Обещание Гарпии - Дмитрий Александрович Емец

что казалось, будто руки растут прямо из неё.

– Меня не обсуждать! – с угрозой пророкотал он.

– Осьмиглаз, не ворчи! Скажи хоть раз что-нибудь приятное! – попросила Любора.

– Это принципиально не мои проблемы, кому чего приятно! – отрезал Осьмиглаз.

Из-за магтобуса кругло выкатился Нахаба. С тростью, завершающейся литой головой грифа, в полной броне-антимаге, но без шлема. В руке головняк по рыжью держал вещун правительственной связи, отличающийся от обычного вещуна тем, что к нему был подклеен сборник сканвордов, использующийся для шифрования. Такой способ был признан надёжным. Для подслушивания Фазанолю и Пламмелю пришлось бы отыскать похожий сборник и разгадать его от корки до корки. Сборники же менялись каждые сутки. Таким образом, для того чтобы быть в курсе всех переговоров маглиции, гению злодейства пришлось бы добрых двадцать три часа из двадцати четырёх вспоминать, кто играл главные роли в фильме про мушкетёров или как зовут собачку эстрадной певицы, и у него не оставалось бы уже никаких сил для планирования преступлений.

Нахаба сурово зыркнул на Настасью и закричал на атлантов:

– А эти здесь откуда?! К ядерной бабке! А ну убрать отсюда всех посторонних!

Только атланты тронулись выполнять приказ, Нахаба сменил гнев на милость:

– А-атставить! Но имейте в виду: я вас не приглашал! Прекрасно обойдусь без вашей помощи!

– Мы не предлагаем помощи! – смиренно сказала Настасья. – В штурмовую группу тем более не рвёмся!

Головняк по рыжью дёрнул себя за мясистое ухо:

– Отлично! Можете остаться! Только попрошу учесть: операцией руковожу я!

– Убоись! – кратко отозвался Бермята.

Нахаба некоторое время напряжённо размышлял, в каком смысле воспринимать это «убоись!», но после решил, что в уважительном, и благосклонно кивнул.

– Начинаем штурм!.. Пятиминутная готовность! Бонифаций! Ты, как всегда, первый! За тобой группа – и замыкает Любора! – негромко приказал он.

Парень в покрытой копотью броне молча кивнул и выдвинулся вперёд. Бранибор, Бранимир, Браниполк и Бранислав выстроились за магтобусом и стали проверять амуницию.

– Осьмиглаз! Что в хранилище? – спросил Нахаба.

– На первый взгляд ничего подозрительного. – Там сейчас летает пара моих глаз.

– Проникновение было?

– Я принципиально не делаю выводов, что было и чего не было. Это пусть Тибальд заключение даёт. Он у нас эксперт!.. Дальняя дверь распахнута. Замок вырван с мясом. Это всё, что я вижу! – с вызовом ответил Осьмиглаз.

Нахаба взмахнул тростью.

– Через неё и пойдёт группа магхвата! Златан, почему не на позиции? Опять без оружия?! Где оно?! – рявкнул он.

Снайпер Златан куда-то исчез и вернулся с громадным штопорником, бьющим сгустками плазмы. Прицел на штопорнике напоминал громадный фонарь.

– Хорошая штука! Позволяет видеть сквозь предметы, ткани, даже сквозь броню… – объяснил он Еве.

Торопливо облачившись в броню, Любора заняла место сразу за группой магхвата и завертела трубами на плечах, готовая поддерживать группу беглым огнём.

– Тщательно проверьте здание! Лестницы, переходы, проходы… Атланты обеспечивают наружное прикрытие! Артефакты не трогать! Магические пломбы, если целы, не срывать!.. Если что-то срываете – всё под фиксацию! Осьмиглаз, под твою ответственность!

– Принципиально не беру на себя ответственность! – предупредил полутролль. – Откуда я знаю, что может потрогать толпа боевых магов и куда пальнёт из своих труб эта девица? Я их что, глазками останавливать буду?

Нахаба заскрипел зубами, обрывая его:

– Готовность десять секунд… Пять секунд!..

Бермята схватил Еву за руку.

– Зажмурься! Быстро! – велел он.

Ева послушно закрыла глаза, но несколько секунд ничего не происходило, и она осторожно приоткрыла один глаз. И именно в этот момент Нахаба рявкнул: «Штурм!» Пьеро разом вскинул оба длинных рукава. Мальвина завертелась на месте. Любора выстрелила из наплечных труб. Ко входу в ГХМВ пронеслись две ракеты. Земля вздрогнула. Что-то полыхнуло. Снявшись с места, отряд боевых магов пошёл на приступ и скрылся внутри хранилища. А ещё прежде основного отряда в хранилище бешеным колобком вкатился маг в сплошной броне.

Ева всего этого не видела. Глаз её словно залило молоком. Она вертелась на месте и глубоко дышала.

– Что… это… было? – с усилием выговорила она.

– Парализующая и слепящая ракеты, – объяснил ей Бермята. – Заодно выжигающий блок от атакующей магии… Магзели всегда их используют перед штурмом. Говорил я тебе: зажмурься!

Вскоре Ева прозрела. Рядом с ней обеспокоенно топтался Невер Нахаба. Головняк по рыжью то бросался к хранилищу, то возвращался и, ударяя по земле тростью, спрашивал у Осьмиглаза:

– Ну… ну… ну? Что там у них? Чего ты молчишь?

Осьмиглаз сидел на стуле и, сосредоточившись, управлял летающими глазами. Пальцы на его руках шевелились.

– Я молчу, потому что мне сложно болтать и работать! Если кто-то может болтать и работать, ему и задавайте вопросы! – ворчливо отвечал он.

Нахаба багровел, но сдерживался:

– У группы всё в порядке?

– Принципиально не делаю прогнозов! В настоящий момент потерь среди боевого состава не зафиксировано!

Настасья отвела Бермяту в сторону:

– Где стожар?

– Понятия не имею. Где-то стожарит, – отозвался тот.

– Этого-то я и боялась!

Внезапно Мальвина издала тревожный вопль и, на ходу вырывая из кармана бляшку, заставлявшую атлантов повиноваться, бросилась к магтобусу.

– Атланты, за мной! Здесь кто-то скрывается! – крикнула она.

Один из атлантов забрался под магтобус и за ногу вытащил из-под него крепкого парня. Из одежды на парне были только трусы и майка, а в ладони зажат стеклянный шарик. Парень смотрел на шарик и хихикал. Парня подтащили к Нахабе.

– Бонифаций, ты, что ли?! – зарычал Нахаба, всмотревшись в него.

Парень молчал и от шарика не отрывался.

– Да, это Боня! – признала Мальвина.

– К ядерной бабке Боню! Если Боня здесь, то кто тогда в магхране?! Мы все видели, как он туда вбежал первым!

Мальвина и Пьеро стали трясти Боню, однако он очнулся, лишь когда Мальвина отобрала у него шар и передала его Нахабе.

– Склеротическая магия! Не смотрите на шар, шеф… Держать можно – смотреть нет!.. Боня, почему ты без брони? Где твой антимаг?

– А… вот как это называется! – обрадовался Боня. – У меня его взяли… этот… как его… брови такие торчат!.. Дал заглянуть в круглый такой… не помню что!.. Я пытался оторвать от него этот… как его… но не мог! Не ругайтесь, командир! Вы же командир, да?

Нахаба не отозвался. Он смотрел на шарик и слабо дёргал головой, как будто его глаза прилипли и он не понимал, как их отлепить.

* * *

Раньше чем Нахаба окончательно отлип от шарика, из хранилища возник ещё один Бонифаций. Точнее, его покрытый копотью и выбоинами антимаг. Первый Боня с удивлением наблюдал за приближением второго. Рядом с закопчённым Боней шла Любора и по-дружески с ним переговаривалась.

– Всё нормально! Просветили все закоулки! Никого там внутри нет! – крикнула Любора ещё издали.

Приблизившись, второй Боня преспокойно стащил с головы шлем, и под ним обнаружился стожар. В другое время Нахаба стал бы вопить и грозить арестом, но сейчас он тупо смотрел в шарик, дёргал головой и пытался вспомнить, как называется чувство, которое он испытывает. Злобность, злостность, злючность?

Стожар забрал у него из пальцев шарик, и Нахаба очнулся:

– Я… разорву тебя на… на… на как их там?

– На «как-их-тамы»