Наследник шипов (СИ) - Атякин Денис

До самого вечера я ползал на руках по своей комнате. А потом уснул. Сны мне не снились, чему я был несказанно рад.

Наши с Троем прогулки стали регулярными, и теперь я сам отвлекал его болтовней. Мы разговаривали обо всем и ни о чем одновременно. Я снова чувствовал жизнь. А брат легко таскал меня по двору поместья. Ему это ничего не стоило, ведь у него была мощь, Сила и крепкое от тренировок тело. Иногда я просил Троя опустить меня на землю. Ползал по тропинкам на руках, волоча за собой ноги. С каждым днем силы возвращались, и я все чаще перемещался без помощи брата, но под его присмотром. Он был против того, чтобы я выходил из комнаты в одиночку.

Когда я не был занят прогулками, занимался медитацией. И она окончательно спасла меня, привела в норму. Нет, конечно, я не встал на ноги, они так и висели бесполезными плетями, но в остальном чувствовал себя прекрасно.

По началу медитировать было сложно, я все никак не мог принять относительно нормальную пользу, но с каждым днем становилось проще. Я наловчился управляться с ногами, подтягивал их руками, особым образом подгибал под себя и в таком положении просиживал часами.

В один из дней, когда я, как обычно ползал по комнате, ко мне пришел Отто Лонгблэйд. Он прошагал к стулу, не обращая внимания на меня, уселся и сказал:

— Я навещаю тебя не из жалости. И не по чьей–то просьбе. Можешь не разговаривать со мной, твой выбор. Но я все еще твой учитель и духовный наставник. Да и обряд испытания духа никто не отменял, а ты не отказывался от него.

— И вы, наставник, пришли узнать мое решение?

— Я его знаю, — сказал Отто. — Точнее — вижу. Сдавшийся человек не начнет вновь тренироваться. Сдавшийся человек и не выжил бы после таких ран, которые получил ты. Тебя что–то держит.

— И что же? — я добрался до стены, облокотился на нее и повернулся к наставнику лицом. Мне было очень интересно узнать, что он думает.

— Твой дух воина, — ответил Отто. — Я долго размышлял над этим, и, наконец, все понял. Даже лишившись ног, ты пройдешь испытание Гранью.

— Пройду.

— Хорошо, — кивнул личный наставник, встал со стула и направился к выходу. Уже стоя на пороге, он добавил: — У тебя чуть больше трех недель. Завтра я принесу свитки. Тебе нужно нагонять остальных, ты многое пропустил.

Отто Лонгблэйд не соврал и на следующий день завалил меня свитками и листами пергамента. Предстояло много работать. И я не ленился. С жадностью поглощал новые знания, закреплял пройденный материал и практиковался. Практиковался настолько, насколько позволяло мое нынешнее состояние. Изучал новые дыхательные упражнения и позы. Не все из них я мог повторить, но те, где не требовалось участие ног, выполнял идеально. Дыхательные практики действовали лучше всего остального. Голова прояснилась, страхи ушли, а их место заняла уверенность и спокойствие.

Передо мной снова была цель. Я не верил и не надеялся, просто шел к ней. Правда, теперь лишь в мыслях, ведь именно там я мог ходить.

За две недели до моего дня рождения заявился Трой. Он разбудил меня еще до рассвета и, вопреки моим ожиданиям, не позвал на прогулку. Брат с загадочной улыбкой просто промолчал и указал куда–то на пол. Я свесился с кровати и обнаружил там… нечто.

— И что это такое? — я задал брату резонный вопрос.

— Твои ноги, — ответил Трой.

Я с удивлением уставился на брата, а тот, больше ничего не говоря, принялся собирать хитрую конструкцию. По завершению она таковой уже не выглядела. Деревянные тонкие поручни крепились между собой особыми кожаными ремнями, образуя горизонтальные и вертикальные перемычки. Вместе они сложились в эдакие ходунки, к которым были прилажены плоские шинки со жгутами. Как оказалось, они фиксировали ноги.

Трой дождался, когда я сползу с кровати, взберусь на ходунки, и только после этого прикрепил мои ноги к шинкам.

— Попробуй! — с торжественной улыбкой сказал брат.

Я сделал осторожный «шажок» вперед, переставляя рамку ходунков. Потом еще и еще. Поначалу было непривычно, но минут через десять практики я уже сносно управлялся с моими новыми «ногами».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Прогуляешься? — предложил брат.

— Конечно!

Он еще спрашивает! Теперь я передвигаюсь намного быстрее, чем ползком.

С утра и до самого полудня я гулял по двору поместья, привыкая к ходункам. Остальные братья, тренирующиеся на площадке, изредка посматривали в мою сторону с неприкрытым интересом, мама улыбалась с открытой террасы, а Линда, смешно ковыляя маленькими ножками, носилась за мной следом, пока окончательно не устала. Остальные жители поместья тоже проявляли ко мне интерес, хоть и не явный. Четы Эркли не было видно. Как и отца. Он так и не навестил меня.

Мои тренировки пошли еще активнее, и все благодаря матери. Она сдержала слово и дала мне новую возможность ходить. И пусть ходунки не заменили мне полноценных ног, но уж лучше так, чем ползком. Я регулярно выбирался на прогулку, свыкаясь с ощущениями, и постоянно практиковался, пытался увеличить скорость перемещения. Обитатели поместья недолго с интересом наблюдали за моими упорными попытками. Вскоре они начали открыто смеяться над моими потугами, а я не обращал внимания и самозабвенно переставлял рамку ходунков по двору. Это лучше, чем ползать.

В одно из утр, когда до моего дня рождения осталась неделя, я проснулся раньше обычного. Выпил надоевшие до тошноты зелья, натер спину и поясницу мазью, сполз с постели и направился к шкафу. Там отыскал свежий комплект одежды, в которой подобало посещать занятия, оделся и забрался в ходунки. От изголовья кровати прихватил именной меч, закрепил ножны с ним на боку и отправился вниз. Кругом пахло розами. В крыле для слуг быстро умылся и через запасной выход покинул поместье.

Краешек солнца только–только появился над горизонтом, а я уже был на полпути к клановой школе. Длинное приземистое здание с покатой крышей стояло отдельно ото всех других. Тут учились дети всех знатных членов клана, идущие из города, а так же одаренные дети со всех уголков клановых земель. Последних присылали на длительное время, поэтому они и жили в школе, благо место и ресурсы позволяли содержать многочисленных учеников.

В свой класс я пришел первым. Даже наставника Отто еще не было на месте, но ждать долго его не пришлось. Через несколько минут он размашистым шагом ворвался в помещение, окинул меня одобрительным взглядом и молча проследовал к своему месту, заваленному свитками и большими полотнами с картами и рисунками. Вскоре потянулись первые ученики. Они шумными стайками вбегали в класс, гомоня и забавляясь, занимали свои места. Увидев меня, косились и перешептывались. Последним вошел Норгл, сын одного из советников отца. Он с вальяжным видом прошел несколько шагов, внимательно осмотрелся и, заметив меня, сказал:

— Астар Калека? Ты чего тут забыл?

Раздался оглушительный взрыв смеха. Сверстников от души повеселила шутка товарища.

— Астар Калека, Астар Калека! — скандировали ученики.

Да, отношение сверстников ко мне сильно изменилось за последнее время. Оно и раньше было не самым лучшим из–за отсутствия Силы, но теперь стало хуже некуда. Видимо, это так повлияло отношение отца ко мне. Как и самой семьи в целом.

— Я полагаю, ты быстро добрался? — в голосе Норгла плескалась наигранная учтивость. — Без проблем?

Я не ответил. Смирение осталось только в моих ладонях.

— Что ж, — деловито продолжил Норгл, — тогда тебе стоит прямо сейчас выдвигаться обратно. Так до первого снега успеешь вернуться в свою уютную комнатку.

Наставник Отто строго прищурился и хотел что–то сказать задире, но я опередил его:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— У тебя есть ноги, Норгл.

— Есть, — гордо заявил тот, а сверстники снова громко захохотали.

— Я не задавал вопроса, — заметил я. — Тебе повезло. При малейшей опасности ты можешь сбежать. У тебя всегда это отлично выходило. Во всяком случае, лучше, чем у меня.

Лицо Норгла тут же исказила гримаса гнева. Я задел его, сказав чистую правду, ведь он никогда не слыл храбрецом, всегда прятался за чужими спинами. И даже за моей. До того, как я потерял возможность ходить, часто прикрывал его.