно. От этой мысли становилось ещё паскуднее на душе. Буквально недавно я столкнулся с тварями, извращёнными грязной силой Бездны, заставляющей их творить страшные вещи. Но ведь эти люди были свободны от скверны, ничто потустороннее не заставляло их превратиться в омерзительных тварей, причиняющих боль и страдания себе подобным. И всё же они делали это…

— Я понимаю, что говорить о таком сейчас неприятно, но нам нужна информация. Я бы не хотел, чтобы мои люди, спасая вас, пострадали из-за недоразумения.

Жена главы обоза пребывала в шоковом состоянии. На её глазах убили её мужа и пытались изнасиловать её старшую дочь. И теперь новые вооружённые люди пугали её ничуть не меньше. Всё что она могла сейчас делать, это продолжать прижимать к себе свою младшую дочь, которой и вовсе было лет 12, действуя уже скорее на инстинктах, чем осознанно. Да уж, похоже так просто получить вразумительные ответы у нас не выйдет.

Но тут вдруг голос подала старшая дочь, с побега которой всё и началось. Она за это время уже успела прийти в себя, да и насмотреться со стороны, как Зайцы покрошили в капусту ненавистных ублюдков. От того доверия к нам у неё было куда больше, чем у матери. А может просто природной смелости и силы воли.

— Мы ехали в Железный город, а оттуда должны были отправиться в Золотой дол, — начала она. —