Нежный взгляд волчицы. Мир без теней - Александр Александрович Бушков

«черного паучка» извлекли из сознания Яны, так что Разрушителя у вас никогда не будет. Ваша... царица скрывается где-то на Таларе, но мы ее непременно найдем и уничтожим. Без нее вы и сейчас, такое впечатление, не стоите ни черта, вместе взятые. Очень скоро мы вас перехватаем всех до единого, при том, что вы, безусловно, не спаособны на серьезное сопротивление, - он улыбнулся почти по-человечески. - Знаете что забавно, Даутверт? Вы поставили уникальный рекорд - пробыли Канцлером Империи всего несколько часов. Рекорд и для Империи, и для земных королевств. Я специально справлялся. Прежний рекорд сто пятьдесят лет удерживал герцог Нелуан, первый министр лоранского короля Татабо Второго. Сутки пробыл на высоком посту. Потом король его сместил и герцога повесили. Но вы установили новый рекорд, и вряд ли он будет скоро побит. Мои поздравления...

     Веральф молчал, не отводя от пего пылавшего лютой ненавистью взгляда.

     - Внесем кое-какую ясность, - сказал Сварог тем же насмешливым, прямо-таки издевательским тоном, чтобы собеседник понимал: к нему здесь относятся как к дерьму. - Кого вы хотели известить в канцелярии наместника, я уже знаю. Лорд Фольтерн, граф Патарест, верно?

     Он бил наверняка и нисколечко не врал. Вчера он прилетел в резиденцию наместника и попросил собрать «личный состав» под самым что ни на есть благовидным предлогом: новоявленный вице-канцлер знакомится с делами. Веральф там обнаружился один-единственный - только что помянутый граф. Вполне возможно, в каждой резиденции наместника имелись такие вот «резиденты». Веральфы обитали и на земле, а значит, наверняка приглядывали и за земными делами, как делали это в Империи.

     - Да, вот что еще, - тем же тоном превосходства сказал Сварог. - Патареста мы, разумеется, взяли. Сейчас он грустит неподалеку от вас, и обращаются с ним столь же гостеприимно. Вполне возможно, он окажется гораздо словоохотливее вас - уж мои мастера постараются на совесть...

     Вот тут веральф не выдержал, глядя Сварогу в глаза, натурально прошипел довольно длинную фразу на незнакомом языке, в котором гласных было гораздо больше, чем согласных. Надо полагать, это был язык Изначальных, услышанный Сварогом впервые в жизни.

     Сварог удовлетворенно улыбнулся:

     - Перетолмачтивать, на понятный язык не прошу, и так все ясно: отнюдь не желаете мне здоровья и счастья, наоборот. Что ж, это позволяет селать вывод: эмоции вам так же свойственны, как и людям. Ну, давно известно, что волки способны на самые разнообразные чувства.

     Итак, Патареста мы взяли, и он сидит неподалеку от вас...

     Вот это уже 6ыл высокопробный блеф, расхожая полицейская ухватка. На совещании «тройки» было постановлено: чтобы не всполошить веральфов раньше времени, пока не узнают о них достаточно, новых арестов не производить. Но откуда Даутверту знать, как в реальности обстоят дела? Самое интересное: Сварог не чувствовал в нем ни тени магии, как когда-то было и с Дали. Впрочем, нельзя исключать, что свои особые способности у веральфов все же есть — только магия и Империи, и Талара не способна их усмотреть. Зато сведущие кое в каких искусствах земные книжники сразу усматривают черную магию в иных текстах Изначальных...

     Сварог резко поменял тон, заговорил холодно, деловито:

     - Ну, хватит. Не будем разгонять метлой облака (старая здешняя поговорка, аналог русской насчет толчения воды в ступе). Поговорим лучше о вашем положении. Оно у вас насквозь безрадостное и печальное. Безнадежное. Никто не знает, что вы здесь, никто не выручит. И никто здесь с вами не станет церемониться. Могу вас хоть на куски изрезать, никто не узнает и не накажет. Не сомневаюсь, что ваше поганое племя к боли относится так же, как люди. Ну, а если вы все же переносите любую боль, простите за невольный каламбур, безболезненно... Увезу вас в Империю, чтобы испробовали на вас тамошние средства... Будете говорить или станете молчать? Повторяю, вы в безвыходном положении. Иначе не сидели бы здесь, не ссали под себя и не ругались в бессильной злобе. Итак?

     Веральф молчал, посверкивая глазами.

     - Ведите его, - распорядился Сварог. Стражники, крепко сцапали веральфа за локти, вывели его в коридор. Следом шли Сварог и Баглю. Идти пришлось недолго, через какой-то десяток уардов остановились перед капитальной дверью в торце коридора. Стражник проворно распахнул ее свободной рукой...

     Как всегда перед работой, пыточная пребывала в безукоризненном порядке. Разнообразнейшие инструменты для добывания истины (Сварог не знал предназначения многих и не хотел знать) аккуратно разложены на столах, металлические предметы начищены, веревки не разлохмачены, кожаные ремни без единой дырочки. Чисто и подметено, постарались ходившие под подпиской уборщики (правда, здешние подписки были незатейливыми и сводились к одной фразе: «Будешь болтать, башки лишишься»). В воздухе витал неповторимый запашок смерти, крови, страданий и страха - но Сварог к нему давно притерпелся и перестал замечать.

     Как Сварог и ожидал, рядом с большими клещами с наточенными до бритвенной остроты концами лежала пухлая растрепанная книга в захватанном грязными пальцами бумажном переплете и с соответствующим завлекательным названием. На многоцветной обложке     усатый красавец в белоснежной рубашке с пышными кружевными манжетами пылко обнимал сомлевшую красотку в богатом дворянском платье, всю в кружавчиках и самоцветах. Потрошило нежно обожал подобную изящную словесность - сентиментальные, полные роковых страстей любовные романы. Вот и сейчас Сварот привез ему два творения прытких и плодовитых имперских виртуозов пера, еще не успевших попасть к таларским печатникам.

     Потрошило, Потрошитель и малость заматеревший Потрошонок приветствовали его с радостным оживлением - работящие были люди.

     - Кто к нам приехал, кто нашу бабушку зарезал... - зловеще протянул Потрошило (приговорку эту он услышал как-то от Сварога и она ему  очень понравилась. - Я так понимаю к