Ник Харрис - Конан и ритуал Луны

Конан в гневе вскочил, забыв пригнуть голову… Окончательно рассвирепев, он двинулся на противника…

Потягивая вино, Хепат с интересом наблюдал, как летают по таверне невежливые бродяги. Самое интересное было в том, что пиршество, в общем, продолжалось. Иногда, конечно, случалось, что очередной сквернослов, прилетев в самый дальний конец пещеры, невзначай опрокидывал уставленный кувшинами стол, но слуги быстро наводили порядок, и трапеза продолжалась. Оружия никто так и не обнажил, и это особенно понравилось гному.

А когда Конан с невозмутимым видом вновь уселся за стол, ему захлопали все, кто был в состоянии шевелить руками. Другие разразились невнятными криками одобрения. А хозяин-получеловек, распорядившись унести пятерых сквернословов, бесплатно преподнес Конану самый большой кувшин вина. Словом, Хепат был очень доволен обедом и на время забыл о том страшном, что ожидало их в заброшенном царстве Вармина.

Уже два дня пробирались друзья по заброшенным, наполовину засыпанным тоннелям. Иногда они выходили в пещеры естественного происхождения, представляющие собой настоящие лабиринты. Но Хепат, безошибочно выбирая направление, вдохновенно вел их к царству предков. В нем, наконец, пробудилось чутье подземного жителя.

Порой Конану, казалось, что гном шагает наугад. Сворачивает в первые попавшиеся тоннели. Не задумываясь, перебирается через завалы. Лезет в какие-то незаметные норы.

Но Хепат был так уверен, так тверд в выборе маршрута, что Конан проникся уважением к его чутью.

Поистине, думал он, гномы должны обладать чувством направления, позволяющим ориентироваться под землей, иначе им просто не выжить. Правда — искоса глянув на друга, северянин почесал голову — они и не выжили… Хепат, вон, последний из клана… Да и других становится все меньше… И все же чувство направления им дано, на это, пожалуй, можно положиться.

— Уже скоро, — возвестил, вдруг Хепат, сворачивая в очередной тоннель, — я ощущаю…

— Что именно? — Конан с интересом посмотрел на маленького друга.

— Что приближаемся к царству моих отцов… И присутствие чего-то страшного… Мы обречены… Как можно сражаться с безымянным ужасом?

— Но у этого ужаса должно быть тело, которое можно поразить мечом!..

— А если у него не будет тела? — с тоской спросил гном. — Что тогда?

— Тогда и посмотрим, — пробурчал Конан.

Друзья молча зашагали по вновь открывшемуся тоннелю, который неожиданно закончился глухой стеной. Конан стукнул кулаком по каменной кладке, перегораживающей путь. Раздался гулкий звук.

— Стена не слишком толстая, можно попытаться пробить в ней отверстие.

— Но кто и зачем, отгородил царство Вармина? — с дрожью спросил гном. — Это подтверждает…

— Ладно, — перебил Конан, — кладка, похоже, не очень прочная, попробуем расшатать…

Он ухватился за нижний камень, выступавший более других, и принялся его раскачивать. Скоро камень зашатался, как пьяный наемник. А через некоторое время Конан выворотил его из стены. Хепат присел на корточки, наблюдая, как трудится его друг, и, жалея, что ничем не может помочь.

— Пожалуй, можно пролезть, — прохрипел Конан, выворачивая очередную глыбу.

Не теряя времени, он лег на пол и неожиданно ловко полез в отверстие. Не успел Хепат оглянуться, как его друг исчез. С кряхтением опустившись на четвереньки, гном просунул голову в пролом. Мгновение он был неподвижен, а затем вскочил и с ужасным криком пустился бежать. Прочь! Прочь от этого ужаса! Там смерть, там разложение, там самые отвратительные монстры бродят по некогда прекрасному царству, стеная от голода и теряя гниющую плоть. Они мертвы! Они все мертвы и стремятся поедать живых. Их терзает вечный голод! Вот зачем тут была стена — чтобы они не вырвались наружу. А теперь?! Что будет теперь, когда Конан проделал проход? Они полезут, распространяя вонь и роняя червей! Они придут за нами! Конан обезумел, решив разрушить стену! И где он теперь? Что с ним стало? Его рвут на части когтистые трупы! Обгладывают ненасытные чудовища! Его… его…

И Хепат вдруг понял, что он бросил друга в беде. Куда он бежит?! Как посмел он поддаться страху?! Он должен защищать спину друга, а он бежит, как последний трус. Как тогда, когда он оставил погибать братьев!.. Да, они не стали бы отступать…..

Но он… Он должен был сражаться рядом и погибнуть с честью, как они! А он… струсил. Он тогда попросту струсил! Проход могли закрыть и без него. Для этого все было приготовлено, и тяжело раненный, уже не способный сражаться, гном ждал нужного момента. Его глаза!.. Какими глазами смотрел он на Хепата! Самый младшим из братьев струсил — потерял меч и щит! И отступил, что для гномов клана Вармина было невозможно, немыслимо, невероятно… Этот старый воин вскоре умер от ран, но, даже страдая от боли и жажды, он не заговорил с трусом, не попросил его принести воды… А когда Хепат, догадавшись, принес в шлеме родниковую воду, воин не обратил на нее внимания… И умер, как герой. Как и положено умирать гному…

А он, Хепат, с невыносимой болью, со слезами, брызнувшими на кольчугу, понял, что он — жалкий трус! И вот теперь — он опять убежал! Трус!; Не сбавляя темпа, Хепат повернулся и побежал обратно. Другу нужна помощь! Только бы успеть! Только бы успеть прикрыть его спину!

Когда запыхавшийся гном прибежал к стене, Конан сидел на камне. Меч его по-прежнему покоился в ножнах, но лицо блестело от пота.

— Страшновато там… — хрипло сказал киммериец. — Никого нет, а страх наваливается, будто скала. Того и гляди раздавит…

Гном, тяжело дыша, присел рядом.

— Конан, — с трудом выговорил он, — извини, что я…

— Ты молодец, что сумел вернуться, — Конан хлопнул его по плечу.

— Сколько раз обещал себе не садиться рядом, — проворчал Хепат, поднимаясь с земли. Он откатил подальше один из камней, сел и тяжко вздохнул.

— Значит, там никого нет?

— Я прошел шагов двести и никого не встретил, — пробормотал Конан, вытирая пот со лба, — но страху натерпелся…

— Странно… мне сейчас кажется, что какой-то мертвец, вроде нашего висельника-колдуна, стоит на той стороне и собирается…

Хепат вдруг вскочил и собрался бежать, но, заметив укоризненный взгляд друга, заставил себя вновь усесться на камень.

— Я боюсь… — прошептал он. — Я никогда не смогу, войти туда…

— Тогда я пойду один. Ты мне расскажешь, как пройти к сокровищам…

— Нет! Я один не останусь! Я убегу… Или страх убьет меня…

— Ну, ты можешь подождать меня в другом месте… Давай договоримся…

— Нет! Не бросай меня, Конан, — еле слышно сказал гном. — Не бросай… я уже заражен страхом… я буду бояться везде!