Алла Вологжанина - На тропе Луны

Ознакомительный фрагмент

Конечно же, справится. Чтобы потом на вопрос, чего же ему теперь хочется, снова потребовать: «Верни Киру». Да. Сразу после «Расскажи про маму».

Арноха молча кивнул.

– Арнольд Ромуальдович, позвольте, – раздался вдруг негромкий голос из самого дальнего кресла.

Резанов-старший развернулся всем корпусом к говорившему:

– Да, Дирке?

Из кресла поднялся совсем молодой сутуловатый парень. В костюме ему явно было неудобно, передвигался он прихрамывая и вообще казался чужим в компании лощеных папочкиных «соклубников». Но эти самые соклубники тут же притихли, а кое-кто даже подался назад. Парня со странным именем Дирке тут явно знали и не на шутку опасались. Он на секунду задержал взгляд на Арно, и тот поежился – в глазах Дирке горел темный огонь.

– Если мальчик появится в маленьком городе один, то он точно привлечет ненужное внимание, – отрывисто проговорил Дирке.

Надо же, «мальчик», будто сам он больно взрослый…

– Если позволите, я возьмусь его сопровождать, – продолжал Дирке. – Назовите меня как хотите – старшим братом, охранником, гувернером. Мне важно быть в Городе луны, когда детеныш окажется в ваших руках… Для меня это единственный шанс. В Трилунье меня считают предателем и преступником. Мне надо, чтобы меня хотя бы выслушали, не убили сразу.

Арно даже нехорошо стало, такое отчаяние звучало в голосе Дирке. Что он, интересно, мог натворить? С виду – школу закончил, если не вчера, то позавчера.

Резанов посмотрел на парня, склонив голову набок.

– Вы обещали, председатель, – с нажимом проговорил тот снова.

Резанов криво усмехнулся:

– Хорошо, пару недель я обойдусь без своего ассистента. Но имей в виду ни Арнольд, ни ты не предпримете ничего до моего приезда. И надо ли предупреждать, что за сохранность моего сына ты отвечаешь своей головой? И держишь язык за… зубами.

Дирке вздернул подбородок.

– Я не давал вам повода усомниться в моей лояльности, председатель. И впредь не дам.

– Продолжай в том же духе. – Резанов-старший снова обернулся к сыну: – Арнольд, надо подготовиться к твоему отъезду.

Нехороший червячок подозрительности снова шевельнулся в Арнохе и куснул куда-то в область мозга. Как-то очень гладко все идет. Ощущение такое, что у папы в рукавах заранее припрятаны по три решения каждой задачи. Похоже, он запланировал отъезд сына еще до того, как созвал свой «Охотничий клуб» на совещание в «Темную ночь».

– Значит, так… Зафиксируйте кто-нибудь запись драки Арнольда с моего видеорегистратора в Сети с комментариями, что сынок магната Резанова совсем от рук отбился. На папиной машине без прав гоняет, в драки на улицах лезет.

– Пап, ты что???

Резанов жестом велел сыну замолчать.

– Дам пару интервью. Сообщу, что отправляю тебя в глушь, в обычную школу, учиться уму-разуму под жесткий присмотр своего ассистента из Швейцарии Дирке Эрремара. Соберешь вещи, получишь у Дирке фотографии волчонка. Поучишься понемногу во всех школах этого городишки. Найдешь детеныша – вернешься домой, тогда и про Киру твоего поговорим. Слышал? Выполнять.

Глава 7

На свалке

Карина пинком отбросила очередной пакет с мусором и чуть не задохнулась от запаха тухлых овощей. Да уж, копаться в помойке с обострившимся за последнюю пару дней обонянием было крайне омерзительно. Да еще и холодно не на шутку.

Балансировать на краю контейнера, не наступая на мусор, было нелегко. Одна радость – почуяв волка, крысы разбежались кто куда.

Так, а что там у нас слева? Карина шагнула в сторону, где на каких-то обломках лежал синий пластиковый пакет. Под ногой предательски хрустнуло, она не удержала равновесие и рухнула прямо в холодную скользкую пакость, до половины – оказывается, до половины! – заполнившую контейнер. Вот где воняло по-настоящему!

Карина, не удержавшись, заревела от отвращения и, что греха таить, обиды на такую вселенскую несправедливость. А как хорошо начинался день…

Три дня – полнолуние – и пару дней подстраховки ни ее, ни Митьку в школу не пускали. Взрослые посовещались и решили, что пусть лучше дома сидят, чем вдруг не удержатся и превратятся в волков на глазах у одноклассников. Что касается Митьки, тут и правда всякое могло произойти. А вот Карина – спасибо тетушкиному воспитанию – прекрасно держала себя в руках, хотя и чувствовала себя еще более несуразной и несчастной, чем обычно.

Сегодня Лариса ушла чуть ли не на час раньше – к группе учеников надо было успеть до их рабочего дня. Это значило, что Карина могла вытащить трофейную лапу из морозилки – какое счастье, что тетка не признает заморозку и не покупает мясо про запас! – и заняться ее изучением. В огромной, мерзко посиневшей лапище с черными когтями было что-то донельзя знакомое. И в расположении пальцев, и в серой жесткой шерсти… Как будто взяли человеческую руку и волчью лапу, смешали, но не взбалтывали. Ни фига себе, вот это идея!

Карина бросилась наверх в свою комнату, где оставила телефон и, к счастью, не выключила комп. Даже под ее цыплячьим весом старая деревянная лестница заскрипела и застонала, обещая, что еще час такой жизни, и она развалится.

Митька ответил на ее звонок на первом же гудке.

– Митька!!! – заорала она, забыв даже поздороваться. – Помнишь, я на камеру снимала, когда ты превращался, ну?

– Э-э-э… да, а что? – ответил Митька.

– Перешли мне запись, быстро только.

– Ты там чего, от безделья совсем взбесилась? Что случилось?

– До меня, по ходу, дошло, что это за лапа такая, ну, которую Марк откусил. Она от какого-то волка не волка, а чего-то промежуточного между волком и человеком. Перешли мне запись, а? И сам давай двигай сюда.

– Да я встал только что, в школу собираюсь. Во, файл нашел. Лови.

Комп тихонько тренькнул, принимая пересылку.

На самом замедленном воспроизведении Карина увидела, как Митька уходит в переворот и начинает превращаться, как по телу словно волна пробегает – вытягиваются ноги, горбится спина, стремительно вырастает шерсть… Вот оно! Она нажала на паузу и всмотрелась в картинку – руки Митьки были точь-в-точь, как лежащая на столе конечность. Только шерсть на них была белая. Ну, с шерстью понятно. Митька родился в Вильнюсе. Все их легенды были связаны с «железными» волками, то есть белой масти.

Мужик из архива – ни то ни другое… В смысле шерсть-то у него серая, а сам он – ни волк, ни человек. От волнения Карина превратилась в волчонка и закружилась по комнате, сшибая стулья. Гонка за хвостом – не просто игра, это такой способ привести мозги в порядок.

Любой живой (и не только живой!) организм состоит из клеток. У живого организма они способны меняться, если изменяется окружающая среда, – отсюда всякий бред про мутантов. Но что, если это не совсем бред?.. Что, если они, Карина и Митька, превращаясь, запускают что-то похожее на мутацию? Дают команду своим клеткам замениться на другие?