Отряд D Чёртов Улей (СИ) - Ташира Лерайе

— Смотрите — уже сворачивается. Обычно у рейдеров на это минут пять уходит, а у него — полторы. Смотрите сюда, — он ткнул пальцем в неприятное месиво тканей.

Все склонились. На месте оторванной руки пульсировали алые нити мышц, медленно, но заметно покрывавшиеся корочкой.

Пес присвистнул:

— Говоришь, восстановится он быстрее, чем любой из нас?

— И руку новую отрастит? — Опер тоже склонился ниже.

— Не просто новую! — Плюшка захлопал в ладоши, как ребенок. — Она будет крепче старой! Ну, я так думаю. Видите? — он снова ткнул пальцем в воздух над раной, где мельчайшие капельки жидкости буквально кипели на открытом воздухе.

Опер нахмурился:

— И что это такое?

— Лимфа! — Плюшка фыркнул. — Это, друг мой неуч, лимфа! Она помогает регенерации тканей и…

Он вдруг замолчал, его глаза снова стали мутными.

— Но надо ехать в стаб, срочно. Поить горохом, и жемчуга б ему найти.

Даже Пес, обычно невозмутимый, переглянулся с Опером.

— Где ж мы ее тебе возьмем-то? — хрипло спросил рейдер.

Плюшка вытащил из кармана полураздавленную булку, откусил и прожевал, размышляя.

— Ну… например… — он сглотнул. — Во-он там, — знахарь мотнул головой в сторону автобуса Дружного, который не успел удрать. — Я думаю, Тесак против не будет.

Шелест вдруг застонал, его веки дрогнули.

Опер резко наклонился:

— Капитан? Ты слышишь нас?

Но Плюшка вдруг вскочил, его лицо исказилось в гримасе восторга:

— СМОТРИТЕ! Он приходит в себя… — все уставились на мужчину. — Срочно в машину и в стаб! И вколите ему ещё спека, боль пока еще очень сильная!

После нового укола Шелеста быстро погрузили в оставшийся целым грузовик, и караван из разбитой техники покатил по дороге в сторону стаба. Добрались, к счастью, без приключений, не считая мелкой стычки с парой джамперов. В стабе Шелеста тут же передали в больничку. Панк и Плюшка выгнали всех из палаты, а сами остались лечить бойца.

Пес и Опер же отправились к Осе, не забыв прихватить с собой выжившую Анимешку, — остальных пленных сожрали зараженные.

Пес и Опер вошли в кабинет, ведя между собой Анимешку с заломленными за спину руками. Девушка шла, прихрамывая, но держала голову высоко — из разбитого виска стекала струйка крови, смешиваясь с потом на загорелой шее.

Ментат ждала их в своем кабинете. Опер даже поморщился: он знал, что та на работе, но могла хотя бы глазом моргнуть, что ли, что соскучилась. Но женщина, кажется, его вовсе не замечала.

Оса сидела за столом, уткнувшись в бумаги. Даже звук шагов не заставил ее поднять голову.

— Мы тебе тут подарок привели, — Пес грубо толкнул пленницу вперед.

Опер не выдержал:

— Эй, ну ты хоть взгляни! Мы ее через три кластера тащили!

Только тогда ментат оторвалась от документов. В ее карих глазах не было и намека на приветливость.

— Я и так вижу, — сухо бросила она, откинувшись в кресле. — Что с ней делать — решать не мне. Но поговорить — поговорю.

Анимешка вдруг захохотала:

— Ох, да вы все тут такие важные! Особенно ты, красотка. Как же ты смотришь в зеркало, зная, сколько людей…

Пес резко дернул девушку за волосы, но Оса остановила его жестом.

— Хватит! — она встала и медленно обошла стол. — Ты права. Я действительно знаю, сколько смертей на моей совести. А теперь скажи — сколько будет на твоей?

Анимешка плюнула ей под ноги:

— До тебя я не доживу, но твоих щенков прихвачу с собой!

Опер невольно шагнул вперед, но Оса опередила его. Ее удар в солнечное сплетение отправил пленницу на колени.

— Слушай внимательно, — ментат наклонилась, чтобы быть на уровне ее лица. — Ты скажешь мне все. Добровольно или после того, как Пес сломает тебе пальцы. Выбирай. Впрочем… — женщина не договорила.

Анимешка скрипнула зубами, но в ее глазах промелькнуло осознание. Оса уловила это и замерла.

— Они идут, да? — спросила она мягче. — Сколько? Когда? Кто приказал тебе убить Свена?

Минуту в кабинете стояла тишина. Наконец Анимешка выдохнула:

— Скоро… скоро все придут. Все, кто остался… — ее голос сорвался. — Не знаю… не Свена… — фразы были короткими, рваными, будто она говорила через силу.

— А кого? — перебил ее Опер.

— Любого… кто станет мешать…

Оса выпрямилась, бросив взгляд на Опера:

— Нет. Мне нужно выяснить. Кто посмел сделать из тебя послушную куклу! Отведите ее в камеру, пока.

Когда мужчины вернулись, ментат сидела в глубокой задумчивости, крутя в пальцах шариковую ручку.

— У нас завелся Кукловод… — бросила она, когда мужчины сели.

— Кукловод? — Опер непонимающе посмотрел на нее.

— Это очередной дар Улья, — пояснила Оса. — Очень опасный дар. Человек с этим даром способен заставить другого человека или группу, если дар сильный, делать то, что он прикажет. Сродни моему, но он может управлять любым полом. Это как гипноз, понимаешь?

— Не совсем, — ответил Опер. — Но продолжай.

— Она, — женщина кивнула в сторону двери, — не понимала, что делает. Приказ я сниму. Умею убирать ментальное вмешательство. Но нужно найти эту тварь, пока не случилось ничего страшного. Кто-то готовит нападение на стаб, и нам нужно выяснить это!

Опер переглянулся с Псом: вот это поворот! А он так надеялся немного отдохнуть, но теперь понимал — отдыхать им некогда!

— А что будет с ней? — помолчав, десантник все же решил узнать, что будет с той, что приглянулась его товарищу.

Оса тяжело вздохнула, отложив ручку на стол.

— Сначала — допрос. Настоящий. Нужно убедиться, что она не играет, и ментальное воздействие не для показухи. Но ломать ее мы не станем.

Она провела пальцами по вискам, ее глаза на мгновение вспыхнули ярче.

— Я сниму приказ, но ее разум сейчас — как лоскуты. Нужно выяснить, кто ее запрограммировал, и главное — когда успел и зачем. Сами понимаете…

Она не договорила, но все поняли. Пес хмыкнул, почесывая щетину:

— Значит, искать будем по старым связям? Кто из ее отряда выжил? Кто мог знать маршрут каравана?

— Нет, — Оса резко встала, её голос стал жестким. — Мы ищем того, кто внезапно стал слишком удачлив. Кто неожиданно выбился в люди. Кто слишком уверенно ведет себя, будто знает, что его не тронут.

Опер задумался, потом медленно кивнул:

— Потому что он окружен марионетками… Черт.

— Именно, — ментат села обратно, ее пальцы снова начали барабанить по столу. — А что до Анимешки… Если ее разум не сломлен — она выживет. Но…

Она посмотрела прямо на Опера, и в ее взгляде наемник уловил что-то человеческое — сожаление.

— Твой друг должен понять — она уже не та, кем была. Даже после очищения… Такие шрамы не заживают. Она будет помнить, что натворила…

Опер сжал кулаки, но кивнул.

— Он поймет и, думаю, даже сможет помочь. Если она сама, конечно, захочет принять помощь. А теперь… с чего начнем?

Оса ухмыльнулась.

— С проверки своих.

Пес мрачно рассмеялся:

— Ох, это будет весело… Но первым надо взять в оборот Муху!

Ментат кивнула. Она и сама все чаще подозревала секретаря Тесака, но даже если это он, то явно не сам. За тем, кто творил темные делишки, явно стоял кто-то более умный, более расчетливый. Оставалось понять, кто он.

Оса собиралась сказать ещё что-то, когда дверь резко распахнулась, и в кабинет влетел взъерошенный мужчина.

— Та-ам, та-ам, — заикаясь, начал он.

— Что там? Не тяни! — рявкнула женщина.

— Там стая! — наконец выговорил тот.

Глава 14

Все трое вскочили и бросились наружу. Там творилось нечто невообразимое: люди суматошно носились, казалось, в совершенно хаотичном порядке, но если присмотреться, то становилось понятно, что порядок есть. Мужчины хватали оружие и бежали в сторону стен. Со всех сторон раздавались крики, команды. Женщины с дарами и рейдерши тоже собирались у бойниц. Остальные истерично визжали, несясь в сторону укрытий. Пара таких чуть не сбила Опера с ног.