Питер Нэйл - Зов арены

— А! Тогда ладно.— Алинор повернулась, чтобы уйти в свою комнату.— Зендер не сможет сегодня приготовить ужин. Он охраняет дверь кухни. Не заменишь ли его у плиты?

— Да, госпожа.

— И если Зендер попросит есть, ничего ему не давай. И он, и другие не сразу привыкнут. Им может казаться, что они все еще испытывают голод, но их тела больше не могут принимать пищу. Поняла? Теперь беги. Мы-то с тобой будем ужинать.

Каждый шаг давался ей с трудом, сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди, нервы были напряжены до предела, как будто она зависла на краю пропасти без малейшей надежды на спасение. Всюду ей мерещилась опасность: то воины городской стражи, то пьяницы, то насильники.

Иногда ей вдруг думалось, что Алинор уже знает про нее все, хотя, когда она уходила, госпожа общалась с темными богами в наркотическом сне, наведенном черным лотосом…

А еще она все время ожидала, что тени напрыгнут на нее из-за каменных стен, повалят на землю, прокусят горло и высосут и кровь, и душу. Илорку…

И даже когда она вышла из городских ворот и спешила к роще по северной дороге, Лейра боялась, что Сэндаса там не окажется. А когда мужской голос хриплым шепотом обратился к ней: «Лейра! Слава Митре!» — девушка тоненько вскрикнула, решив на мгновение, что это тьма заговорила с ней и сейчас проклянет ее.

Сэндас вышел из-за дерева. В свете луны и звезд его доспехи отливали серебром, а поблескивавший на лице пот придавал сходство с привидением.

— Слава Митре! — повторил он,— О боги, детка, иди сюда, быстрее! Ты что, боишься?

Она пошла к нему и, хотя едва знала Сэндаса (встречала его несколько раз в ту пору, когда он был любовником Алинор), приняла его объятия, потому что они передали ей тепло его тела, тепло, в котором она сейчас так нуждалась.

— Тихо, тихо, дитя мое. Тебе ничего не угрожает. Все в порядке. Мы теперь оба в безопасности. Мы остановим Алинор. Всему этому ужасу скоро придет конец. Если ты мне поможешь, мы сделаем это…

Она взглянула на него снизу вверх и быстро-быстро, захлебываясь словами, начала что-то говорить, но тут же осеклась.

— Что? Что такое? — шепнул Сэндас.— Расскажи, что тебя тревожит.

Она отвернулась и выскользнула из его рук, уже почти спокойная.

— Алинор,— начала она и снова взглянула на Сэндаса, как бы ища у него поддержки. — Сегодня она заговорила… Околдовала… Что-то сделала со всеми слугами дома…

— Зачем?

— Прошлой ночью — ты не слышал? — Хавлат или кто-то другой послал к госпоже убийцу. Мне кажется, что она его уничтожила… Хотя она сказала, что просто затуманила ему мозги и послала обратно к Хавлату.

— Ничего об этом не слышал. Весь день я прятался.

— Но это правда, Сэндас.

Он вытер потное лицо и задумался.

— Она не должна жить,— пробормотал он еле слышно.

— Но ведь это госпожа Алинор! — воскликнула Лейра.— Не больше седмицы назад, всего

несколько дней, она была доброй хозяйкой, а не какой-то там ведьмой, не этой… Этой…

— Она сошла с ума! Думаю, она продала душу темным силам, чтобы отомстить за отца. А если она захочет принести в жертву тебя, чтобы довершить то, что пытался сделать ее отец? Об этом ты подумала? А ты жалеешь ее!

Лейра тяжело вздохнула:

— Скажи, чего ты хочешь от меня. Но я не могу обещать, что выполню твою просьбу. Больше всего мне хотелось бы скрыться, убежать… Хотя, боюсь, она найдет меня где угодно.

— Когда мы сделаем то, что надо, Лейра, нам не придется никуда бежать.

— Что я должна делать?

Он повел ее к плоскому камню за деревьями и усадил рядом с собой.

— Я не хочу причинить тебе зла. Но, пойми, живя в доме Алинор, ты постоянно находишься в опасности. Попробуй защитить себя. Да и меня тоже. Для начала тебе нужно сделать главное — завоевать доверие Алинор. Моли ее о защите. Скажи, что боишься, что не хочешь умирать, что ты сделаешь все, чтобы ей помочь. Это первый шаг. Если она позволит, будь с ней, когда она занимается колдовством. Скажи, что боишься оставаться одна, боишься слуг — что угодно. Если она поверит, что ты напугана до полусмерти или во всем зависишь от нее, то из тщеславия, может быть, и не станет тебя гнать. Потом зайди в ее комнату и постарайся отыскать наиболее важные для нее предметы — любые магические орудия, но, главное, самые ей нужные. Спрячь их. Когда Алинор обнаружит их пропажу, скажи, что приходили слуги Хавлата или Куршахаса и что они обыскали дом. Понимаешь?

— Да, да… — Лейра с трудом понимала, о чем он говорит.

— Возьми магические принадлежности и принеси их мне. Улица Виноторговцев, на юго-восточной стороне города, таверна «Знак Единорога». Хозяином там ловкий аквилонец. Он знает меня под именем Омбус. Ясно? Омбус.

— Омбус…

— Принеси мне эти вещи. Один-два дня хватит? Хорошо бы успеть за это время.

— Да-да…

— Я не могу тебе сейчас все объяснить. Но от этого зависит и твоя жизнь, и моя.

— Да, да…

— Ее необходимо уничтожить.

Лейра ничего не ответила.

— Ты боишься ее?

— Я… Не знаю…

Сэндас встал, тяжело вздохнув, и потянулся.

— Пошли. Я провожу тебя, Лейра.

Она смотрела на него остановившимся взглядом и молчала.

— Через день-два, Лейра, самое большое через три, все кончится.

Она кивнула. Но страх перед колдовством был сильнее надежды на спасение.

Глава шестая

Он проследил, как Лейра пробралась сквозь низкий кустарник небольшого садика и приблизилась к боковой двери дома. Задержавшись под масляной лампой, девушка открыла замок, затем обернулась и помахала молодому человеку рукой, давая знак, что все в порядке и он может уходить.

Сэндас подождал, пока она вошла внутрь и тихо закрыла за собой дверь, и быстро зашагал по улице. Теперь он мог вздохнуть свободно: ее отсутствия, похоже, никто не заметил. Сам он не боялся ходить ночью по городу, всецело полагаясь на свой воинский опыт и сноровку, а сейчас и вовсе любые страхи казались ему пустяком: он был доволен, почти счастлив, ибо больше не чувствовал себя беспомощной жертвой или загнанным зверем. Он перестал просто прятаться, спасая свою шкуру, и начал защищаться.

На пути ему не встретились ни стражники, ни пьяницы, ни грабители, и илорку нигде не прятался в тени. Но все же одна пара глаз не упускала его из виду.

Когда он повернул за угол и быстро пошел по переулку, пара маленьких легких ног поспешила за ним, тихо ступая по плитам мостовой. Сэндас не слышал этих шагов, да и в любом случае не обратил бы особого внимания на светловолосого уличного мальчишку, болтавшегося поздней ночью по улицам Аренджуна.