RANDOM: В начале конца (СИ) - Роман Драксодий

напали, — проворчал Второй, перегнувшись через подоконник возле меня, — машину вскрыть пытались, стреляли, привлекая всяких мутантов…

— Мы ж не знали, что тут живые есть…

— Теперь знаете! — рыкнул я. — Мы вас не звали, идите нахер!

— Давай лучше объединимся, будет легче!

— Вас и так человек восемь, сами с собой объединяйтесь, считаю до двух! — я щёлкнул затвором и снял винтовку с предохранителя, целясь в объеденителя. — Раз!

— Дебилы, блин… — вздохнул второй и пошёл закупоренному проходу, также взводя оружие.

— Братан, одному нынче не выжить, вместе мы сможем…

— Два! — грянул выстрел и в голове говорившего появилось новое отверстие, не предусмотренное природой. Тело мешком повалилось на серый бетон и через секунду прозвучала череда одиночных выстрелов за моей спиной — напарник на удачу простреливал упаковки утеплителя, учитывая лестничный пролёт за ними и, судя по нескольким вскрикам, таки попал в крадней.

Двое на парковке под окнами матюкнулись, стрельнули в мою сторону от бедра и перебежали под защиту стен дома, скрываясь из моей зоны видимости.

— Вы чё, козлы, три дня всего прошло, а вы уже беспредельничаете! — заорал я на улицу и выстрелил два раза в угол, за которым они скрылись. Солнце клонилось к закату, но я смог разглядел несколько амёб спешащих на нашу вечеринку.

Мне не ответили, ибо мужики тихо крались к нашим позициям, но мы с напарником совершенно не переживали на их счёт, так как видели на что способны местные твари. Нам оставалось только ждать и сидеть тихо.

Когда десяток чёрных, аморфных существ бесшумно перетёк через забор, я тихонько закрыл пластиковое окно и кивнул Второму. Он прижался спиной к кладке возле дверного проёма и пронзительно завизжал, вызвав тихую ругань с той стороны утеплителя, переросшую в отчаянные крики и беспорядочную стрельбу.

Нужно отдать должное нашим невежливым гостям — сопротивлялись целых три минуты и только потом всё стихло. Мы сменили винтовки на корявые, но очень прочные и острые мечи, встали у проёма, задержали дыхание и резко вытащили утеплитель, занося оружие для удара.

На шуршание упаковки метнулось всего четыре выживших твари и мы без лишнего шума порубили их на сашими. Выпнув останки на лесницу, мы снова заткнули проём и, дежуря по два часа, дали друг другу выспаться.

Солнце практически скрылось за горизонтом и теперь большую часть света давали далёкие светила, окрашивая всё в непривычные, фантастические цвета. Трупы уже начали пованивать и мы покинули дом, теперь задумчиво стоя у машины, деформатора и полного прицепа добра.

— Давай распихивать, что-ли… — вздохнул я, не чувствуя себя отдохнувшим.

Пока утрамбовывали барахло, порешили, что продолжить путь следует по железной дороге. Во-первых, это было короче, а во-вторых, она огибала населённые пункты по самому краю. Следующим на пути был Кирс, но что-то нам подсказывало, что в таком густонаселённом месте нас ждут неприятности и проехать его нужно как можно быстрее и желательно без приключений.

— Пять сек! — Второй умчался в дом с топором, едва мы закончили, и я даже догадался — зачем.

Кубовича я не слышал, но, высунувшаяся в окно голова напарника, с крайне озадаченным и виноватым выражением лица, кивком позвала меня внутрь и я почуял неприятное сосание под ложечкой. Когда я вошёл в комнату и бросил взгляд на содержимое каркаса, то потерял дар речи…

Глава 10. Прессуй бобров!

— Я боюсь даже спросить, почему он в лосинах, топике и кепке…

— Тут, в общем, — Второй немного замялся и бросил быстрый взгляд на каркас, — имеет место быть копирование меня в… это.

— Кубович так и сказал?

— Да, получена адаптированная копия активатора.

— То есть съесть его мы не можем?

— Чисто технически — можем.

— Га! — возмутился большой белый гусь и с укором посморел н нас.

— Ну чё уж, Третьим будешь… — я вздохнул. — Выковыривай.

Освобождённый Третий неуклюже прошелся по полу, несколько раз упал и начал издавать разные звуки, стараясь заговорить по человечески. Потом замер на пару минут, склонив голову на бок, и вернулся к каркасу, схватил его клювом за срубленный край и одним рывком оторвал кусок кружев.

— Нихрена себе! — воскликнул я, а Второй присвистнул. Гусь картинно поклонился и несколько раз взмахнул крыльями. Потом он подпрыгнул и выскочил в окно, злобно зашипев снаружи после звука падения.

Мы, всё ещё шокированные, молча выдрали каркас из бетона и погрузили его в прицеп. Третий уже забрался в салон через люк на крыше и деловито сидел на диване, продолжая издавать жуткие звуки и срывая с себя тряпки. Наш странный отряд двинулся через посёлок на железнодорожную станцию, где мы столкнулись с небольшой проблемой.

— Чуть-чуть… — цыкнул я и свернул рулетку, закончив измерять ширину между рельс и между колесами буханки.

— Тогда поищем тележки в депо, или что там, и обопрём на одну передний бампер, а прицеп поставим на вторую, — пожал плечами Второй и кивнул в сторону серых крыш за путями.

Так и порешили.

Оставили прицеп на станции и по широкой дуге объехали стоящие на сортировке составы и, перемахнув через насыпь, добрались до ангаров депо и ремонтной базы, заехав по рельсам прямо в огромные распахнутые ворота.

Тихо пробраться не получилось и на нас тут же прыгнуло несколько амёб, изрядно помяв крышу, но силовой каркас сдержал натиск и мы резко выскочили, размахивая острыми железками.

Когда последняя тварь перестала трепыхаться, гусь выпорхнул из машины и расправил крылья, неумело идя на взлёт, но, в отличии от птенцов, которые долго учатся летать, наш птах применил базовые знания аэродинамики из человеческого сознания и вот он уже вылетает наружу, неистово гогоча и привлекая внимание ближайших прячущихся амёб.

— Тактика — наше всё! — шёпотом произнёс Второй и мы двинули по цеху, осматриваясь и отводя глаза от большого количества не тронутых кубов, разбросанных повсюду.

Углубляться в подсобки не стали, так как добра у нас и так было навалом и мы сосредоточились на разных железяках вдоль стен. Нам повезло — почти сразу мы стали обладателями двух, относительно лёгких, трёхколёсных мини вагонеток железнодорожников, но, кроме них, прихватили несколько труб, чтобы сварить опорные кронштейны.

— Эх, купейный вагончик бы, да на гусеницах… — мечтательно протянул Второй потягиваясь, когда мы приладили вагонетки на крышу и притянули их проволокой через окна и дверь, отчего огромная грудь стала вопиюще заметной.

— Потонет нахрен где-нибудь в болотах, — хмыкнул я и замер, глядя на напарника округлившимися глазами: — Ты это…

— Что?! — тут же насторожился он.

— У нас появляется разница в мышление — я же даже не думал о вагоне!

— Хосподя! — его глаза