Магия воздушных струн - Марина Клейн

выяснилось, что у молодого Бэрила те же способности, что у его отца, и его отправили в Эрбелу, ко двору короля Дориана. Я надеялась, что мы больше не увидимся, но почему-то он вбил себе в голову, что должен жениться на мне. Мой отец, разумеется, не отказал. Зато отказала я. Лорд Бэрил лично приехал разбираться, да и отец помог. Я пыталась сбежать – казалось, мне было лучше умереть где-нибудь на дороге, чем стать женой молодого Бэрила. Но я была очень слаба, они легко меня догнали и заперли, как в сказке, в самой высокой башне, а сами уехали на охоту.

Кристина остановилась, залпом осушила свой кубок и перевела дух.

– Дальше история повеселее. Пока они отсутствовали, приехал Йоран. И конечно, удивился, никого не застав. Прислуга ему нашептала, что произошло, и он почему-то захотел меня увидеть. Ох и жалкое открылось ему зрелище, можешь мне поверить. Я, вся избитая, буквально бросилась ему в ноги. Сказала, что пойду за ним куда угодно, буду последней служанкой в его доме, лишь бы он забрал меня. Если не хотите, говорила я, можете оставить меня где-нибудь в лесу или на дороге, только бы выбраться отсюда. Надо сказать, тогда я его совсем не знала… Мы виделись всего пару раз на семейных сборах. А слухи о нем ходили зловещие… Но мне все казалось лучше, чем лорд Бэрил. Как ты уже, наверное, поняла, Йоран согласился и увез меня сюда. Отец и лорд попытались вернуть меня, но попробуйте пройти через этот барьер! – Кристина довольно рассмеялась. – Они пожаловались королю, но Йоран дал понять, что отпустит меня только тогда, когда я сама этого захочу. Тут даже был королевский поверенный – проверял, как мне живется. А живется хорошо. Йоран сказал, я могу делать что угодно, но хозяйничать тут некому было, так что он попросил меня этим заняться. И мне это нравится больше, чем бестолковые светские приемы. Хотя слухи, конечно, пошли отвратительные. Лорд Бэрил постарался, я думаю.

– Вот оно как… Какая страшная история. – Эни подняла на нее глаза. – Получается, лорд Йоран – хороший человек.

– Безусловно! – воскликнула Кристина.

– Но ты сказала, о нем ходили зловещие слухи.

– Да, ходили, – сказала Кристина и замолчала.

– Расскажи мне.

– А стоит?..

Эни с минуту думала над ответом. Если рассказ откроет нечто непостижимо ужасное, сможет ли она оставаться здесь? Но у нее не было другого выхода: в замок – единственное место, где она чувствовала себя в безопасности, – путь был заказан. Эни покрепче сжала кубок. Эта мысль разъедала душу. На самом деле ей больше не хотелось в замок. Его безопасность оказалась иллюзией, и в этом она была согласна с лордом Йораном. Как можно говорить о безопасности, если там ее ни за что ни про что лишили свободы?

Кроме того, раз она теперь будет здесь, рано или поздно слухи все равно просочатся к ней. Лучше узнать все и решить, как жить дальше, чем существовать среди недомолвок.

– Да, стоит.

Кристина посмотрела на нее пронзительным, но – Эни готова была поклясться – одобряющим взглядом.

– Ну хорошо. – Она расправила юбку платья. – Поговаривали, что он очень сурово обращался со своими подданными. Я слышала это и от отца, и от его гостей, еще до… своего отъезда. А когда я приехала сюда, прислуга и жители деревни были порядком напуганы. В лесу появились какие-то люди, вроде бы мятежники. Говорят, лорд Йоран обошелся с ними жестоко. Крайне жестоко. Эти события назвали резней.

Эни вспомнила, как мрачно блеснули глаза Йорана, когда он сказал о том, что мятежники попытались ворваться в Предгорье и пожалели об этом. Внешне ее лицо не дрогнуло, но внутри все похолодело от ужаса: неужели это правда?

– Тут не больно сочувствуют мятежникам, – продолжила Кристина. – Короля Дориана, хоть он и далеко, все любят. Но и жители деревни, и солдаты Йорана… даже им это не понравилось. И Йоран наказал их за попытки воззвать к милосердию. Некоторые его солдаты с трудом оправились после этого.

«Эрнальд, – поняла Эни. – Наверняка Гильем имел в виду это, когда говорил о том, что Йоран с ним сделал».

– Но знаешь, Эни, я своими глазами видела, как Йоран выхаживает своих солдат. Ты сама видишь, как он ведет себя с Юстом, – как старший брат, честное слово. А ведь он – всего лишь подобранный им мальчишка. И мне Йоран помог. Сейчас он стал совсем другим. Жители деревни даже шепчутся, что он сошел с ума, но это – тс-с, строго по секрету.

Кристина разлила по кубкам остатки напитка и с беззаботным видом пригубила свою порцию. Ее явно не волновали жуткие вещи, о которых она только что рассказала.

Эни не знала, что и думать. Йоран для лорда действительно вел себя чрезвычайно мягко по отношению к своим подчиненным. Может, и правда сошел с ума? Это объяснило бы желание взять в жены служанку, подумала она, впрочем, несерьезно. Йоран, определенно, отдавал себе отчет в своих действиях.

– Если так, – сказала Эни, – почему он мог измениться?

– Кто знает? – Кристина пожала плечами. – Говорить с ним об этом точно не стоит. Он добр с нами, и спасибо. Незачем ворошить прошлое. – Она помолчала и, не выдержав, тихо сказала: – Насколько я поняла по разговорам, это произошло после той резни. Может, ужас произошедшего заставил его все переосмыслить.

Кристина осушила свой кубок и хлопнула в ладоши.

– Ну ладно. Йоран сказал, ты хочешь научиться читать и писать? Можем заняться этим прямо сейчас, если ты не желаешь еще отдохнуть.

– Я, кажется, отдохнула на неделю вперед, – призналась Эни. Ей еще никогда не приходилось так праздно проводить время.

– Тогда за дело!

Они перешли в небольшую библиотеку на втором этаже. Ее стеллажи были забиты книгами и свитками, многие из которых потемнели от времени. Однако, судя по всему, сюда заглядывали частенько: вокруг не было никакой пыли; на столе, стоящем посреди комнаты, лежали письменные принадлежности, несколько книг и пара листков, изрисованных изящными витиеватыми значками.

– Неужели это буквы? – пробормотала Эни, случайно заметив их. Ей казалось, чтобы изобразить такое, нужно родиться художником.

– Ах это. Нет. То есть да, но это не наш язык.

Эни посетило странное ощущение – хотя она очень сомневалась в своих способностях, ей стало немного жаль, что не придется учить такие буквы. Вдобавок в этих плавных линиях ей почудилось нечто смутно знакомое.

От попыток ухватить зыбкое воспоминание ее отвлекла Кристина. Они сели за стол, и она для начала показала ей несколько букв. Эни запомнила их очень быстро