Девушки из Лутбоксов - Ever Com

его в открытом бою. Но на твоем фоне его сила смотрится как что-то не серьезное, когда ты разозлился и волна твоей силы ударила во все стороны даже эта хвостатая тварь Ургост, не решился спорить с тобой. Я знаю этого дракона уже давно, он не из тех, кто боится обычных людей или эльфов, эта тварь не раз разоряла наши города и поселения гномов. Но почувствовав твою силу он готов был бежать, поджав хвост как шелудивый пес из подворотни. Я никогда прежде не чувствовала такой силы, ни от кого из смертных. Кто ты?

— Это сложно, — покачал я головой. — еще совсем недавно я был обычным человеком из другого мира, ничем не примечательным, без каких-либо особенностей. Потом меня подозревали в наличии божественного предка, а сейчас и вовсе грозят обязанностями бога, хотя я не чувствую в себе чего-то такого. Сейчас мы находимся в моем личном домене, вроде как мой личный мир, но даже тут я не чувствую себя всемогущим.

Я успел провести некоторые эксперименты над своим доменом, и особых изменений не нашел. Точнее одно изменение было, когда я только начинал обустраивать свой маленький мирок-дом, я был отчасти ограничен объемом в один кубический километр, так вот теперь такого ограничения у меня не было. Но и стоимость любых манипуляций с пространством в манне изменилась, один кубический метр площади стоил примерно на пятнадцать процентов дороже. Просто учитывая мой объем маны, я мог за раз создать какое-то нереальное по объему помещения. И еще одним изменением стало то, что теперь я мог спокойно перемещаться между помещениями просто пожелав это, почти без затрат маны.

— Понятно, — как-то не слишком уверенно произнесла Исилиэль. — то есть ты как один из Валар?

— Ну если судить по тому что я знаю про ваш мир, Валары не совсем боги, — решил уточнить я. — да они принимали участие в создании вашего мира, даже вложили в него много своих сил, но все же истинный творец это Эру, именно его силы были вложены в сотворение мира, который Валары только придумывали, да и то под руководством создателя. Наверно мои силы похожи чем-то на силы Валар, я тоже сам пока ничего создать не могу. Сложно сравнивать мои силы с кем-то еще, я о них пока сам не сильно в курсе.

— А что ты делаешь в нашем мире?

— Сначала я прибыл в ваш мир по заданию гильдии в которой состою, — начал рассказывать я. — меня попросили передать послание для одного из местных владык. А после того как я выполнил свое задание, то остался тут, пытаясь помочь с той проблемой которая у вас возникла. Дело в том, что история вашего мира хорошо известна в моем родном мире. А уж за возможность принять участие в тех событиях, что должны развернуться в ближайшее время многие в моем мире не пожалели бы никаких сокровищ.

— То есть ты знаешь, что произойдет в ближайшее время? — удивленно переспросила эльфийка, очень возбудившись от таких новостей. — Расскажи мне! Я должна предупредить владык!

— Я уже рассказал все что знаю Элронду и Гэндальфу, — постарался успокоить я ее. — правда Полуэльф сначала отказался принять мою помощь, хотя и попросил пересказать ему все что нам было известно. Но когда я смог рассказать это и Гэндальфу, старый майяр убедил владыку Имладриса воспользоваться нашими возможностями, но достаточно осторожно.

— Ох, Эру всемогущий, — выдохнула Исилиэль. — хоть у кого-то хватило мудрости не отказываться от помощи.

— Ну та история, что нам известна говорит, что в любом случае все закончится хорошо, — попытался объяснить я. — правда почти случайно.

— Ты должен мне все рассказать! — с горящими глазами накинулась на меня эльфийка, уже позабыв обо всех своих недавних страхах и сомнениях. — Я должна знать, что произойдет и как помочь моему миру не скатится во тьму!

Даже мои девушки притихли, а потом и вовсе удалились в дальнюю часть гостиной, чтоб не мешать нам. Именно на то, что вокруг стало тихо и среагировала эльфийка осмотревшись вокруг и вспомнив где она и с кем разговаривает.

— Извини, — смущенно опустив глаза и чуть отодвинувшись от меня произнесла она. — я столько лет пыталась выяснить что задумал наш давний враг. Я должна все знать, не могу оставаться в неведении, даже если все будет хорошо.

— Ты ведь никогда не была в Валиноре? — посмотрел я в глаза чуть успокоившейся Исилиэль. — когда ваш создатель открыл нам доступ в этот вариант вашего мира, он ограничил нас только Средиземьем. Но если честно мне не интересно в Валиноре, я ничего не потеряю, не посетив его, ведь все самые главные события в вашем мире всегда происходили и будут происходить тут, а не по ту сторону западного моря. Ты знаешь, чем люди отличаются от вас эльфов?

— Тем что они смертные? — неуверенно спросила девушка.

— Нет, — покачал я головой. — тем что они в отличии от эльфов не принадлежат этому миру.

— Но как же, — глаза эльфийки чуть расширились от удивления. — ведь их, как и нас создал Эру?

— Да он создал их в этом мире, но люди есть почти во всех известных мирах, — покачал я головой. — вот только есть еще одно «но», когда эльф погибает он возрождается в Чертогах Мандоса. А что происходит с людьми? Думаешь они умираю окончательно?

— Я не знаю, — как-то потерянно произнесла девушка. — ты хочешь сказать, что они уходят в другие миры?

— Из тех книг, которые я читал, души смертных, в том числе и эльфов из других миров, после смерти уходят на перерождение, — эти сведения я получил из книги по некромантии. — душа есть у каждого разумного существа, после смерти она скидывает с себя оболочку воспоминаний и перерождается в новом теле, и чаще всего в новом мире.

— Но почему же мы лишены этого? — удивилась Исилиэль. — Почему Эру привязал наши души к этому миру?

— Я не могу знать этого точно, — произнес я. — но вероятно вы и есть этот мир. Вот только вы свой мир отдали людям, ведь вы давно перестали считать Средиземье своим, вы уходите в Валинор, и уже скоро настанет тот день, когда из Серой гавани уйдет последний корабль. Может именно из-за этого Эру открыл доступ к этому миру, потому что в этой версии он больше не ваш?

Моя версия была ничем не хуже любой другой, это не значит, что она верна, но и каких-то противоречий я не находил. Эльфийка на долго замолчала, обдумывая мои слова, и чем дольше она думала, тем больше хмурилась.

— Но ведь