Мёртвые Земли - Стейси Мэри Браун

к горлу, желание уснуть полностью захватило меня.

Я услышала, как Эш что-то пробормотал, и тогда Уорик притянул меня обратно к себе – все стало четче, я жадно хватала ртом воздух, усталость исчезла.

– Черт… я оказался прав, – пробубнил Эш, – ты ее щит.

– О чем ты, черт тебя возьми, говоришь? – прорычал Уорик.

Эш потер голову и повернул к нам подбородок.

– Просто у меня появилась теория, когда она потеряла сознание в прошлый раз. Не думал, что я прав.

– О чем ты?

Уорик повернулся к Эшу, ослабив хватку на моей руке.

– Брекс, что ты чувствуешь, когда он тебя отпускает?

– Эм… – выдохнула я, – истощение. Тошноту. Ощущение, словно из меня высасывают энергию.

Эш покачал головой и самодовольно скривил губы, словно я только что подтвердила его теорию.

– Выстрел в темноте, но я почти уверен, что прав. И, думаю, вы только что подтвердили мои мысли.

Эш кивнул на Уорика.

– Что мы тебе доказали?

– Не знаю, как это работает и что означает. – Эш сглотнул. – Но разве не странно, что девушка, которая воскресила Уорика, слышит голоса и теряет сознание в месте, где лежат тысячи мертвецов?

Глава 7

Страх сковал меня, липкой патокой проникая все дальше, поднимая панику. Я ощутила жар, щеки порозовели, словно меня поймали на лжи.

– Она вернула к жизни не только меня, – тихо сказал Уорик, но каждое слово было подобно пуле.

– Что?

Эш отвернулся от Уорика и посмотрел на меня.

– Она воскресила кота. – Проницательный взгляд Уорика впился в меня. – Были ведь и другие, не так ли?

Отвернувшись от парней, я посмотрела на череп. Казалось, его пустые глаза видели меня насквозь.

– Ковач?

– Это неважно.

Я попыталась вырваться из хватки Уорика, но безуспешно.

– Неважно? – шокированно прошипел Эш. – Ты можешь воскрешать мертвых, и это неважно?

– На самом деле я никого не воскрешала. Ну так, чтобы оживить в итоге.

Оба уставились на меня.

– Хорошо! Замечательно! Да, Андрис сказал, что я вернула кошку к жизни, когда была маленькой.

– И… – Уорик наклонил голову, заставляя меня продолжить. Я сглотнула, понимая, что он видел тот случай с Элеком в переулке, когда мы сбегали с базы Саркиса.

– Возможно, я была близка к тому, чтобы воскресить еще нескольких, – пробормотала я, разглядывая свои ботинки, – но я этого не осознавала. – Мио, Родригес, Арон, Элек, кошка Эгги и та женщина в камере Киллиана… список становился длиннее, и это уже было нельзя игнорировать.

– Думаю, мы уже с этим сталкивались. – Эш коснулся моей щеки, его рука была теплой и успокаивающей. Он вытер мою слезу. – Я ведь говорил, что ты чувствуешь и жизнь, и смерть.

Я даже не сразу поняла, что плачу, мой ужас превратился в слезы.

– Ты можешь сказать мне, что это такое? – Я шмыгнула носом и вытерла мокрую щеку о плечо. – Кто я?

– Я не знаю, кто ты. Ты не человек, не фейри и не друид. – Эш нахмурился, на его лице читалось беспокойство. – Но, думаю, чем больше я о тебе узнаю, тем быстрее разберусь во всем этом. Я ведь говорил, Брекс, ты не одна.

– Буквально, – прошептал мне призрачный Уорик и коснулся моей спины. Я посмотрела на него. Как обычно, на лице Уорика не было эмоций, но он пристально смотрел в мои глаза. – Я теперь пожизненно рядом с тобой. И ты не сможешь от меня убежать. Ты зависишь от меня, не так ли, принцесса?

Мой нос вспыхнул, я почувствовала себя уязвленной из-за того, какой слабой и испуганной я себя ощущала, поэтому начала защищаться.

– Отпусти.

Уорик усмехнулся и снисходительно сказал:

– Уверена, принцесса?

– Пошел к черту. Отпусти меня.

Я выдернула руку.

Это случилось мгновенно.

Ослепляющий поток обрушился на меня, тошнота подкатила к горлу, голова закружилась, отчего я начала закрывать глаза. Так много голосов пронзительно шумели, я почувствовала призрачные руки, которые царапали меня, били о камни, пытаясь до меня добраться.

Чья-то рука схватила меня за руку, но в этот раз это не помогло. Я чувствовала, как тысячи духов окружают меня, унося мое сознание прочь.

А потом все снова исчезло.

Я хватала ртом воздух, открыла глаза и увидела, что меня держит Уорик с одной стороны и Эш с другой. Оба смотрели на меня как на лабораторную крысу.

– Интересно. Мое прикосновение не помогло. – Эш склонил голову, его язык скользнул по губе. – Но, думаю, в этом есть смысл.

– Какой?

Я ощущала прикосновение Уорика как равновесие, которое прогоняло болезнь и тьму, давая возможность твердо стоять на ногах.

– Только твое прикосновение защищает ее. Вы – щиты и мечи друг друга.

– Черт возьми, Эш, – прорычал Уорик, – перестань говорить загадками со всем этим своим мистическим дерьмом. Объясни нормально.

– Вы можете облегчать или уменьшать боль друг друга. Разделять ее. А теперь еще вот это. – Эш кивнул на руку Уорика, держащую меня, а затем повернул ко мне голову. – Что происходит, когда он тебя отпускает?

Я сглотнула, понимая, к чему он клонит.

– Они нападают на меня… – тихо ответила я.

– Духи? – Мы все понимали, что Эша интересует не это.

– Да. – Я судорожно сглотнула. – Их так много. Я слышу их и чувствую, как они пытаются до меня дотянуться. – Я покачала головой. – Но раньше такого не было. Я бывала на кладбищах и рядом с мертвыми и никогда не ощущала такого, как сейчас.

– Конечно, на кладбище дюжина мертвецов, не так ли? – фыркнул Эш. – А вот в этой маленькой церкви более сорока тысяч костей. В одном пространстве, не считая кладбища наверху. – Эш понизил голос. – Я тоже их чувствую. Древесные фейри могут ощущать жизнь и смерть. Не думаю, что они пытаются напасть на тебя. Их тянет к тебе… как мотыльков к огню… как и всех нас.

Уорик издал какой-то звук и сурово посмотрел на Эша.

– Угомонись, большой мальчик. – Эш фыркнул, подначивая своего друга, и снова обратил свое внимание на меня. – Не думаю, что они хотят причинить вред. Но так много душ, набрасывающихся на тебя одновременно, дают этот ошеломляющий результат.

– Как мне это остановить? – гневно спросила я.

– Не уверен, что ты сможешь. – Эш прикусил губу. – Но ты должна диктовать свои условия и контролировать их. Показать, кто здесь главный.

– Показать главенство? Диктовать условия? – Я покачала головой. – Что ты имеешь в виду?

– Считай их непослушными школьниками, которым необходим строгий учитель, чтобы держать их в узде. Чтобы они уяснили свои границы.

– Но почему именно сейчас это произошло? Почему раньше я с таким не сталкивалась?

– Опять же, у меня нет ответа