Мауэр - Мария-Виктория Купер

магии. Его серая шерсть стала чуть суше и посветлее, но всё равно висела клочьями и колтунами.

Инесса всё это время смотрела на огонь и плакала.

— Ты знаешь, что именно произошло? — осторожно спросил котиф, выправляя хвост из штанов.

— Я проснулась пораньше, чтобы помолиться после первой грозы. Заглянула к деду, — она опять начала трястись и всхлипывать, — а его нигде не было. Смотрю на кровать, а там чёрная пыль пропечатала его силуэт на простынях. Я очень испугалась, надела защитные обручи деда и побежала за помощью к Мариетте. На пороге меня встретил её сын, весь в слезах. Он сказал, что Мариетта умерла — рассы́палась чёрной пылью, сидя в кресле у камина. Мы с ним поспешили к Стоун… Но и его постигла та же участь. Пока я успокаивала жену Стоуна, сын Мариетты обежал все ближайшие дома и выяснил, что погибли только маги. И я вспомнила, что ты был раньше магом… Мне стало страшно, что ты тоже… И я понеслась к тебе.

Мауэр округлил глаза и задал только один вопрос: «Пыль точно была чёрная?». Она молча кивнула и выпила чашку настоя залпом.

Мауэр понял, что произошло. Свершилось пророчество. Бич Велиала добрался до долины Хар-ма. Это страшное проклятие, которое три века назад почти уничтожило цивилизацию котифов. Спаслись только те, кто смог пережить длинный путь и спрятаться на другом конце света, далеко-далеко за горами и морями. Они забыли своё прошлое и начали новую жизнь в небольшой горной долине, полностью завися от сил природы.

Бич Велиала ищет слабого мага, овладевает его сознанием и вытягивает всю энергию из котифов за мгновение. Первыми страдают маги, потом — шаманы, а затем и все остальные.

И вдруг до Мауэра дошло, почему он жив: он не владеет магией, ничего не получилось! Молния не отдала ему силы. Рука была до сих пор слаба, магию он не ощущал. Что-то пошло не так.

— Инесса, нам нужен Совет магов. Нам нужна помощь. — Мауэр расстроился, но надо было действовать без промедления. — Ты пойдёшь со мной в деревню Эндо́, чтобы предстать перед Советом. Если маги не поставят защиту на нашу долину, то все котифы погибнут от Бича Велиала.

Инесса посмотрела взглядом, полным ужаса и отчаяния.

— Принеси мне прах деда, закупорив его вот в этой ампуле, — котиф порылся в ящике на столе и протянул Инессе небольшую пузатую склянку с деревянной крышкой. — Собери всё, что сможешь. Мы должны показать это Совету.

Она убежала выполнять поручение.

Через полчаса Мауэр и Инесса вышли из деревни. Идти было недалеко — около тридцати километров.

День выдался жарким, но земля до конца не просохла. Комья грязи тяжелили путникам сапоги. Подол платья Инессы стал чёрным и мокрым. Шерсть Мауэра окончательно высохла и распушилась — в нём было что-то величественное.

Всю дорогу путники не разговаривали. Котифа молча несла ампулу с прахом деда, а её спутник был не в состоянии что-либо говорить — все его мысли занимало надвигающиееся проклятие.

Они вошли в деревню Эндо́ вечером. Над нарциссами и тюльпанами роились весенние букашки. Было тепло. Майское солнце залило всё вокруг золотым светом. Дворы и ставни были закрыты. В денниках орала голодная скотина. Котифов на улицах не было. Это не сулило ничего хорошего.

— Мауэр, они что, все умерли? — спросила Инесса, испуганно оглядываясь.

— Не знаю. Но тут магов всего двое — Дордея и Баур. И нам надо найти их.

— А почему никого нет?

— Не знаю. Не к добру всё это…

Пройдя три улицы и торговую площадь, они уткнулись в общий двор на два дома. В одном жила Дордея, а в другом — Баур. В центре двора стояла лачуга Совета магов, с раскрытыми настежь воротами. Мауэр обежал два дома и заглянул в каждое окно. Инесса прошлась по лачуге. Везде было пусто.

— Не нравится мне всё это, очень не нравится, — сквозь клыки прошипел котиф. — Пойдём к Шаману, он точно в курсе, что здесь творится.

Путники направились к пещере Шамана. Они быстрым шагом обошли деревню и вышли к отвесной скале, густо поросшей плющом и мхом. Под плотной стеной плюща был спрятан вход. Инесса и Мауэр юркнули в темноту. На высоких сводах полыхали отблески ритуального огня, а где-то из глубины доносились песнопения котифов. Пройдя пару широких тёмных коридоров, путники вышли в огромный зал с чёрными закопчёнными стенами. В центре горел огромный костёр, вокруг которого сидели жители деревни. Их спины и лица были выкрашенные белыми и красными ритуальными красками. Находясь в трансе, они пели монотонную мелодию под ритмичные удары кожаного бубна. В бубен бил здоровый рыжий котиф с голубым ритуальным рисунком на лице. Его огромная фигура была закутана в меха, обереги и нити бисера, внушая страх. Он ходил перед костром, энергично перемещая ноги под каждый удар бубна, и вторил хору низким обертонным пением. Звуки вырывались из его груди и глотки, облетали пещеру и будоражили всё пространство. Это был Шаман.

Мауэр загородил собой Инессу, отодвинул её рукой к стене и вышел вперёд. Шаман заметил пришедших и прервал ритуал. Все замолчали. Стало слышно, как трещат брёвна в костре.

— Этой ночью гроза забрала наших магов Дордею и Баура! От них остался только чёрный пепел! — громкий бас Шамана раскатами пробежал по стенам пещер.

— Наши тоже мертвы. Батыр, Мариетта, Стоун. — Спокойно ответил Мауэр и поднял руку вверх с ампулой. — Только это не гроза. Магов забрал Бич Велиала. Вот доказательства.

Котифы начали тревожно перешёптываться. Шаман пошёл напрямую через толпу, наступая на ноги и хвосты. Подойдя к Мауэру, рыжий котиф взял склянку, посмотрел на неё своими жёлто-зелёными глазами без зрачков и издал страшный рык.

Котифы замолчали, но через мгновение начали петь ту же мелодию со словами.

Чёрный пепел и чёрный песок.

Бесконечные беды и горе.

Собирайся бежать наутёк,

Пока Бич не добрался до дома.

Бич Велиала. Бич Велиала.

Избавь нас от конца и начала.

Мимо котифа проклятье пройди.

Род наш кошачий навек сохрани.

Шаман начал разговор, не скрывая тревожность:

— Я знаю, что ты ходил пить грозу. У тебя получилось? — прошептал Шаман, поглядывая на толпу поющих.

— Получилось. Я поймал два удара, но что-то магию не ощущаю.

— Как так вышло?

— А я не знаю как! Но я точно не маг, иначе бы от Бича рассыпался! — Мауэр начал беситься. Он не хотел говорить про то, что сам не понимал.

— Мауэр, ты зачем торопишься? — в разговор вмешалась Инесса. — Дедушка Батыр говорил, что магию