Сделаю, что смогу - Александр Беркут

школьная задачка про бассейн и две трубы. Улыбнулся. Чем дальше от гор, тем лес становился выше и гуще. В нём пели какие-то птицы, стрекотали сверчки и кузнечики. Небольшой ветерок шелестел листвой, было хорошо и спокойно. Я вернулся к нашей стоянке. Томас уже убрал лишние вещи в сумки, оставив только плащи.

Когда стало темнеть, я подозвал волчонка.

— Ну что, приятель, покараулишь нас? — я достал из мешка небольшой рубин и сунул его щенку, — это чтобы ты не скучал.

Захрустев камнем, Колючий счастливо захихикал и потёрся о сапоги, слегка их ободрав.

— Ну и хорошо. Разбуди завтра по раньше, — зачем-то сказал я этой довольной металлической тёрке.

Завернувшись в дорожные плащи, мы с Томасом практически сразу уснули.

На рассвете нас разбудил дикий крик:

— Аааааааааааа!

Мы вскочили ничего не понимая и озираясь по сторонам. В лесу стоял туман, не такой сильный, как с той стороны горы, но всё-таки видно было совсем плохо.

— Колючий, — закричал я.

В ответ, совсем рядом прозвучало радостное — хи-хи.

Мы с Томасом ломанулись на этот звук. Пробежав метров пять я обо что-то споткнулся и чуть не упал. Внизу, под ногами что-то поскуливало. Томас быстро достал свои палочки и высек сноп искр, в их свете я успел рассмотреть, два лежащих тела. И вдруг рядом зажглись два красных огня, которые постепенно стали разгораться, залив всё вокруг зловещим красным светом.

Томас икнул и сделал шаг назад, а я почувствовал, как в груди начал разгораться огонь, и рука с браслетом стала непроизвольно подниматься.

— Хи-хи, — прозвучало со стороны огней.

— Твою дивизию! Колючий! Разве так я просил тебя нас разбудить!

— Хи-хи-хи, — раздалось от огней и вдруг они стали крутиться, рисуя в тумане огненные круги.

И я понял, что этот гад катается по траве от смеха. Это что, он припомнил нам вечерние подшучивания над ним!

Я повернулся к обалдевшему слуге, и мы заржали в два голоса.

Немного отдышавшись, я спросил:

— А кто скулил-то? — И попинав ногами тело, через которое я чуть не полетел, нагнулся стараясь рассмотреть, кто это лежит. И тут же резко разогнулся и глянул на слугу.

— Круглый!

— Хозяин?

— Голова совсем не болит! И я всё помню!!! Ура!!! — Заорал я на весь лес.

Радости моей не было предела. Наконец-то мои мучения закончились! Правда приключения ещё остались, но по сравнению с головной болью и отсутствием памяти — это пустяки! Не знаю, что мне в конце концов помогло — свисток магистра, или новый браслет, а возможно и то и другое вместе, но факт налицо! Голова не болит и память вернулась полностью!

Так, ну а что за тела тут у нас лежат? Кого отловила наша, вооруженная до зубов, в прямом смысле этого слова, охрана?

Похоже это были неудачливые грабители, которые хотели поживиться за наш счёт, но фортуна на этот раз повернулась к ним оскаленной мордой. Приподняв одного, а затем и другого грабителя, мы потащили их к нашей стоянке. Посадив их у дерева, я попросил Колючего присмотреть за этими персонажами. Тот уже погасил свои «фары» и весело хихикая присел возле этих несчастных.

Небольшой ветерок стал разгонять туман и стало сразу светлее. Заря полыхала во всю, и солнце вот-вот должно было появиться из-за горизонта.

Умывшись и немного приведя себя в порядок, я подошёл к ночным посетителям.

— Ну что, неуважаемые сэры, какого лешего вы тут делали?

Один из пойманных только икал, а второй что-то пытался сказать, но язык его плохо слушался.

Я пригляделся к ним получше и вдруг понял, что это самое что ни на есть поганое ворьё! Аура, или то, что я за неё принимал, была у них грязно серого цвета. Воровали они всё до чего могли дотянуться их жадные руки — начиная от денег и заканчивая скотиной на фермах. Не брезговали они и разбоем. И от быстрой расправы спасало их только то, что крови я на них не увидел. Но от грабежа до убийства — всего один шаг, и случай с Готлибом, Эльзой и Томасом был тому свидетельством!

Отведя Томаса немного в сторонку, я спросил:

— Что с ними будем делать? Нам надо быстрее в город, а они нас будут задерживать.

Круглый сурово посмотрел на пойманных, жалеть их у него не было ни малейших причин. — Давайте доведём их до ближайшей деревни и отдадим фермерам, пусть они сдают их страже.

— Хорошо, так и сделаем, но сначала…

Я повернулся и подошёл к задержанным.

— Вы что, бараны заезжие, не знаете, что все коровы тут наши и мы их доим!

Один, из этих татей всё-таки совладал со страхом и согласно закивав головой, начал заикаясь говорить:

— Не знали! Не знали, мы что вы тут разбойничаете, а то бы ни за что сюда не пришли!

Охо-хо… Да, тяжёлый случай… Достав кинжал и подойдя ещё ближе, я уже хотел было прочесть лекцию о вреде разбойного образа жизни, но меня, как Остапа, вдруг понесло…

Задрав голову к небу, я начал:

— Какое небо голубое…

И вновь посмотрев на грабителей, грозно добавил:

Мы не сторонники разбоя!

Сунув кинжал за голенище сапога, хитро улыбнувшись и наклонившись над перепуганными злодеями, продолжил…

На дурака не нужен нож,

Ему с три короба наврешь…

И вдруг Круглый закончил:

— И делай с ним, что хошь!

Я с удивлением повернулся к нему:

— Молодец, схватываешь на лету!

Томас, довольно заулыбался.

— Ну так! Чья школа!

Твою дивизию!!!

Глава 12

Быстро собравшись, связав руки нашим пленникам, мы, оседлав отдохнувших лошадей, тронулись в путь. Не прошло и получаса, как нам попалась дорога, по которой мы и двинулись дальше. Впереди бежали трусцой грабители-неудачники, а за ними неторопливо ехали мы. Колючий носился по лесу, время от времени подбегая к лошадям, которые уже привыкли к этому шалопаю.

Томас подъехав поближе, наклонился ко мне и сказал:

— Хозяин, нам надо спрятать щенка. Из-за него у нас могут быть неприятности.

— Я и сам думаю, как быть? В город так просто с ним не въедешь! Слушай, Круглый, а что если его посадить в одну из дорожных сумок? Он там вполне поместиться.

— Можно попробовать, лишь бы он там сидел и не лез наружу.

— Постараюсь ему это объяснить.

— Господин Чешиголов, а как же наши пленники, они же расскажут про него!

— Вряд ли им кто поверит, да и что они расскажут, что видели какого-то непонятного, страшного щенка? Не думаю, что они узнали в нём горного волка. Давай остановимся,