Абсолютная Власть 3 - Александр Майерс

войск в оккупированных владениях. Часть из них, по данным разведки и слухам от селян, отправилась воевать с Карцевой — но большая часть осталась.

Впрочем, это значило лишь то, что фон Берг лишил себя резервов. Теперь он вынужден поддерживать сразу две армии, и это наверняка больно бьёт по его кошельку. А учитывая, что недавно фон Берг проиграл мне суд, его финансовые проблемы только начались.

Надеюсь, он отреагирует на предложение встретиться. Должны же таиться хоть крохи разума внутри его черепа.

В пути я медитировал и теперь почувствовал, что силы достаточно восстановились.

— Среди трофейного оружия есть какой-нибудь кинжал? — спросил я.

— Есть, — шёпотом ответил Ночник и протянул мне оружие рукоятью вперёд.

Добротный боевой клинок, ничего лишнего. Я уселся в седле поудобнее и достал из сумки ларец, где лежали артефакты Серебряковых.

Статуэтка женщины снова резко привлекла внимание. Было в ней что-то особенное. Магию я пока что не распознал, но энергия была уникальной. Даже интересно, откуда Серебряковы взяли подобное изделие.

И для чего оно? Точно не боевое.

Разберусь, когда будет время. Теперь, когда статуэтка свободна от проклятия, я могу спокойно её изучать.

А теперь пора снять проклятие и с кольца.

Сосредоточившись, я приступил к делу. Это оказалось непросто. Барон потрудился, заклинание в кольце было спрятано куда лучше.

Вероятно, всё дело в том, что его зачарование было хоть и сильным, но стандартным. А вот магия статуэтки обладала уникальностью, и Плахов не сумел как следует вплести свой «сюрприз».

Наконец, у меня получилось достать проклятие из формации, не повредив её. Аура кольца, освобождённая от тёмной паутины, сияла ровным, тёплым светом.

Я не стал уничтожать снятое с перстня проклятие. Неужели Арсений Витальевич зря старался? Это вампирическое заклинание ещё можно использовать.

Я перенёс его на кинжал — не просто наложил, а вплёл в саму сталь клинка, в его кристаллическую решётку.

Теперь это было не просто оружие. Это был кинжал-ловушка. Тот, кого он ранит, пусть даже слегка, станет невольным донором — его мана или его жизненная сила будут по капле перетекать к носителю кинжала.

Полезная штука в бою против сильного мага или выносливого монстра. Кинжал не выдавал своей новой природы — я спрятал проклятие ещё лучше, чем Плахов. Довольный своей работой, убрал клинок в ножны.

К усадьбе подъехали, когда уже почти стемнело. Ощутив тёплое касание Очага, я улыбнулся. Теперь он каждый раз был рад встречать меня — а я был рад чувствовать, что Очаг развивается. Постепенно, по крупице, он и сам становился сильнее.

А может, это Варвар продолжает подкармливать его крысами… Надеюсь, что кот меня понял, но проверить не помешает. Я против того, чтобы наш Очаг питался живыми существами.

На площадке перед конюшней стоял Никита. Как всегда, в безупречной офицерской форме, хотя и со следами усталости на лице. Он не столько ждал нас, сколько общался с Моргуном.

Одноглазый лейтенант держал в руках толстый журнал и что-то рассказывал воеводе. Выслушав, тот кивнул, а потом с улыбкой хлопнул Моргуна по плечу. Тот закрыл журнал, приложил руку к козырьку и отправился в казарму.

— Здравия желаю, Владимир Александрович! — приветствовал меня Никита.

— Здравствуй, — спешиваясь, ответил я.

Добрынин осмотрел дружинников и трофейных лошадей, а затем цокнул языком:

— Вижу, без заварушки не обошлось.

— Так точно. Славно порубились, — сказал Секач.

— Новенькие хорошо себя показали, — шёпотом добавил Ночник.

— Рад слышать, — кивнул воевода. — Раненые?

— По мелочи, — пожал плечами Секач. — Тяжёлых нет, и потерь тоже.

— Хорошо. А что с артефактами? — Никита посмотрел на меня.

Я достал из сумки бронзовый перстень. Он лежал на ладони, простой на вид, но излучал ощутимую мощь. Магограмма на нём светилась мягким золотистым светом в вечерних сумерках.

— Это кольцо Серебряковых, — сказал я, протягивая его Никите. — Мощный оборонительный артефакт. Попробуй.

Никита осторожно взял перстень, сконцентрировался. Перстень отозвался мгновенно — вокруг воеводы вспыхнул полупрозрачный золотой купол, едва заметный в темноте.

— Демоны меня возьми… — прошептал Никита, оглядывая барьер. — Даже я чувствую, насколько он крепкий.

— Ты прав, магия здесь очень сильная. Он способен защитить не только тебя, — пояснил я, — но и людей рядом. Думаю, выдержит прямое попадание артиллерийского снаряда или мощное заклинание третьего-четвёртого ранга. На поле боя это может спасти не одну жизнь, в том числе и твою. Ты мне нужен живым и невредимым, воевода.

Добрынин сжал перстень в кулаке, его лицо озарила искренняя, почти мальчишеская улыбка.

— Владимир… Не знаю, что и сказать. Это ведь перстень рода твоей матери, а она всегда была добра ко мне… Огромное спасибо! — он сделал шаг вперёд, словно хотел обнять, но сдержался, вспомнив субординацию. — Я буду им дорожить и не подведу вас, барон.

— Знаю, — я похлопал его по плечу. — Теперь о делах. Как Карцева? Есть вести?

Улыбка Никиты сменилась деловой собранностью.

— Только что получил донесение. Альянс выдвинул против неё полк Роттера и часть войск фон Берга. Насколько известно, там два батальона солдат, артиллерия и тяжёлая техника.

— Танки?

— В том числе, — кивнул воевода.

— Значит, разведка не обманула, фон Берг использовал все свои резервы… Это хорошо. Если Карцева сможет разбить его войска или затянуть войну, у Генриха не будет дополнительных сил против нас. Что ещё?

— Графиня последовала твоему плану и не стала сидеть в осаде. Вывела дружину навстречу, использовала погодную магию, чтобы остановить противника. Было сражение. Роттер отбился, но понёс потери, продвижение остановлено. Пока что у Карцевой всё под контролем.

Я удовлетворённо кивнул. План сработал. Эмилия не подвела, Соболев помог вовремя. Муратов получил по носу, не успев как следует размахнуться. Хорошо.

— Отлично, — сказал я. — Передай Соболеву мою благодарность.

— Передам, — ответил Никита, а затем его лицо вдруг помрачнело. — Будь моя воля, я бы отправился туда, чтобы лично прикончить Роттера. Чёртов изменник.

— Всему своё время, — сказал я. — Он ответит за своё предательство, я обещаю. Но не сейчас. Наша война здесь.

Никита глубоко вдохнул и пробурчал:

— Так точно, Владимир Александрович. Простите.

— Не за что. Твои чувства понятны. Теперь иди отдохни. И носи перстень, пусть привыкает к тебе.

Он кивнул, надел артефакт на палец и ушёл.

Я посмотрел в сторону дома. В окнах столовой горел свет — наверняка баба Маша приготовила ужин и переживала, что я голодный. Скорее всего, и Татьяна была там. Я бы с радостью поужинал с любимыми женщинами, а потом отправился спать…

Однако ещё одно дело ждало завершения.

Повернувшись, я направился не к дому, а к оружейным складам, где лежали заготовки для магических болтов. Ночь обещала быть долгой, но заряженные силой