Гений Медицины. Том 4 - Игорь Алмазов

Возможно, ему наконец-то дадут новый титул. Филимонов уже давно хотел стать графом.

— Господин, можно к вам? — от размышлений его отвлёк гвардеец. — Это важно!

— Что ещё? — недовольно вздохнул тот.

Весь завтрак портит!

— Свежая статья, про ваш бал-маскарад, — гвардеец указал на газету — тот же выпуск, что читал сейчас Филимонов. — Я узнал того молодого человека!

— Какого? — начал терять терпение барон.

— Который помог барону Жукову! — ответил Гвардеец. — Я узнал его по фотографии, это точно был вот этот молодой человек!

А вот это уже интересно. Тайну с исчезновением барона Жукова до сих пор не удалось раскрыть. В той комнате, куда гвардейцы отнесли Михаила Игнатьевича, нашлась только лужа рвоты.

Из чего Филимонов сделал вывод, что этот молодой человек как-то умудрился спасти жизнь Жукову.

Сам барон после этого не объявлялся, никто из гвардейцев или слуг не видел, куда он делся. Как сквозь землю провалился! Как такое возможно в доме, напичканном камерами и охраной⁈

Филимонов даже опасался, что Жуков до сих пор в его особняке прячется. И заставил остальных гвардейцев тщательно проверить каждую комнату.

Он схватил газету, и принялся искать, как зовут молодого человека на фотографии. Но имени нигде не нашёл.

— «Врач из лучшей клиники», — прочитал он. — Нужно срочно узнать его имя!

— Как именно, господин? — спросил гвардеец.

— Не твоя забота, — отрезал Филимонов. — Можешь идти.

Он встретиться с приглашённым корреспондентом, Летовым. Тот должен узнать загадочного врача, раз вставил в статью его фотографию.

А значит, должен знать и его имя. А тот уже подскажет, где Жуков.

* * *

Обстановка в ординаторской была довольно нервной. Я и не думал, что Зубов будет так переживать перед началом конкурса.

Он разогнал всех по рабочим местам, приказав по первому же слову вновь собраться в ординаторской. Сам даже на утренний обход не пошёл.

Я обошёл свои палаты, проверил пациентов, и вернулся в ординаторскую. Через пару минут прибежал перепуганный Никита.

— Костя, Маргарите плохо! — испуганно воскликнул он. — Мне только что позвонили с приёмного, её привезли на скорой, без сознания!

Вот чёрт! Это очень плохие новости. С её диагнозом любое ухудшение самочувствия смертельно опасно. Иммунитет ведь не работает.

— Комиссия приехала! — вбежал в ординаторскую и Зубов. — Пора начинать!

Час от часу не легче. Комиссия и конкурс или здоровье Маргариты? Я должен решить прямо сейчас.

Глава 8

Так, передо мной встал не самый простой выбор. С одной стороны Маргарита Фетисова, которую я считал своей пациенткой.

С непонятно откуда взявшимся ухудшением состояния. Понятно, ВИЧ-инфекция — это опасное заболевание, но её состояние было стабильно. Она начала принимать антиретровирусную терапию, прошла полное обследование… Всё было в полном порядке.

А с другой стороны — комиссия для конкурса. Где я обещал Зубову помочь с показательным выступлением. И для него это очень важно.

— Тебе сказали, что с Маргаритой? — быстро спросил я у Никиты.

— Она сама вызвала скорую, сказала, что сильно кружится голова, — ответил тот. — А уже когда приехала скорая — потеряла сознание. Сейчас она в приёмном отделении.

Так, это не звучит как опасное для жизни состояние. Время у меня есть.

Я решил сначала разобраться с первым этапом конкурса, а уже затем полностью отдать всё внимание Маргарите.

— Ты пока определи её в ВИП-палату, — распорядился я. — Подключи капельницу с физраствором, проверь диагностическим аспектом. А я скоро подойду.

— Константин, но если комиссия узнает, что такая пациентка у нас, будут проблемы, — возразил Зубов.

— Не узнает, — не дал ему договорить я. — Комиссия будет занята просмотром одного показательного момента, а не обходить всё отделение.

— Под вашу ответственность, птенец!

— Само собой, — согласился я.

Никита кивнул, и побежал в приёмное отделение. А мы с Михаилом Анатольевичем отправились встречать комиссию.

Комиссия состояла из троих: двое мужчин в костюмах и один в белом халате — очевидно, врач. Явились они в сопровождении Николая Андреевича, главного врача, а также Семёна Михайловича. Один из комиссии сразу же подошёл к нам.

— Доброе утро. Меня зовут Черенков Максим Игоревич, я представитель из министерства здравоохранения, и главный в комиссии по конкурсу, — представился он. — Это мои помощники, Егор Александрович и Степан Борисович.

— Михаил Анатольевич Зубов, заведующий отделением, — кивнул наставник. — Это мой интерн, Боткин Константин Алексеевич. Он будет показывать вам нашу показательную процедуру.

— Да, ваш главврач уже сообщил об этом, — кивнул Максим Игоревич. — И про Константина Алексеевича мы наслышаны. Читали вашу статью про возможности лекарской магии. Очень впечатляет.

Я обратил внимание, как недовольно скривилось лицо у Кобылина. Видимо, ему-то никто не сообщил, что представлять пациента буду я.

А ещё создавалось впечатление, что он снова что-то задумал. Не мог же он смириться с неудачной идеей о калибровке, и просто позволить идти первому этапу конкурса без перебоев?

— Тогда не будем терять времени, сразу же перейдём к первому этапу, — кивнул Черенков. — У вас заявлена первичная диагностика терапевтического заболевания. Пациент, насколько мне сообщили, поступил в отделение сегодня утром.

— Всё так, — я перехватил инициативу. — Захаров Владимир Петрович. Пройдёмте в нужную палату.

Мне предстояло опросить пациента, выставить предварительный диагноз и назначить анализы. Затем комиссия пройдёт весь путь — от назначения анализов до конечных результатов. Оценит работу оборудования, порядок взятия крови. И наконец, полученные результаты.

Предварительный диагноз подтвердится или опровергнется, врач из комиссии проверит это своей магией, и первый этап конкурса будет окончен.

Мы с Зубовым повели комиссию к нужной палате, но меня резко отвлекла телепатическая мысль Клочка.

«Хозяин, это срочно! Пациентка Евгения, которая маг воды! Надо к ней, сейчас же!» — взволнованно передал он.

Плохо дело. Крыс прекрасно знает, что я сейчас занят с комиссией. Если он всё равно решил передать мне мысленный сигнал — значит, случилось что-то плохое.

Тем более что он ради этого должен был отыскать меня и приблизиться ко мне. На большие расстояния мы мысли пока что не передаём.

«Ты уверен?» — спросил я.

«Клянусь, хозяин! Поспеши!» — заверил крыс.

Придётся немного изменить план действий. Я взял телефон, сделал вид, что ответил на звонок, и сказал несколько фраз. Затем поспешил догнать Зубова.

— Мне надо отойти. Вернусь через десять минут, — шёпотом заявил я. — Сейчас подыграйте мне.

— Какого… — договорить Михаил Анатольевич не успел, я уже развернулся к комиссии.

— Господа, мне нужно ненадолго вас покинуть, — заявил я. — Только что мне позвонила медсестра, сказала, что одной пациентке плохо. Так как эту пациентку веду я, мне нужно лично проконтролировать этот момент.

Иронично, что почти и не соврал. Одной пациентке, которую