Мёртвые Земли - Стейси Мэри Браун

его грудь вздымалась, зубы скрипели. – Ко-ова-ач.

– Я видела тебя с ними.

Во рту я чувствовала пульсацию вен на огромном члене. Я была мокрая, возбуждение пронзило каждый мой нерв. И это лишь сильнее разозлило меня. Я должна держать все под контролем.

– У тебя есть семья, сын, – усмехнулась я, гнев пробирал меня до костей. – Так почему тебя волнует, что со мной случится, зачем ты искал меня? Я не являюсь запасным вариантом ни для кого.

– Сказала девушка, сосущая сейчас мой член. – Он обхватил рукой мой затылок, грубо дернув назад – меня пронзила боль и удовольствие. Уорик сжимал рукой мое горло.

– Я ничего не делаю, – издевалась я, пользуясь его же оправданием, в то время как призрачная «я» упорно продолжала ласкать его член. Уорик гортанно застонал. – Я просто стою на месте.

– Правда?

Он сильнее сжал мое горло. Ворча, Уорик подался бедрами вперед, призрачные руки насаживали меня на его огромный член. Мой фантом задыхался, глаза слезились, я была не в состоянии вынести это. Поэтому прервала связь и от ярости сморщилась.

На его губах появилась злобная ухмылка – Уорик понял, что победил.

– Ты не можешь засунуть мой член себе в глотку и чувствовать моральное превосходство. Это не для тебя. Я знаю тебя, Ковач, ты извращенка и испорченная девушка, поэтому перестань притворяться хорошей. Мы оба знаем, что это не так.

– Иди к черту, – прорычала я, извиваясь в его объятиях.

– Ты бы не вынесла этого.

– Отвали от меня.

Я толкнула Уорика в грудь, не сдвинув ни на сантиметр.

– Будь честна. То, что у меня есть семья, не помешало тебе меня сейчас трахнуть.

Подтверждение от него полоснуло меня ножом по сердцу.

«У него есть ребенок. Женщина, которую он любит? Боги, Брекс, что ты творишь?»

Я вспомнила сражение на вокзале, то, как я использовала его силу, и толкнула Уорика ладонями в грудь. На этот раз у меня вышло его оттолкнуть, в крови гудел адреналин, и я повернулась к мужчине спиной. Уорик отшатнулся и врезался в стену.

Не колеблясь, я метнулась к двери и коснулась металлической ручки.

Сдавленный крик вырвался из меня, когда он обвил руки вокруг моей талии и кинул меня на матрас.

– Черт возьми! – Уорик залез на меня и прижал мои руки к кровати, маленькая койка застонала под натиском нашего веса. – Ты самая бесящая персона, которую я когда-либо встречал.

– Взаимно! – Я пыталась вырваться, но он лишь сильнее придавил меня к кровати. – Слезь с меня!

– Хватит ерзать, – застонал он, наваливаясь сильнее, – словно я и так недостаточно возбужден.

– Прекрасно! Надеюсь, отсохнет. – Я пыталась вырваться, ерзая под ним, его тело придавливало меня, член упирался в меня, и я прикусила нижнюю губу. – Секс – единственное, чем ты, вероятно, устраиваешь свою пару.

– Хочешь, расскажу, как моя пара кричит? – Он подчеркнул это слово, и я вздрогнула, словно меня ударили плетью. Пытка, боль, но я не могла скрывать, что вся эта ситуация заводила меня. Что, черт возьми, со мной такое? – Хочешь узнать, как я ее трахаю? – прорычал Уорик мне в ухо, щеки залились румянцем от возбуждения. Он крепко сжимал мои запястья, но одновременно я ощущала, как его пальцы скользят по моему горлу, другой рукой он проскользил по моим соскам. Зубами прикусил внутреннюю сторону бедра и спустился еще ниже.

Я застонала и развела ноги шире.

Я нуждалась в нем.

До отчаяния.

– Знаешь, какой дикой она становится, когда я целую ее киску?

Я ощутила призрачный язык, касающийся меня внизу, и закатила глаза. Я чувствовала дикое желание, которое он описывал.

– Как ее киска сжимает мой член, как она кричит, когда кончает…

Я открыла рот, пытаясь втянуть в себя воздух.

– Ты ведь хочешь этого, Ковач?

Черт возьми, да.

– Нет, – зарычала я, – возможно, у тебя нет морали или у тебя такая забота о своей семье, но я выше этого.

– Ты гребаная лгунья.

Уорик фыркнул и двинул бедрами. По ощущениям казалось, что его член вошел в меня. Я выгнула спину, отзываясь с болезненным желанием, приподнялась ему навстречу, показывая, какой жалкой лицемеркой я была.

– Тебе плевать на мораль, ты такая же темная и развратная, как и я. Просто все еще не можешь признаться себе в этом.

Я ощутила его язык. О боже.

– Прошу, – молила я, не понимая, о чем прошу – остановиться или продолжить.

Уорик зарычал, снова навалившись на меня, отчего мурашки пробежали по моей спине.

Он лишь прижимал меня к кровати и толкался бедрами, мы были в одежде, но я чувствовала себя поглощенной. Горел каждый нерв, каждый миллиметр кожи. Он испепелял меня как изнутри, так и снаружи. Он был всюду. Украл мой разум, тело и душу.

А я желала, чтобы он просто прикончил меня. Сжег дотла.

Наши взгляды встретились.

Я не могла ни пошевелиться, ни заговорить, его губы находились близко к моим.

Его грудь вздымалась и опускалась, глаза следили за мной. Желание поглотило меня целиком, разрушение завибрировало в воздухе.

Внутри меня бились жизнь и смерть. Две составляющие, которые сражаются в бесконечной битве.

Я хотела, чтобы Уорик поцеловал меня. Проник так глубоко, чтобы я не могла найти ни начала, ни конца.

Он приблизил свой рот и тепло коснулся моих губ.

Я жаждала забрать все, так же как я сделала это на днях. Но вместо этого моя тень нырнула в него, влезла в его разум, проникая в душу и добираясь до истины.

Едва я это сделала, энергия заполнила меня, поглощая.

Безумная боль. Ослепляющее наслаждение.

Интимная. Необузданная. Она разрушала меня, как удар молнии. Сила пронизывала нас, ослепляя и причиняя страдания, ревела внутри меня так сильно, оставив лишь дикую бушующую и разрывающую меня страсть.

Вой эхом пронесся по комнате, крик сорвался с моих губ, энергия обвила нас, и я отступила. Экстремальные чувства подавили все.

– Черт! – взревел Уорик и слез с меня. Он посмотрел на меня так, словно я была демоном. – Что это было?

Я прерывисто дышала и задавалась тем же вопросом.

– Я… я не знаю.

Уорик смотрел на меня сверху вниз, его грудь тяжело вздымалась.

– Никогда так, черт возьми, больше не делай, – прохрипел он и скривил губы в ярости и отвращении.

– Не волнуйся. – Выпрямившись, я приподняла губу. – Не буду. Не хочу иметь с тобой ничего общего.

– Хорошо, – отрезал он, все еще рвано дыша, – давай на этом и закончим.

Уорик резко развернулся и, хлопнув дверью, вышел из комнаты, оставив меня задыхающейся, возбужденной, напуганной и отвергнутой.

Все эти ощущения