Всадник на бледном коне (СИ) - Горъ Василий

Я флегматично пожал плечами:

— Как говорят французы, «Ç’est la vie». И в ней обязательно будут другие уикенды. Вполне возможно, еще более насыщенные и интересные.

— В следующий раз постарайтесь прилететь хотя бы на пару недель, ладно? — неожиданно попросил он. — За это время вы успеете пройти курсы управления яхтой, сдать экзамены, получить лицензию, оценить мой подарок по достоинству и… поможете нам решиться пройти программу AFF.

— Насколько я помню, научиться прыгать на «крыле» собиралась только Линда.

— С тех пор в ряды желающих влились Филипп, Уильям, Трэвис и моя Лиззи.

— Дальше можно не объяснять… — понимающе кивнул я и дал ожидаемый ответ: — Мы постараемся. А вы найдите рядом с домом дропзону, на которой есть аэродинамическая труба, и научитесь ложиться на поток — поверь на слово, без этого навыка прыгать с «крыльями» не вариант.

— Труба есть здесь, в Хоумстеде… — задумчиво пробормотал он. — Я видел ее на сайте этой дропзоны. Впрочем, если надо, то найду и рядом с Детройтом.

— Надо! — твердо сказал я и подсластил пилюлю: — Кстати, тренировки в трубе доставят вам море удовольствия.

— Хоть это радует… — снова вздохнул он и попробовал переключиться на другую тему: — Знаешь, на прошлой неделе я разговаривал со своим тренером по бодибилдингу о рельефе мышц. Точнее, показал ему твою фотографию и попросил помочь добиться такого же результата, а он заявил, что вы, бойцы ММА, сгоняете вес только перед боями, а в межсезонье набираете десять-пятнадцать килограммов лишнего веса!

— Он прав… — подтвердил я. — Абсолютное большинство нещадно гоняет вес, чтобы сначала влезть в весовую категорию пониже, а после официального взвешивания быстренько наесть обычную форму и получить преимущество в массе.

Эллисон непонимающе нахмурился:

— Ты в межсезонье был таким же сухим и жилистым, как сейчас!

— При моем росте и мышечном корсете согнать вес до девяносто трех килограммов без потери боевой формы абсолютно нереально… — усмехнулся я. — Кроме того, я предпочитаю побеждать за счет техники и скорости, поэтому тренируюсь по два раза в день. А при таком драконовском отношении к своему организму подкожный жир просто не появляется.

— В общем, мне надо меньше жрать и больше тренироваться? — грустно хохотнул он, дождался утвердительного ответа и вспомнил о том, что вроде как показывает нам город: — Прямо по курсу, в пяти километрах от острова Ки-Бискейн, на глубине четырнадцати метров находится «Neptune Memorial Reef», подводное кладбище, созданное на искусственном рифе дайвером Гэри Левином. Правда, погружаться в этом месте могут только сертифицированные дайверы, а все остальные вынуждены отдавать дань памяти усопшим с лодок, но там красиво — среди надгробий, скульптур, дорожек и скамеек обитают барракуды, рыбы-попугаи, рыбы-дикобразы и другая морская живность. Правда, мы до него не дойдем — повернем к Фишер Айленду, покажем наши дома, затем дадим полюбоваться островом звезд, парком на Джангл Айленд, в котором представлено больше трех тысяч животных, птиц и растений, местным Даунтауном и познакомим с прибрежными районами Майами. Чтобы вы привязались к местности и научились на ней ориентироваться.

— Спасибо, это будет очень кстати! — поблагодарил я, проследил взглядом за двумя гидроциклами, на бешеной скорости промчавшимися мимо нашей яхты, и вдруг поймал себя на мысли, что страшно не хочу возвращаться в Москву. К тренировкам на износ, к Вяземскому с его неуемной жаждой денег, к подковерным играм Кононова и Еремеева, в которые нас затянуло, и к письмам с описаниями запредельной грязи обычной жизни в российской глубинке, то и дело прилетающим в блог Таньки.

«Я должен Анатолию Евгеньевичу всего пять боев!» — напомнил себе я и постарался не думать о том, что генерал наверняка считает иначе. Увы, без особого толку, поэтому принялся крутить в голове те варианты соскочить, которые казались более-менее реальными. А когда почувствовал, что вот-вот испорчу настроение и себе, и всей компании, объявил мораторий на любые «левые» мысли сроком на пять суток: — «Пока мы на отдыхе, будем отдыхать так, как будто живем последний день…»

— О чем задумался? — очень вовремя поинтересовался Ларри.

Я сфокусировал взгляд на высотках южной оконечности Майами-Бич, полюбовался разноцветными огнями и придумал подходящий ответ:

— Да я где-то читал, что в этом городе самая крутая ночная жизнь. И вот теперь мы в нем, но до сих пор не были ни в клубах, ни на пляжных танцполах, ни на дискотеках, проходящих на набережных. А ведь со мной три девушки, которые рано или поздно захотят повеселиться.

— Да, тут без вариантов! — поддакнул Эллисон, вывел на монитор карту и поиграл с ее масштабом: — Итак, начнем с самых модных и отвязных ночных клубов…

Глава 6

29 марта 2042 г.

…Первопрестольная встретила нас свинцовой облачностью, моросящим дождем, порывистым ветроми собачьим холодом. Настроение, и без того не особо хорошее, рухнуло в пропасть еще во время выгрузки из самолета, а незнакомый пограничник, невесть с чего решивший досмотреть наш багаж и убивший на это почти час, еще и основательно взбесил. В общем, в «Додж» я забрался злым, как цепной пес, завел движок, включил навигатор, посмотрел, что нас ждет по дороге к дому, и вздохнул:

— Хорошо, хоть пробок нет.

— Так суббота же! — напомнила Лера.

—…которая выпала из жизни практически целиком… — желчно добавила Голикова.

Причину ее недовольства я понимал, как никто другой — десятичасовой перелет и плюс восемь часов разницы во времени между Майами и Москвой «съели» не только один из двух выходных дней, но и возможность плавно переключиться в рабочий режим. А после недели совершенно сумасшедшего отдыха в городе вечного лета о возвращении к привычному образу жизни не хотелось даже думать — в памяти всплывали воспоминания о сумасшедших гонках на аквабайках, погружениях с аквалангом, ночных заплывах, отрыве в ночных клубах и так далее. Увы, программа жизненно необходимых действий на сутки с небольшим, оставшиеся до встречи с Вяземским, была расписана еще накануне вечером, так что желание вернуться на виллу было задвинуто куда подальше, и я, посмотрев на часы, вздохнул еще раз:

— Домой заехать не успеваем.

— Как-нибудь переживем… — угрюмо буркнула Рыжова, достала из сумки планшет, нашла в интернете официальный сайт торгово-развлекательного центра «Annabelle’s» и, зачитав описания имеющихся в нем ресторанов, после недолгого обсуждения забронировала отдельный кабинет в японском «Sushi Gen».

Несмотря на то, что я никуда не торопился, на Хабаровскую улицу мы свернули за полчаса до назначенного времени. Стеклянная башня новенького ТРЦ была видна с Щелковского шоссе, так что от силы минут через пять-семь я загнал внедорожник на самый нижний этаж подземного паркинга, нашел свободное место рядом с нужным лифтом и полез в бардачок. За солнечными очками и бейсболкой. Эти аксессуары и провокационные наряды девчонок, привлекавшие внимание всех встречных и поперечных, позволили обойтись без общения с фанатами, поэтому уже без четверти девять вечера мы с Аней сняли куртки и расселись вокруг стола, а Таня с Лерой, спрятав убийственные декольте, ушли встречать Куклу.

Следующие несколько минут я общался с подоспевшей официанткой, а напарница занималась привычным делом — проверила помещение на предмет всякого рода сюрпризов, сожгла направленными импульсами девайса с говорящим названием «Сполох» две скрытые камеры и аж пять микрофонов, затем врубила портативную глушилку и с чувством выполненного долга пододвинула к себе меню. Правда, изучала его одним глазом, то и дело косясь на входную дверь, но я и сам дергался не меньше.

Слава богу, два года вольной жизни никак не сказались на болезненной пунктуальности Беловой, поэтому уже в десять минут десятого она возникла на пороге. Само собой, в сопровождении моих подруг. И привычно закосила под королеву — величественно оглядела помещение, сочла, что пребывание в нем не ущемляет ее достоинства, великодушно обратила внимание на Росянку, оценила ее стати и… дала понять, что осталась все той же язвой: