Джулиан Мэй - Многоцветная Земля

По зрелом размышлении, мадам Гудериан выдвинула еще одно условие, которому должны были удовлетворять женщины, вознамерившиеся отправиться в плиоцен.

– Attendez note 3, – со своей неподражаемой прямотой заявляла мадам Гудериан посетительницам, – какая участь неизбежно уготована женщине в той давней эпохе. Ее предназначение состоит в том, чтобы вынашивать и рожать одного ребенка за другим до тех пор, пока тело не износится. Все свое время женщина должна ублажать своего повелителя и исполнять все его прихоти. Мы, современные женщины, полностью овладели функциями нашего тела и обрели способность управлять ими по своему усмотрению. Мы в состоянии защитить себя от любого насилия, в чем бы оно ни проявлялось. Но что стало бы с вашими дочерьми, которые могли бы родиться у вас в ту древнюю эпоху? Ведь вы не располагаете технологией, которая позволила бы вам передать им свою свободу в регулировании репродуктивной функции. А как только возникают древние схемы биологического функционирования, возвращается и древнее рабское мышление. Когда ваши дочери достигнут зрелости, их, несомненно, ждет рабство. Неужели вы хотите, чтобы вашему любимому ребенку была уготована такая судьба?

Не обошлось и без парадокса.

На протяжении многих недель после отбытия Карла Йозефа Рихтера мадам Гудериан была серьезно обеспокоена мыслью о том, что те, кто отправляется в прошлое, могут основательно подорвать стабильность современного мира, ибо прошлое сказывается на настоящем. Но потом мадам Гудериан успокоила себя мыслью о том, что такой парадокс не может возникнуть, так как прошлое уже оставило свой отпечаток в настоящем, а все вместе, и прошлое и будущее, находится в добрых руках Господа Бога.

Но и на волю случая полагаться не следует.

Люди, даже прошедшие курс омоложения высокообразованные люди Галактического века всеобщего согласия, не смогут оказать сколько-нибудь значительного влияния на плиоцен или любой другой более поздний период, если они будут лишены способности к самовоспроизведению. И с учетом тех социальных преимуществ, которыми пользовались женщины, намеревавшиеся отправиться в плиоцен, мадам Гудериан приняла твердое решение требовать от всех дам, желающих совершить путешествие во времени, отказа от материнства.

Тем же, кто пытался протестовать, мадам Гудериан заявляла:

– Никто не спорит с тем, что, отказываясь от материнства, вы жертвуете частью своей женской натуры. Разве я не понимаю этого? Ведь мне выпала горькая участь матери, похоронившей двух своих детей. Но вы не можете отрицать очевидного: мир, в который вы намереваетесь отправиться, сильно отличается от того мира, в котором мы живем здесь и сейчас. Вы попадете в незнакомый мир, к которому совершенно не приспособлены, своего рода суррогат смерти, где нет места нормальному человеческому существованию. Раз вы настаиваете на том, чтобы отправиться в Изгнание, то за последствия придется отвечать вам и только вам. Если же у вас не иссякли жизненные силы, то вам лучше бы остаться здесь. Только тем, кто полностью разочаровался в нашем современном мире, следует искать забвенья среди теней прошлого.

Выслушав столь темпераментную речь, сулившую им мрачные перспективы, женщины, выразившие желание отправиться в плиоцен, погружались в глубокую задумчивость и по зрелом размышлении соглашались принять условие мадам Гудериан или навсегда покидали «Приют у врат» с тем, чтобы никогда больше не возвращаться. Число мужчин, желавших отправиться в далекое прошлое, примерно в четыре раза превосходило число женщин, прибывавших в «Приют». Мадам Гудериан это не очень удивляло.

Существование врат времени привлекло внимание местных властей через три года после того, как «Приют у врат» принял первых гостей, в связи с несчастным случаем, происшедшим с одним из тех, кому было отказано. Но искусные адвокаты из Лиона сумели доказать, что заведение мадам Гудериан не нарушает ни местных, ни галактических законов: согласно выданной лицензии, «Приюту» разрешается выполнять функции пансионата, транспортного агентства, психосоциальной консультации и бюро путешествий. Впоследствии местные власти время от времени предпринимали попытки запретить или ограничить деятельность «Приюта», но всегда были вынуждены отступить из-за отсутствия прецедентов и… доходов, поступавших в местную казну от заведения мадам Гудериан.

– Я работаю из сострадания, – заявила однажды мадам Гудериан на одном из очередных расследований. – То, что я делаю, еще каких-нибудь сто лет назад было бы немыслимо, но сейчас, в Галактическом веке, – поистине благословенье Божие. Достаточно хотя бы бегло ознакомиться с досье тех несчастных, чтобы понять, насколько они не вписываются в наш быстро меняющийся современный мир. Такие люди, такие психосоциальные анахронизмы, не приспособленные к тому веку, в котором они родились, существовали всегда. Но до обнаружения врат времени они не могли даже надеяться на то, чтобы как-то изменить свою судьбу.

– Уверены ли вы, мадам, – спросил председатель очередной комиссии, – что врата времени ведут в лучший мир?

– Не знаю, но во всяком случае они ведут в мир более простой и совершенно отличный от нашего, гражданин председатель, – с достоинством ответила мадам Гудериан – И этого, по-видимому, достаточно для моих клиентов.

Записи в книге регистрации постояльцев «Приюта» велись с неизменным тщанием и со временем стали неоценимым сокровищем для статистиков. Выяснилось, например, что большинство тех, кто прошел через врата времени, были люди высокообразованные, интеллигентные, социально неустроенные и обладавшие изысканными эстетическими запросами. Все они были людьми романтического склада. Большинство среди них составляли жители Старого Мира, а не выходцы из поселений на других планетах. Многие путешественники во времени зарабатывали себе на жизнь, занимаясь профессиональной деятельностью в области науки, техники и других сферах, требующих высокой квалификации. Этнический состав выражавших желание отправиться в плиоцен довольно пестрый. Среди них значительное число англосаксов, кельтов, германцев, славян, латиноамериканцев, представителей коренного населения Америки, арабов, турок, народов Центральной Азии и японцев. Коренные жители Африки встречались довольно редко, зато афроамериканцев было предостаточно. Плиоценовый мир манил к себе полинезийцев, но не обладал привлекательностью для китайцев и индодравидов. Среди тех, кто принял решение бежать от настоящего, атеистов больше, чем верующих; но среди самых ревностных сторонников идеи путешествия в прошлое нередко встречались фанатики или консерваторы, разочарованные современными религиозными тенденциями, в особенности официальными актами Галактического Содружества, объявлявшими вне закона и запрещавшими революционный социализм, джихад или любую разновидность теократии. Бежать в прошлое изъявляли желание многие нерелигиозные евреи, но встречались и одиночки-ортодоксы. Среди тех, кто намеревался отправиться в плиоцен, непропорционально большое число составляли мусульмане и католики.