Злейшие пороки - Хлоя Гонг

уже слишком поздно. Антона Макуса она лишилась на арене. И отдала королевству всю себя, когда король Каса пал под ее мечом. Пора уходить, пока еще можно.

– Ваше высочество! – Стук становится настойчивее. – Вашего присутствия просит член Совета Хайлижа. Заседание Совета созвано по делу Жиньцуня, для допроса будет приведена Лэйда Милю.

Калла прикусывает щеку изнутри. Запрокидывает голову, мечет гневные взгляды в потолок, обводит глазами цветочный рисунок.

Твою мать. Твою ж мать.

В три длинных шага Калла проходит через комнату, сбрасывая с плеч и рюкзак, и сумку с Мао-Мао. От неожиданности кот истошно мяукает, и Калла шепотом извиняется перед ним, прежде чем рывком распахнуть дверь.

Женщина, ждущая на пороге, кажется ей знакомой. Есть что-то такое в ее белых волосах и немигающих глазах, тусклый пурпур которых выглядит темнее в коридоре, где нет естественного освещения. Оттенком глаз она напоминает Калле Эно, его остекленевший взгляд после того, как он был убит во время игр у нее на виду, и Калла отгоняет мысли о нем сразу же, едва они являются к ней. И кроме того, пока пожилая служанка отступает, жестом предлагая ей проследовать в коридор и отворачиваясь, у Каллы возникает уверенность, что должна быть еще одна причина, по которой…

– Идемте, ваше высочество.

Пожилая женщина идет вперед. И тут всплывает воспоминание. Это она в числе прочих готовила Каллу к коронации перед тем, как она выступила вперед и возложила корону на голову возлюбленного, которого считала погибшим от ее руки. Тот день прошел для нее как в тумане, она была близка к безумию, но запомнила два произнесенных шепотом слова, одновременно и обвиняющих, и возвеличивающих ее: «Убийца короля».

– Лучше бы прямо сегодня, принцесса Калла. – Женщина останавливается и оглядывается через плечо. – Член Совета настоятельно просила поторопиться.

Если Калла слишком надолго отклонится от намеченного пути, она упустит возможность побега. В отсутствие такого прикрытия, как приход декораторов, служба наблюдения заметит, как она покидает дворец, и стража почти наверняка преградит ей путь.

– Иди гуляй, – шепчет она Мао-Мао. Кот не слушает и укладывается вздремнуть прямо в сумке. Фыркнув, Калла закрывает дверь и следует за служанкой.

– Как тебя зовут? – спрашивает она. – Перед коронацией мне было не до вопросов.

– Джосли. Не желаете внести изменения в свой гардероб, ваше высочество?

Калла медлит с ответом, задумавшись, какое у Джосли полное имя. Мгновение спустя она спохватывается, вспоминает про вопрос и оглядывает себя. Переодеться она собиралась где-нибудь в Сань-Эре. Во время пребывания во дворце она рассудила, что не повредит поинтересоваться содержимым комодов в ее комнатах, и обнаружила там платья с пышными рукавами и отложными воротниками, кучу ткани с завязками вокруг талии. Некоторые из этих вещей она приспособила для себя.

– А тебе не нравится, как я его переделала? – спрашивает Калла, расправляя складки на груди.

– При всем уважении, выглядит это так, будто вы воспользовались теркой для сыра.

– Так и есть.

Вообще-то, это был нож, зато надежный.

Джосли не меняется в лице.

– Может, впредь стоило бы действовать иначе. Сюда, пожалуйста.

Декораторы уже явились во дворец. Пока Калла была в отъезде, остальные королевские советники занимались подготовкой к гала-торжеству и тратами выделенного на него бюджета. Благодаря новым правилам обеспечения безопасности, введенным указом Каллы, они получили возможность нанимать мастеров за пределами дворца и находить гораздо больше декораторов за полцены. Калла смотрит, как целая толпа – со стремянками, валиками для краски и аккуратно сложенными скатертями – вливается во дворец через южное крыло. Она вытягивает шею, пытаясь определить, что это за большие красные ведра, которые вносят в один из залов, но Джосли многозначительно кашляет, привлекая внимание подопечной, и открывает узкую дверь под боковой лестницей. Еще одна лестница ведет вниз, в коридор настолько темный, что Калла видит лишь несколько дюймов выложенного кирпичом пола и смутные тени. Пока они спускаются, она раскидывает руки в стороны и держится за стены, чтобы сохранить равновесие.

В конце темного коридора Джосли поднимается на три ступеньки и толкает дверь, выходящую в очередной коридор. И вдруг останавливается. Калла подбирается, готовясь сорваться с места.

– Я тут затеял перехват, ваше высочество, – произносит мужской голос. – Надеюсь, вы не против.

Она закатывает глаза, ее настороженность рассеивается, стоит ей подняться на три ступеньки и выйти в коридор. Галипэй ждет, скрестив руки на груди; плечи у него настолько широки, что при желании он мог бы намертво закупорить вентиляционный канал.

– Перехват меня? – уточняет Калла. – Я польщена. Придется нам позаботиться, чтобы об этом не услышал Август. Ты же знаешь, какой он ревнивый.

Галипэй хмыкает, но между бровями на миг возникает озабоченная морщинка. Значит, его прислал не король.

– Идем со мной. Благодарю, Джосли.

Служанка кивает. Помахав ей на прощание, Калла идет вслед за Галипэем, нарочно отставая на несколько шагов. Пройдя под зеленой аркой и мимо гигантской статуи кролика, они попадают из одного атриума в другой. Калла старательно запоминает количество поворотов, сделанных ими в бесконечных коридорах. Если Галипэй ведет ее куда-то с намерением избавиться, она пересчитает ему ребра.

– Мы все еще направляемся на заседание Совета, – сообщает Галипэй, не оглядываясь и будто подслушав ее мысли, – так что нападения можешь не ждать.

– От тебя? Нападения? Неслыханно. – Нехотя признав, что подозревать спутника нет оснований, Калла торопливо догоняет его и продолжает идти рядом. – Почему мы идем этим путем?

– Лэйду уже привели из камеры. Я хочу, чтобы ты вошла через дальнюю дверь вместе со мной.

– Венера Хайлижа желает, чтобы я внесла свой вклад в заседание.

– Если тебе найдется что сказать, ты сможешь сделать это в любом случае. Высиживать за столом тебе незачем.

У Галипэя мало причин ненавидеть ее, но и для доверия к ней их точно нет. По крайней мере, таких, чтобы лично привести ее ради компании, хоть ему, скорее всего, одиноко в последнее время, когда Антон препятствует его разговорам с Августом.

– Чем это продиктовано? – спрашивает она. – Я заменяю кого-то из Вэйсаньна?

Галипэй молчит. Кажется, ее догадка верна.

– Сегодня вечером стену сносят, чтобы заново отстроить дальше на территории Эйги, – выдает информацию он.

Стайка придворных проходит мимо них по коридору в противоположном направлении. Одна из женщин в голубом машет Калле, но та ее не узнает. Хотя все равно машет в ответ.

– А-а. Так я нужна тебе в качестве живой силы.

– Я совершенно ясно дал Совету понять, что выводить Лэйду из камеры не следует. – Галипэй понижает голос. – Мы не просто так поместили ее в самую надежную из камер дворцовой темницы. Она опасна.

Камера Лэйды и