Имя мне Тьма - Евгений Фронтикович Гаглоев

class="p1">– Что он увидел? – спросил Юрий.

– Призрака своей супруги.

Андрей перестал делать записи и изумленно на нее уставился.

– Около полуночи охранники услышали его крик, а затем нашли Перелозова на этой самой лестнице практически в невменяемом состоянии, – вполголоса сообщила Крылова. – Как думаете, может, это сыграло какую-то роль?

– Призрака? – вскинул брови Карамзин. – Вы серьезно?

– Константин Аркадьевич всем так и сказал. И выглядел при этом очень напуганным.

– Интересно, – задумался Юрий. – Такого мне еще слышать не приходилось…

Глава 23

Женщина в черном

Роман Кукушкин приехал в Исторический музей несколько минут назад и дожидался сына на первом этаже у стойки с рекламными проспектами. Стоянку перед зданием по-прежнему заполняли полицейские машины, ему даже пришлось припарковаться в соседнем переулке. На глазах Романа из здания вынесли тело, упакованное в черный пластиковый мешок. Зрелище было не из приятных. Наблюдая за работой судмедэкспертов, Роман вспомнил, что и сам когда-то занимался тем же самым, отключая все эмоции, чтобы не сойти с ума от увиденного.

Каких-то четыре года назад Роман Кукушкин приезжал на места различных преступлений в составе следственной бригады. Он был на хорошем счету у начальства, раскрывал преступления в больших количествах. Но все это осталось в прошлом, и слава богу, сейчас ему даже думать не хотелось о чем-то подобном. Хотя, кто знает… Может, он до сих пор работал бы в полиции, если бы не тот жуткий случай, после которого все изменилось. Роман просто не мог там оставаться, потому что внутри у него что-то сломалось… Выгорело.

Теперь Кукушкина вполне устраивала должность частного сыщика в агентстве «Домино». Больше никаких убийств, никаких ночных вызовов.

Однако интересно, что же случилось в музее? И как много успели увидеть мальчишки? За сына он не переживал. Егор всегда был на позитиве и умел довольно быстро переключаться с разных неприятных ситуаций на что-то более светлое. А вот Степан… Иногда Роман совсем не понимал, что происходит в голове у этого парня.

Оглядевшись по сторонам, Кукушкин быстро извлек из кармана куртки стопку визитных карточек детективного агентства со своим номером телефона. Он едва успел подложить карточки в один из пластиковых карманов рекламного стенда, как увидел группу практикантов, направляющихся к главному выходу. Из-за случившегося их всех отпустили пораньше.

Заметив отца, Егор помахал ему рукой, Степан хмуро кивнул.

Рядом с ними шла Алина, смешная невысокая девчонка в очках и с разноцветными волосами. Роман часто видел ее вместе с сыном и поначалу даже думал, что они встречаются. Но позже понял, что это не так.

– Так что там у вас произошло? – поинтересовался Роман, когда ребята подошли к нему.

– Говорят, Константин Перелозов покончил с собой, – вполголоса ответил Егор. – Спрыгнул с лестницы третьего этажа головой вниз.

– Это еще до конца не выяснили, сам спрыгнул или кто-то ему помог, – бросила проходящая блондинка. – Не зря же они так долго Бузулуцкого допрашивали.

Степан вскинул голову и возмущенно на нее уставился.

– Сазонова, захлопнись, – повернулась к ней Алина.

– Смотрите, кто тут зубы отрастил! А ты что мне рот затыкаешь? – оскорбилась Сазонова. – Я своими ушами слышала, что они вашего дружка подозревают! Все же знатно они с Перелозовым разругались в свою последнюю встречу.

– Никто меня не подозревает, – недовольно буркнул Степан, опустив голову.

– Вот скоро и узнаем, – усмехнулась блондинка. – Но на твоем месте я бы уже сушила сухарики!

– Иногда с трудом сдерживаюсь, чтобы не дать ей пинка, – призналась Алина, проводив Сазонову взглядом.

– Это всегда успеется. А кто расследует дело? – поинтересовался Роман.

– Он показывал нам свое удостоверение. – Егор задумчиво поднял глаза к потолку.

– Юрий Карамзин! – подсказала Алина.

– Никогда о таком не слышал, – подумав, покачал головой Роман. – Наверное, он пришел уже после моего ухода. Хорошо же у вас студенческая практика началась. Сначала ограбление, а теперь – самоубийство. Занятия хоть не отменят?

– Если бы… – протянул Егор.

– Практика все равно должна состояться, – добавила Алина. – Видимо, теперь нас только Эвелина курировать будет.

Выходя из музея, они увидели на парадной лестнице группу репортеров, которые наперебой задавали вопросы какому-то представительному мужчине. Рядом стояла Эвелина Крылова.

– А это еще кто? – не понял Степан.

– Директор музея, – пояснил Егор. – Я его фотографию на их сайте видел.

Они притормозили, чтобы послушать. Но Эвелина хранила молчание, стараясь не смотреть в объективы направленных на нее камер. Директор музея тоже не слишком охотно отвечал на вопросы журналистов, совавших микрофоны ему в лицо.

– Нет, исторический музей не закроется и продолжит свою работу обычным порядком, – монотонно говорил он. – Да, все мы скорбим в связи с этим ужасающим несчастным случаем. Эта смерть никак не связана с деятельностью нашего музея. Мы понятия не имели, что наш коллега имеет такие серьезные психологические проблемы. Да, мы окажем любое содействие полицейскому расследованию и членам семьи покойного. Все это весьма трагично, но больше мне нечего добавить…

Поняв, что ничего интересного услышать не удастся, Алина, Степан и Кукушкины спустились по лестнице и направились к машине Романа.

– Ну, чего нос повесил? – обратился к Степану старший Кукушкин. – Завтра вернетесь к своей практике, а там уже и до каникул недалеко.

– Да дело не в этом, – вздохнул Бузулуцкий.

– А в чем тогда? Выкладывай давай. А то из тебя каждое слово клещами вытягивать приходится!

– Просто я не все рассказал полиции. А сейчас думаю, правильно ли поступил? Может, стоило все же поделиться с ними некоторыми подробностями…

– Ого! – сверкнула стеклами очков Алина. – Ну-ка, поподробнее с этого места!

– Погодите. – Егор настороженно огляделся. – Журналистов вроде поблизости нет. Давай рассказывай.

– Помните, Перелозов говорил вчера, что видел привидение? – начал Степан. – Над его словами еще половина музея хохотала. Так мне кажется, я тоже его видел. Сегодня, за пару секунд до смерти Константина Аркадьевича…

Его спутники с изумлением на него уставились.

– И он точно не сам прыгнул через перила, – неохотно добавил Бузулуцкий. – Рядом с ним в тот момент стояла какая-то женщина в черном…

– А что же ты полиции об этом не рассказал? – воскликнул Егор.

– Она исчезла у меня на глазах. Просто растаяла, как сигаретный дым… Если бы я сказал им нечто подобное, они бы меня в психушку отправили. К тому же они проверили все видеозаписи с камер музея. Меня на них видно и Перелозова тоже. А этой женщины там нет, только тени какие-то по стенам ползают.

У Алины отвисла челюсть. Роман озадаченно молчал.

– А узнать ее сможешь? – поинтересовался Егор. – Ну если снова увидишь.

– Это еще зачем?

– Говорят, он не просто привидение увидел, а свою покойную жену.