Ник Харрис - Конан и ритуал Луны

— Я… это какой-то другой лабиринт… гномы таких не строили. Но мы найдем выход… немного отдохнем и найдем…

— Некогда отдыхать! — Конан рывком поставил Хепата на ноги. — Скоро мы окажемся в полной темноте, а это смерть! Вперед!

Гном побрел вдоль стены, шатаясь от усталости.

«Все пропало, — думал он, — конец. Как он, гном, подземный житель, мог заблудиться?! Как мог он не распознать чужой лабиринт?! Это работа не гномов. Кто же тогда строил эту чудовищную ловушку?»

Страшная догадка сверкнула в усталом мозгу Хепата. Что если он ошибся с самого начала?! Что если башня построена на других развалинах? Может быть, на этом месте никогда и не стоял храм Вармина? И тут нет никакого входа в древнее царство его исчезнувшего клана?

От отчаяния гном застонал, и тут же мигнул и погас последний факел.

— Будь проклято это подземелье! — воскликнул Конан. — Будь прокляты твои сундуки с драгоценными камнями, гном!

— Прости меня, Конан, — всхлипнул Хепат. — Прости… мы теперь тут погибнем… — Он почувствовал, как что-то мягкое ткнулось в руку.

Кот! Он не бросил нас. Хороший, добрый котик. Он пришел нас подбодрить… Но где же он был? Он ведь не шел с нами… Хотя, какая разница?.. Шел позади…

— Иди, котик, — прошептал гном, — не стоит тебе погибать с нами…

— Что ты бормочешь?! — грянул из темноты голос Конана.

— Кот… к нам вернулся черный кот…

— Держи его! Не отпускай! — Конан стал торопливо искать в сумке веревку.

Через несколько мгновений привязанный кот, обиженно мяукая, повел друзей к выходу из лабиринта. Последняя надежда! Возможно, кот, своим звериным чутьем найдет выход. Последняя, слабая надежда в кромешной тьме…

Кот натягивал веревку, как хорошая собака. Конан едва поспевал, выставив вперед свободную руку, а Хепат, вцепившись в пояс друга, передвигался бегом.

Однако скоро веревка ослабла. Кот остановился. Друзья терпеливо ждали.

— Ты не боишься смерти, Конан? — прошептал Хепат

— Как тебе сказать… Смерть всегда рядом. Я просто привык.

Внезапно кот довольно заурчал.

— Похоже, поймал мышь, — пробормотал гном.

В темноте раздавался хруст костей и громкое чавканье.

— Не решит ли он тут поселиться? Вода есть, мыши тоже… Что еще надо коту? — Конан усмехнулся. — А мы тут долго не протянем. Мы мышей ловить не умеем…

Пообедав, кот решил передохнуть и, запрыгнув Конану на плечо, распластался, как воротник. Киммериец услышал довольное, сытое мурлыканье.

— Придется ждать.

— А он поспит, проголодается и опять пойдет ловить мышей… — с досадой произнес гном.

— Я положился на тебя, — жестко сказал Конан, — и ты завел меня сюда! Теперь я буду полагаться на кота.

Вскоре он услышал всхлипывания — Хепат плакал.

— Прости меня, Конан… я…

— Ладно, старина! Кот не останется жить в лабиринте. Тут даже ему будет неуютно. Я уверен, он нас выведет.

— Я отдам ему свою долю мяса, — Хепат гладил, растянувшегося на столе довольного кота, — я, гном, заблудился, а он нас вывел!

Конан усмехнулся.

— Теперь самое разумное будет нести его в сумке на случай…

— На какой… случай?.. — удивился гном

— На случай, если мы вновь заблудимся. Я не привык отступать. На сей раз, пойдем горизонтальным тоннелем.

Хепат смотрел на спутника, раскрыв рот. После всего… после стольких блужданий, отчаяния в полной темноте… Он готов опять рискнуть?! Только тут гном в полной мере осознал духовную мощь своего спутника. И не сокровища его влекут… Во всяком случае, не только сокровища. Сундуки, набитые золотом — это просто приз, конечная точка… У него ведь закопан где-то горшок с алмазами — деньги для него не главное… А что? Гном осторожно глянул в синие глаза гиганта.

— Конан… почему?..

— Почему я не отступлюсь?

— Да… что заставляет тебя… после всего…

— Видишь ли, старина, — Конан выпил воды из меха и поморщился, — мне приходилось отступать, но только тогда, когда иного выхода не было. Мы должны пройти по тоннелям!

— Конан… я недавно подумал… Я мог ошибиться — возможно, эта башня построена на других развалинах, и тут нет выхода в царство Вармина…

— Пойдем завтра, — коротко сказал Конан и, заметив страх в глазах друга, добавил: — Я нагружу тебя двумя десятками факелов! У колдуна наверху есть запас…

Тоннель, постепенно понижаясь, уходил в темноту. Тяжело нависали мокрые каменные своды. Шаги рождали отдаленное эхо, и казалось, что кто-то идет следом.

Несколько раз друзья останавливались и прислушивались. Нет, никого, только вязкая, звенящая тишина.

— Или преследователи так же быстро останавливаются, или это только эхо… — Конан топнул ногой. Звук затих, задавленный нависающей над ними толщей земли. Эхо было, но очень слабое.

— Внизу мы вообще не слышали никакого эха, — прошептал Хепат.

— Внизу мы сразу вступили в лабиринт, там сплошные повороты… А тут — прямой каменный коридор.

Гном погладил кота, голова которого высовывалась из сумки, висевшей на плече Конана, и ничего не ответил. Затем, привычно закинув за спину вязанку факелов, двинулся вперед, держа в свободной руке очередной — третий по счету — горящий просмоленный стержень.

И вновь позади послышались шаги. Конан все больше хмурился. Может ли эхо раздаваться только сзади? И может ли оно быть таким… многоголосым? Идут они вдвоем, а преследуют их, кажется, не менее десятка человек… И сколько может тянуться этот тоннель?! Прямой, как стрела, наклонно вонзившаяся в землю… ни одного поворота… Этот ход ведет к определенной цели. Никаких лабиринтов. Подвело чутье нашего великого гнома — потомка славного Вармина… Нужно проверить, что там, или кто там, позади… Возможность только одна — остаться и подождать!

— Хепат, — начал Конан и тут же подумал, какой страх испытает гном, оставшись один. Но что делать?.. — Слушай, друг мой, ты иди вперед с факелом, а я останусь тут и проверю. Если все будет хорошо — я тебя сразу догоню.

Факел задрожал в руке гнома. Переведя дыхание, он хрипло сказал:

— Что ж, тебе виднее… Долго не задерживайся… И еще — отдай мне сумку, она будет мешать…

Похоже, гном был уверен, что его товарищу предстоит нешуточная схватка.

Прижавшись к холодному камню, Конан смотрел, как исчезает вдали огонек факела, казавшийся таким крохотным в этом бесконечном мрачном тоннеле. Ясно слышались удаляющиеся шаги.

И тут же из темноты донесся другой звук — нет, это не эхо! Кто-то шел по их следам. Огонек факела превратился в тусклую звездочку, а скоро и вовсе исчез. Темнота наполнилась звуками. Мерно капала вода, шуршали мыши. Что они тут едят? Может, у них есть выходы наружу? Этакие длинные норки — длинные, как это проклятый тоннель… И они выходят, видят солнце, греются… А ночью над ними — не холодный, сырой свод, а ласковые, мохнатые звезды.