Zадача будет выполнена! Только вперед - Николай Петрович Марчук

Последнее слово было произнесено докладчиком с таким пренебрежением, будто речь шла не о британских союзниках, а о каком-то расходном материале.

– По нашему замыслу, вражеская ДРГ должна была пройти мимо, а через некоторое время по ней нанесли бы удар из минометов, вследствие чего противнику пришлось бы вернуться назад, а наша группа захвата, предварительно отключив камеры слежения, ворвалась бы на вражеские позиции вслед за российской разведгруппой. И вот тут начались странности. Во-первых, группа русских зачем-то разделилась: один из разведчиков не пошел с остальными, оставшись в непосредственной близости от места расположения нашей группы захвата.

В этот момент капрал Ковальский клацнул кнопками на ноутбуке, и на экране возникло изображение с камер беспилотника, который во время вчерашнего боя барражировал в небе. Докладчик приблизил картинку, и стали видны подробности боестолкновения с русскими.

– Капрал, а почему он ползает по земле? – на-хмурился капитан, наблюдая действия российского военного, который зачем-то ползал по земле, словно собирая что-то.

– Я не знаю, господин капитан, – пожал плечами капрал. – Возможно, это какая-то военная хитрость или заранее оговоренный прием, ведь именно после этого он вдруг резко начал стрелять по месту, где лежали два наших разведчика – капрал Джейсон и сержант Хаскинс. Первой же очередью из автомата этот русский убил Хаскинса и ранил Джейсона. Это было неожиданно, остальные бойцы штурмовой группы не успели среагировать, а русский, вместо того чтобы отступить, тут же принял бой и начал стрелять в других наших солдат. Какое-то время он в одиночку вел бой против восьми стволов, постепенно отходя назад. Во время перезарядки его достали залпом из подствольного гранатомета, и этот русский заткнулся. Поскольку наша группа была выявлена, ее бойцы, согласно приказу, начали отступать назад. У них был один раненый, и они транспортировали его в тыл. Тела Хаскинса и Джейсона эти трусы решили бросить.

В этот момент русские на опорном пункте поняли, что у них под самым носом оказалась наша группа, и вступили в бой, начав закидывать этот район выстрелами из гранатометов. Потом в дело вступили 82-миллиметровые минометы. Русские, видимо, хотели захватить нашу группу живьем, потому что мины ложились на пути отступления наших штурмовиков, отрезая им пути отхода. Чтобы не допустить попадания наших штурмовиков в плен, мы открыли массированный огонь из 120-миллиметровых минометов, подавили вражескую батарею, а также накрыли все их заранее выявленные огневые точки, а потом и места сосредоточения вражеских солдат, в том числе и участок, где в тот момент находилась разведгруппа противника в количестве трех бойцов.

Путь отхода для нашей группы был расчищен, но когда они уже почти покинули поле боя, тот русский боец, которого мы считали убитым, с помощью автоматического гранатомета уничтожил всю нашу группу, выпустив в упор не менее двадцати гранат. Спустя какое-то время наш БПЛА заметил, что возле трупов наших солдат копошится один из русских разведчиков: видимо, он их досматривал на предмет сбора трофеев. Я отдал приказ, чтобы украинские артиллеристы смешали трупы наших солдат с землей, потому что нельзя было допустить, чтобы в руки противника попали ценное оборудование и фотографии, иначе враг догадался бы, что мы хотим некоторых из них захватить живыми, – закончил свой доклад капрал Ковальский.

– Правильно, согласен с таким решением, – утвердительно кивнул седовласый капитан. – Но, зная тебя, капрал, – хмыкнул командир, – предположу, что всё, что ты мне сейчас доложил, – это официальная версия произошедшего. А теперь, изволь, изложи свои мысли.

– Мои мысли следующие, – замявшись на секунду, будто бы перед решительным прыжком в неизвестность, произнес капрал. – Русские засекли нашу группу еще на подходе, и всё было спланировано ими заранее. Их единственная ошибка (хоть это и не ошибка вовсе, а скудность сил и средств) в том, что они долго тянули с захватом нашей группы. Потеряли время, и в результате наша батарея уничтожила их минометы и прижала к земле. Поэтому им и не удалось захватить нашу группу. Ну а то, что русский с помощью АГС смог убить всех наших, так это чистое везение и безалаберность бойцов нашей группы, которые не произвели контроль и не убедились, что противник действительно уничтожен.

– Значит, ты по-прежнему продолжаешь считать, что это не мы охотимся на русских, а они на нас?

– Так точно, господин капитан. Я продолжаю считать, что этот отряд русских – всего лишь приманка, которую поставили для нас. Этот русский отряд никак не похож на загнанных в угол крыс. Опять же, все эти непонятности в поведении русских разведчиков… Думаю, что всё это военная хитрость русских!

– Ага, – грозно насупившись, произнес капитан Берк. – И что нам, по-твоему, надо сделать? Сбежать, испугавшись русских?

– Никак нет, господин капитан. Наоборот, зная, что русские хотят взять кого-то из наших в плен, мы используем это в своих целях. Я предлагаю усилить напор на русских: будем их дергать с разных сторон, выманивая на себя, а как только их очередная группа выйдет из укрытия, мы их отрежем огнем артиллерии и захватим в плен.

– Допустим, – кивнул капитан. – Но если среди захваченных не окажется тех двоих, которые нам нужны, то что мы будем делать дальше?

– А дальше мы выйдем на связь с русскими и предложим обмен: мы им – захваченных сослуживцев, а они нам, допустим, трупы убитых солдат ВСУ. При подобном обмене в любом случае будут присутствовать командиры россиян, а значит, сто процентов будет кто-то из тех двоих, кто нам нужен. А дальше дело техники – захватим во время обмена.

– Хороший план, – довольно цокнул капитан, – просто и выполнимо. Капрал, ты назначаешься старшим, пока меня не будет. Вернусь через три дня. Есть у меня кое-какие наметки, – задумчиво произнес седовласый командир. – Если русские так любят мародерку, то почему бы не воспользоваться их слабостью? Кого планируешь привлечь к операции? Нужна помощь? Вызывать подкрепление?

– Пока нет, господин капитан, думаю, справимся своими силами. «Амазонки» будут дергать противника с дальней дистанции, а я и еще пара бойцов захлопнем крышку капкана.

– Не жалко девушек в бой отправлять?

– Жалко, но нужна ротация, а то эти уже при-елись.

– Понимаю тебя, капрал, – сладострастно ухмыльнулся пожилой капитан.

Женщин в рядах ВСУ было много, намного больше, чем в рядах ВС РФ, где их также хватало, но все-таки было в разы меньше, чем в украинских войсках. Отличались и сферы, в которых были задействованы женщины-военнослужащие. Если в армии РФ женщины служили в основном в медицинских и тыловых частях, то в ВСУ их хватало и в штурмовых пехотных подразделениях, находящихся непосредственно на линии боевого соприкосновения.