ВыЖить - Линда Ли

— Потому что когда запускается в цель один болт, он превращается в сотню магических болтов, это похоже на светящийся дождь. — Иваш держал в руках мини-арбалет. Бережно положив его обратно, он пояснил: — Он отлично подходит для ведения дальнего боя.

Мы находились внутри мастерской деда, которая была похожа на мастерскую только снаружи: небольшая аккуратная постройка из дерева с маленьким окном- бойницей и неприметной входной дверью, на которой не было замка, только лишь небольшой засов. Открыв его и попав внутрь, мы поняли, что находимся в святая святых главы клана.

Возле глухой стены стоял стол, над которым висела полка. На ней лежали очки с увеличительными стёклами, какие используют в своей работе ювелиры. А на столе, как я поняла, было почти собранное новое оружие, отчасти напоминавшее бумеранг, только со множеством маленьких лампочек. Тут же стоял стеллаж со множеством инструментов. Брат, указывая рукой, перечислял:

— Это винтовка, снайперская. Хороша для засады и прикрытия тыла. Это алебарда.

Я посмотрела на странного вида большой блестящий топор на длинной ручке, на лезвиях которого была гравировка из рун. Но странное дело: вопреки моим представлениям о том, что оружие клана древнее и старое, оно оказалось не только магическим, но и современным! Там были кортики, топоры, стальные самовзрывающиеся шары, скреплённые межу собой тонкой цепью по два штуки, булавы, у которых многочисленные шипы от соприкосновения с целью превращались в длинные крючья. Да, и ещё кнут. Он показался бы обычным, если бы его рукоять не была оплетена рисунком тех же рун, что и на алебарде.

Мы с интересом разглядывали всевозможное оружие и комплектующие к нему.

— А для девочек что нибудь есть? — я с интересом посмотрела на брата.

— Конечно есть, но это у Стояны. У нее дома тоже есть похожая мастерская, но я там не был. — пояснил Иваш.

Наконец он остановился у противоположной стены и улыбнулся, глядя на, как он уже позже подсказал, дробовик. Именно он был «Венцом» всего этого великолепия и висел на стене, подхваченный с двух сторон цепями. Металлический корпус его состоял из двух цветов: стального и черного.

— Это «Добрыня», — вкрадчивым голосом проговорил Иваш. — Восьмизарядный дробовик и патронташ к нему. Рядом с оружием висел полный патронташ. Вадик, видимо, неплохо разбирающийся в оружии, осипшим голосом проговорил:

— Патроны странные.

— Они усиленные, хитрые.

— Почему хитрые? — Вадик был весь поглощен происходящим.

— В них не только дробь, но и ампулы с парализующим газом. Добры — ы -ня, дробовик моего отца, — протянул Иваш.

— Добрыня, — повторил Вадим с благоговением в голосе.

Я не знаю, сколько мы пробыли в мастерской, но вышли мы оттуда, когда уже стемнело. Из беседки действительно доносились умопомрачительные запахи вкусной рыбы, и мы, не сговариваясь, пошли прямиком на запах. За столом уже сидели мои родители и дедушка, а на столе красовались запеченные и порезанные порционно карпы в соусе, которые были поданы в овальных блюдах. В центре стола стояла большая тарелка с отварной картошкой, политой сливочным маслом и посыпанной мелким зеленым лучком. И у каждого на тарелке лежало по два зажаренных до румяной корочки карасика. Завершал это великолепие салат из свежих, сочных помидоров и хрустящих огурчиков, приправленный сметаной и зеленью. Поужинав, мы попили чай и поблагодарили Бояну за вкусный ужин. Зайдя в дом, родители и дедушка ушли к себе, а мы втроем расположились в комнате Вадика. Ребята без умолку болтали о разных видах оружия, и я, беря пример с взрослых, ушла к себе. Меня не покидало ощущение, что происходит что-то важное в моей жизни. Где-то внутри меня порхал маленький мотылёк, отчаянно просившийся наружу.

Уже сквозь сон я приняла для себя решение, что буду учиться у Стояны.

15 октября 2027 г. Вечер.

Иваш учил меня выбивать из пальцев светящиеся искры:

— Светлячки, смотри! Соединяешь подушечки пальцев, — он указал на средний и большой пальцы, — и давишь ими друг на друга так, чтобы они соскользнули в разные стороны. Оп, щелчок! — мы сидели с братом на крылечке. Было прохладно, и я укуталась в тёплую куртку. С увлечённым видом он показывал мне, как создавать «светлячков», щёлкая пальцами, от которых отскакивали светящиеся искры и через мгновение гасли. В сумерках вечера это было очень красиво.

— Я в детстве мог победить всех ребят по количеству пускаемых светлячков. Деда говорит, что я очень вынослив! — гордо и с улыбкой похвалился он.

— А что, здесь много таких, как мы? Ну, я имею в виду магов?

— Много, весь наш поселок. И ещё есть недалеко деревенька, там тоже наши, но они не укрываются и не прячутся, просто живут, отказавшись от магии и зарождения нового мира. А мы не теряем надежды, что когда-нибудь обретем дом, и не нужно будет прятаться и скрывать свои способности. Кристалл-то мы создали, но его отняли эти твари, я убью их всех! — Он, нервно щелкая пальцами, повернул ко мне голову:

— Лада, а правда, что когда вы летели на вертолёте, по вам били самонаводящиеся ракеты? — глаза Иваша заблестели в представлении таких приключений. Воспоминания не хотели обнаруживать себя, как я ни пыталась. Видимо, испытала стресс тогда неслабо.

— Я не помню точно, но думаю, Вадиму можно верить, — и секунду помолчав, добавила: — Но не в этом случае.

Мы оба рассмеялись. Эх, Вадик, знал бы ты, что пока занимаешься с дедом, я подрываю твою репутацию.

— Помню, как на катапульте полетела сначала вверх, а потом вниз. Думаю, если и были в лесу медведи, они разбежались без оглядки. Такой треск был!

— А вертолёт? Взорвался? — неуёмная тяга к экшену не отпускала моего братишку.

— Не знаю, Ив, Вадим же меня первую катапультировал. — Я пожала плечами.

Бусинка сидела рядом с нами на ступеньках и, казалось, внимательно слушала разговор. Её пушистый хвост аккуратно оплёл все четыре лапки по дуге, а его кончик еле заметно подрагивал, видимо, она тоже переживала за нас с Вадиком. Я представила, как она наблюдала за мной в тот злополучный день: я, мечась и активно пригибаясь, поспешно вылетаю из квартиры, не закрывая дверь. Мда-а,