Костер и Саламандра. Книга 2 - Максим Андреевич Далин

приходится его, когда обряду нужна кровь. У меня не идёт. Запомни, Карла: твоя формула работает. Идеально работает. Ад не может возразить. Может требовать жертв за изменение условий – но не может возразить. Скажи это всем. И ещё скажи: небо, кажется, на нашей стороне. Все наши здесь – белые воины.

Он будто разрешил мне говорить.

– А ты скажи белым воинам, – сказала я, – что везде, где можно, нужно рисовать защитные звёздочки от адского пламени. Помнишь? Вот такие: раз-два-три. Они могут помочь. Летающего кадавра можно убить, если попасть в грудь, не в голову – там формула, которая соединяет его с адом. Серых можно просто отстреливать из винтовок. И ещё: у нас теперь будет связь. И ещё: у вас скоро будет подкрепление. Обязательно.

Пока я это говорила, те, кто слушал, стараясь не мешать, подошли ближе. Солдаты, офицеры, горожане, в саже и в крови. Белые воины, совершенно верно.

– Целую ваши руки, леди, – сказал Клай. – Через зеркало – можно, по-другому я бы не рискнул сейчас.

Я еле проглотила ком в горле.

– Мы победим – и я тебе помогу, – сказала я. – Ты будешь красивый, как ангел, и хромать не будешь. Держитесь, пожалуйста.

– Я не могу тебя дозваться, – сказал Клай. – Зови сама. Давай так: каждый вечер, в восемь пополудни, хорошо? Тут нет телеграфа, надежда только на зеркало.

– Хорошо, – сказала я. – Каждый вечер, в восемь пополудни.

Мы не смогли попрощаться, только кивнули друг другу. Обозначили прикосновение ладоней – с разных сторон стекла. И зеркало снова затянуло серым.

Я смотрела в эту серую муть – и у меня болела душа.

– Я надеюсь, деточка, – тихо сказал Валор за моим плечом, – с ними будут вампиры в эту ночь.

– Если в этом городишке есть хоть один старый вампир, – буркнула я. – А драконам не успеть. Не разорваться же им, драконам… их только двадцать.

– Вы же сами провожали эшелон, леди, – сказал Ольгер.

– На Жемчужный Мол, – сказала я. – Все говорят: мы не успеваем… Выхода нет, да?

Они стояли и смотрели в пол и на стены.

– Я, пожалуй, поговорю с её величеством, – сказал Валор. – Мне представляется, что я буду полезнее там, где сражаются…

– Я тоже, – тут же вставил Ольгер и шмыгнул носом.

Жейнар ничего не сказал, но у него на лице было написано, что и он так думает.

И мне стало ещё хуже, совсем беспросветно.

– Да вы что? – еле выговорила я. – Я понимаю, вы дружно решили отправиться на помощь. Молодцы. И бросить столицу, да? Виллемину и меня? Научную работу? А вы, Валор, учеников? Между прочим, если бы не ваша работа, я не знала бы, что сказать Клаю, не говоря о том, что вообще не смогла бы с ним поговорить!

– Ну, сюда-то гады не доберутся, – возразил Жейнар оскорблённым тоном.

– А что, море досками заколочено? – спросила я. – И в том, что в столице не осталось тайных врагов, ты уверен, да? Уверен?

– Белая леди дело говорит, – вдруг подал голос Далех. – У каждого своя судьба – и война у каждого своя.

– Простите, деточка, – сказал Валор. – Вы, конечно, правы.

Я ткнулась лбом ему в плечо:

– Мне тоже хочется бежать туда босиком. Немедленно. Помогать. Но мы же так всё равно ничего не изменим…

– Надо думать, – сказал Ольгер.

Да, дорогой, подумала я. Надо думать. Очень-очень-очень хорошо думать.

* * *

Я всё-таки ужасная грубиянка. Без аристократического такта. Но я не видела Вильму целый день, я подумала, что можно взглянуть на неё хоть сейчас, когда уже начинает темнеть.

Мне Друзелла сказала, что государыня у себя в покоях, – и мы с Тяпкой туда вломились, как всегда вламывались. Я ровно одну секунду подумала: с кем это Вильма разговаривает в будуаре? – и то на ходу, не снижая скорости.

А она стояла перед громадным зеркалом, которое вообще-то никогда не использовалось ни для чего, кроме разглядывания себя с утра, когда нужно придать себе приличный вид.

И из зеркала на меня взглянул сероглазый светловолосый мессир с ледяным точёным лицом, вылитый эльф из северных сказок. В чёрном бархатном халате.

Я чуть не умерла на месте.

Я ведь сразу всё поняла. Во-первых, это сам государь Людвиг Третий – потому что Вильма была на него похожа до невероятия, обознаться невозможно. Во-вторых, вид у него самый домашний, а значит, вовсе не факт, что я смею на него смотреть. В-третьих, неужели Вильма с ним связалась? Поразительно и невозможно, как всё, что сейчас вокруг происходит.

Мне бы срочно ретироваться, а я присела настолько низко и изящно, насколько получилось, – думая в это время, что провалиться сквозь землю сейчас было бы самым подходящим.

Надо ведь было предупредить Друзеллу!

Но Вильма меня подняла и обняла – и сказала:

– Папенька, это моя Карла, – и Тяпка встала на ножки и заглянула в раму, и Вильма добавила, как о самой естественной вещи: – А это её собака.

У его величества было такое лицо… люди с такими лицами одним случайным взглядом замораживают насмерть. Я думала, что – всё, пропала. Но государь Людвиг чуть-чуть оттаял, даже улыбнулся еле заметной тенью улыбки:

– Рад знакомству, леди Карла. Ваша собачка прелестна.

Ответить у меня духу не хватило. Я только попыталась присесть ещё ниже – но меня держала Вильма, поэтому получилось совсем не то, что задумывалось.

Стоит посмотреть на государя Людвига – и сразу ясно: ну да, потомок Дольфа, короля-кошмара. Какое счастье, что моя Вильма не такая.

А в это время моя светлейшая королева продолжала разговор как ни в чём не бывало:

– Так что же, папенька?

– Ты ведь и сама понимаешь, Мина, – сказал Людвиг. – Мы с тобой – в одной лодке, вдобавок предположу – вокруг шторм. Необходимо выжить и победить. Тебе нужны деньги?

– Я свожу концы с концами, папенька, – сказала Вильма. – Если вы предложите мне денег взаймы, я возьму, но больше мне нужны свинец и никель, а ещё мне нужны винтовки.

– Винтовки, пулемёты и гаубицы, – кивнул Людвиг. – Ты не успела закончить перевооружение армии, я понимаю. При сложившейся ситуации меня удивляет, что ты успела хоть что-то. Ты молодец, Мина. Винтовки, во всяком случае, ты получишь немедленно. О пулемётах и гаубицах я думаю. Полагаю, удастся отправить первый эшелон на Пресвятого Эрна. Увеличить поставки свинца и никеля пока не получится. Поищем решение.

– Папенька, пожалуйста, – сказала Виллемина нежно. – Пожалуйста, постарайтесь.

– Я не оставлю тебя в беде, – сказал Людвиг. – Держись, девочка.

– Ещё одно, – сказала Виллемина. – Главное. Папенька, наши пограничные города на северо-западе. За ними – Винная Долина. Там