Неучтенный элемент. Том 7 - Александр Вайс

Бронзовый драконид наклонил голову и тихо рыкнул. Похоже это было вздохом, да и в жёлтых глазах читалось пренебрежение.

— Не зря многие зовут людей обезьянами. У вас нет даже этой технологии. Мы знаем, как сделать драконида одарённым. Сработает ли этот метод с вами я не знаю. Но очень сомневаюсь: мы слишком разные.

Интересно, что похоже переводчик принял слово «драконид» на русском термине самоназвания расы.

— А в итоге армию говорящих ящериц разделали четверо. Даже трое плюс поддержка, — я не собирался терпеть расовые оскорбления. И хотя Наташа тоже помогла. Но она во многом сдерживала Полину. Для Акаева это вовсе не его уровень противника — он лишь сидел в обороне и старался не мешать. — Не понравилось напоминание? Так предлагаю оставить оскорбления на расовой почве. Я сто наших лет, а это срок жизни глубокого старца, сражался с Ордой в остановленном времени и потому при виде представителей иных народов, непроизвольно тянусь к оружию и начинаю рассчитывать самый эффективный метод убийства. Но я контролирую себя.

Я смог заинтересовать драконида. Мы не торопились, Ифрит, чей Нихилим остался с Полиной и позволял следить за происходящим в городе, не бил тревогу. Вообще и сам полубог ушёл в изучение артефактов, выказывая нулевой интерес к истории и общению «смертных».

Хотелось продолжить экскурсию и получить ещё что-то. Но я сначала задал ещё один вопрос.

— И чтобы устранить недопонимание… ты только что говорил… о себе в женском роде или это переводчик ошибся?

Собеседница, а теперь я был уверен, снова рыкнула.

— Как же… ладно, вы не знаете. Да, я самка. Меня оставили нетронутой не только чтобы я могла лучше служить как артефактор, но и потому что могу принести не изменённое потомство. Вы легко определите нас по виду: мы несколько крупнее самцов, особенно у нас шире таз и голова. А ещё наши имена заканчиваются на «-тен», -«тер», -«тах» и ещё несколько более редких вариантов.

Я не испытывал смущения от ошибки. Передо мной совсем иной вид.

— Как… Вальтер? — припомнил я. — У вас артефакторику доверили женщинам? Или это просто совпадение?

— В некоторой мере. Из четырёх артефакторов, двое самцы. Но один был одарён подходящим даром артефактора, а другой слишком стар и сложил мечи за много лет до вторжения. Конечно избравшие путь создания техники тоже могут сражаться. Но это для нас не главное. Пройдём к основанию этой установки…

Что же, собеседница видимо потому более сговорчивая, что не чистый воин до мозга костей. Также от неё я узнал, что ещё не все достигли абсолютного предела. Но заметно вырастут разве что артефакторы. И хотя каждый драконид — это воин, однако это означает лишь что перед лицом угрозы все возьмут в руки оружие. Никто не обещал, что они будут эффективны.

Похоже мы решили проблему с улучшением оружия. Я немного поспрашивал о других освобождённых. Но Ксенистен всё же не спешила рассказывать абсолютно всё. Про силу бездны они слышали, но знают мало. Опять же — в их мире таких не было.

Ши пока оставались единственными, кто не только знал, но и мог помочь развить талант и создал для него техники. Надеюсь, я ещё найду более подробные записи.

Из установки мы выдрали ещё какой-то гладкий белый кристалл. Кажется, очень похожий стоял в нашем генераторе щита в Дубраве. Драконидка пригласила нас пройти за транспортом для кристалла, раз уж мы собрались ломать его позже, а не сразу достали ядро. Полагаю, предложи она не ломать его вовсе, Система бы возмутилась.

Экскурсия продолжалась и драконидка пригласила нас зайти в одну из комнат. Там стояло много непонятного мне оборудования, порой жутковатого вида.

— Давай ты не будешь смеяться от нашего непонимания и пояснишь сразу. Это пыточная?

— Нет, зал для тренировок и тестов, — ответила Ксенистен. — Вы многое рассказали о силе бездны. Причём артефакты ты используешь. Попробуешь использовать наш определитель типа силы и её параметров?

Стоило бы насторожиться, но интуиция говорила, что драконидке просто любопытно. Да и мне тоже. А пагубного влияния артефактов я не боялся. Ифрит также с интересом оглядывался.

— В моих воспоминаниях о прошлом мире мало чего осталось. Но у нас точно был народ, строивший подобные помещения. Только они ростом не вышли и жили под землёй. Зато при словах о пыточной вспомнилось, как мои последователи схватили человека за попытку проникнуть в пыточную. И отправили его на пытки именно туда, куда он хотел залезть.

Судя по лицу, Ифрит находил это забавным… да и я тоже, что уж говорить.

— Ну… мечты сбываются? Бойся своих желаний и всё такое… А ведь кто-то наверняка желал, чтобы ты появился в мире.

Ифрит с прищуром уставился на меня, а потом раскатисто засмеялся. Ксенистен нас вообще не понимала и похоже решила не вмешиваться. Она просто подвела к артефакту и пренебрегла моим предупреждением, что я могу его сломать.

Выглядел он как пирамида, увенчанная сферой, на которую следовало положить руку. Рядом стояла консоль с экранами… от моего касания всё к чертям отключилось.

— А жаль… м-да, попал антимаг в мана-панк. У вас и вычислительная техника на мане?

— … У вас же не было магии. То есть, вы создали вычислительные машины без неё? Как?

Моего краткого объяснения Ксенистен не поняла и я предложил отложить вопрос на потом. Я поспрашивал о зале, заинтересовавшись тренажером, где надо чувством маны определять, какое из закреплённого на стене множества небольших орудий в тебя стреляет и заблокировать удар. Само собой, с завязанными глазами или стоя спиной к нему. Потом обязательно попробую.

Ещё заметил включённый экран с одинаковыми картинками пригоршни красных зёрен, рассыпанных на граните. Как оказалось — это тест внимательности. Из интереса я сразу нашёл единственное отличие — не хватало одного зёрнышка. А на следующей картинке с разноцветной каменной мозаикой один из элементов был иного цвета. Далее в армии драконидов один из них стоял с молотом вместо копья.

— Как ты это делаешь⁈ — удивился Ифрит. — Даже я не понимаю! Ты должен открыть секрет.

Я хмыкнул. Полубог редко признавал, что в чём-то слабее.

— Я уже видел такие тесты. Тебе нужно как бы взглянуть на обе картинки одновременно, задействуя бинокулярное зрение. Мозг сразу находит различие. Вот если расположить их вертикально, у меня ничего бы не получилось.

— Достаточно повернуть голову, — заметил